В Музее ОБЭРИУ открылась вторая выставка. На примере редких артефактов из коллекции (а их за год успели приобрести больше тысячи!) рассказывают о жизни поэтов Даниила Хармса, Александра Введенского, Николая Олейникова и авторов их круга. А еще показывают художников-друзей обэриутов. Собака.ru рассказывает, что вошло в «Неполное собрание».
Музей ОБЭРИУ открылся в декабре прошлого года на Съезжинской улице, в квартире, где когда-то жил поэт Александр Введенский. В первой экспозиции «Комнаты ОБЭРИУ» главным музейным экспонатом была сама квартира. А наполнить ее предложили семи коллекционерам. После этой выставки планировалось закрыть помещение на реконструкцию. Но пока она шла, стало ясно, что в этом нет необходимости и музей хорош именно таким, каким получился.
Во второй, открытый сейчас, проект вошли (за одним исключением) предметы из музейного собрания. За год оно разрослось до более чем тысячи артефактов, но продолжает пополняться. А пока показывают «Неполное собрание».
Кухонно-коридорный пролог
Чтобы попасть на экспозицию, нужно подняться на самый верх по узкой черной лестнице. Стены здесь покрыты примитивистскими рисунками (много гоняющихся друг за другом собак!), а на экранах показывают выступления музыкантов, которые успели случиться в музее во время первой выставки. После восхождения обязательно надеть музейные тапочки — в бывшей квартире Введенских сохранилось 95 процентов оригинального паркета, который специально натирают к приходу гостей.
После этих приготовлений зрители оказываются на кухне. Здесь нет экспонатов в привычном понимании этого слова, ими становятся сами стены и сохранившаяся со времен Введенских печь, с помощью которых кураторы (Юлия Сенина и Ирина Горлова) рассказывают о реставрации квартиры. Эта история продолжается в ванной комнате, где плавают оставшиеся после первой выставки рыбки, а еще разложены найденные в помещении предметы с 1930-х годов до последнего времени и даже фотография последней местной обитательницы по имени Флорида.
Из кухни зрители попадают в коридор, где висят петербургские пейзажи: акварели Николая Лапшина и литографии Владимира Конашевича из серии «Ленинград. Новые пейзажи» в мирискусническом духе. Так кураторы задают для посетителей атмосферу города, в котором жили обэриуты — главные герои выставки.
Семейная предыстория
Первая комната, в которую мы попадаем из коридора, — бывший кабинет матери Александра Введенского. Она была известным в Петербурге гинекологом и принимала на дому. Поэтому квартиру долго не уплотняли, прямо как профессора Преображенского в «Собачьем сердце». Здесь рассказывают историю семьи Введенских: показывают фотографии, вазу, которую сестра поэта, Евгения, увезла с собой из этой квартиры в эвакуацию, и видео с племянником поэта, Евгением Левитаном (именно он передал музею находящиеся в этой комнате предметы). Трогательная деталь: Евгений, которого увезли из Ленинграда совсем маленьким, рассказывал, что всю жизнь ему снился сон о том, как он бежит по длинному коридору на кухню за сладостями. Попав в квартиру на Съезжинской улице, он узнал этот коридор.
Литературные «отцы» в родительской спальне
Во второй комнате, предположительно спальне родителей Введенского, рассказывают о предшественниках ОБЭРИУ: Председателе Земного шара Велимире Хлебникове, основателе «Ордена заумников DSO» Александре Туфанове, авторе «Козлиной песни» Константине Вагинове. Важнейшие экспонаты здесь: одно из первых посмертных изданий Хлебникова с надписью «Введенский Александр Иванович, Петроградская сторона, Съежинская, дом 37, квартира 14» и единственная прижизненная публикация взрослых стихов Хармса, ставшая возможной благодаря Вагинову.
Главред «Ежа» в детской
Следующая комната, где когда-то жили сестры Александра Введенского, посвящена Николаю Олейникову, поэту и первому главному редактору журнала «Еж». Именно он привел друзей-обэриутов в издательство «Детгиз». Здесь показывают редкие выпуски «Ежа» и уникальный автограф со стихотворением «Карась» (на его текст Шостакович даже хотел писать оперу!) с авторскими рисунками и посвящением легендарному редактору — Наталье Болдыревой.
Художников — в переднюю!
Из «комнаты девочек» мы попадаем в пространство «передней». Оно отдано под изобразительное искусство, отделенное от книги. Показывают работы Татьяны Глебовой, Алисы Порет, Веры Ермолаевой и Владимира Стерлигова. Две представленные гравюры Порет не были напечатаны при ее жизни. Доски к ним сохранились у ее ученицы, художницы Елены Елагиной, которая передала их галеристу Ильдару Галееву. Зато известна картина Порет с сюжетом, аналогичным гравюре: «Маркс и Гейне».
Гостиная Хармса
Гостиная посвящена, пожалуй, самому известному обэриуту — Даниилу Хармсу. Мы видим редкие издания его книг и фотокопию письма Введенскому, в котором поэт убеждает друга в нелепости накопления денег. Тут же сборники стихов трех главных, по мнению Хармса, поэтов: Хлебникова, Маршака, Введенского. А еще гордость музея: калька к утраченному во время блокады портрету Даниила Ивановича работы Татьяны Глебовой.
Письмо Даниила Хармса — Александру Введенскому
Дорогой Александр Иванович, Я слышал, что ты копишь деньги и скопил уже тридцать пять тысяч. К чему? Зачем копить деньги? Почему не поделиться тем, что ты имеешь, с теми, которые не имеют даже совершенно лишней пары брюк? Ведь, что такое деньги? Я изучал этот вопрос. У меня есть фотографии самых ходовых денежных знаков: в рубль, в три, в четыре и даже в пять рублей достоинством. Я слыхал о денежных знаках, которые содержут в себе разом до 30–ти рублей! Но копить их, зачем? Ведь я не коллекционер. Я всегда презирал коллекционеров, которые собирают марки, пёрышки, пуговки, луковки и т. д. Это глупые, тупые и суеверные люди. Я знаю, например, что так называемые «нумизматы», это те, которые копят деньги, имеют суеверный обычай класть их, как бы ты думал куда? Не в стол, не в шкатулку а… на книжки! Как тебе это нравится? А ведь можно взять деньги, пойти с ними в магазин и обменять, ну скажем, на суп (это такая пища), или на соус кефаль (это тоже вроде хлеба). Нет, Александр Иванович, ты почти такой же нетупой человек, как и я, а копишь деньги и не меняешь их на разные другие вещи. Прости, дорогой Александр Иванович, но это не умно! Ты просто поглупел, живя в этой провинции. Ведь должно быть не с кем даже поговорить. Посылаю тебе свой портрет, чтобы ты мог хотя бы видеть перед собой умное, развитое, интеллигентное и прекрасное лицо. Твой друг Даниил Хармс
Введенский. Финал
Экспозиция двух последних комнат строится вокруг Александра Введенского. В «столовой» показывают его книги с иллюстрациями. В том числе «Рыбаков» с автолитографиями Веры Ермолаевой, чьи рисунки, сделанные на Кольском полуострове, очень вдохновили поэта.
Последнюю комнату, где когда-то жил сам Александр Иванович, оставили полупустой. И это красиво рифмуется с его поэзией, главное в которой, по словам медиапатриарха и консультанта музея Юрия Сапрыкина, — пустота, существующая за строчками в качестве фона.
Тут разместили всего три экспоната. Два из них нашли здесь же, под полом, — это оловянный солдатик и огрызок карандаша. Третий — единственный предмет не из коллекции музея. Это паспорт Введенского, полученный им 18 сентября 1941 года в Харькове. 27 сентября поэта арестовали по обвинению в контрреволюционной деятельности. Он умер во время этапа, по официальным данным — 19 декабря 1941-го. Так что снимок в этом паспорте — одна из последних фотографий Введенского.
У команды музея много планов. Думают, например, о том, чтобы сделать отдельную выставку рисунков обэриутов. А пока идет эта экспозиция, обещают не реже раза в неделю проводить мероприятия в разных форматах. Потому что, как сказал директор институции Андрей Гнатюк: «Музей ОБЭРИУ — это в первую очередь сообщество!»
«Неполное собрание» пробудет в музее до 27 сентября (12+)
Подробнее здесь
Комментарии (0)