• Город
  • Город
Город

День снятия блокады Ленинграда

К годовщине события, памятного для каждого петербуржца, мы записали истории тех, кто выжил в смертное время, составили краткий гид по осажденному городу и вспомнили лучшие книги и фильмы об этих 900 днях.

Осажденный город: 
24 истории блокадников

Ольга Семенова

«В первую зиму в городе сразу съели всех собак и кошек»

Исаак Штокбант 

«Мы хватали бомбы-«зажигалки» руками и пихали их в ящик с песком»

Тамара Груздь

«Мама ушла на работу и не вернулась — как она погибла, не знаю»

Светлана Галушко

«Оказалось, наш дом — стратегически важный объект, иными словами дрова»

Лидия Новикова

«Мама заваривала нам кашу из муки и воды — как же это было вкусно»

Григорий Ястребенецкий

«Я видел, как горел Гостиный двор, а из Эрмитажа эвакуировали живопись»

Лилия Резникова

«От обстрела отца спас портсигар в кармане на груди»

Борис Окороков

«Когда в блокаду решили съесть нашего кота, нас опередили — его украли»

Татьяна Иванова

«Мы берегли тома Толстого и Некрасова, а в печь бросали сочинения Сталина»

Зинаида Алуф

«Голод, холод, страх и ужас не ранили меня так, как потеря отца»

Нина Рязанова

«Из 15 жильцов нашей коммуналки в блокаду выжили только мы с мамой»

Людмила Грибовская

«Я написала сотни писем — и спасла наш район от сноса»

Нина Петрова

«Я четко уяснила для себя цену жизни и смерти»

Борис Николаев

«Никто из детей на положенные 125 граммов хлеба не выжил»

Михаил Бобров

«Мы подпитывались голубями и воронами»

Елена Ерофеева

«Мама специально одевала меня как старуху, велела горбиться и хромать»

Ирина Шостакович

«Бомба разорвалась над убежищем, но оно выдержало, нас к утру откопали»

Анатолий и Генриетта Злобины

«Прожили в осажденном городе три года, а по ощущениям — будто десять»

Юрий Корехов

«Я спал, а по мне бегали крысы. Чувствовали себя хозяевами»

Татьяна Бершадская

«В доме стены метровой толщины, они спасали нас от осколков»

Валентин Молотков

«Мы, дети, во время артобстрелов играли в пятнашки в колоннаде Казанского собора»

Галина Короткевич

«Даже для ребенка было очевидно, что страна оказалась не подготовлена к войне»

Всеволод Овчинников

«Ходили разговоры, что не надо ни в коем случае покупать пирожки с мясом»

Людмила Эльяшова

«Счастьем было видеть, как после войны городу возвращается прежний облик»

Мы составили краткий гид важнейших адресов осажденного города.

Лидия Гинзбург «Проходящие характеры. Проза военных лет. Записки блокадного человека»

Бесстрашная и беспощадная книга, которую литературовед и социолог искусства писала долгих сорок лет, начиная с убийственной зимы 42-го, и о легальном издании которой Гинзбург при жизни даже и не мечтала. Лидия Яковлевна без всякой сентиментальности или околичностей описывает опыт голодной деградации: дистрофия, распад сознания, моральный распад, чудовищное ощущение отказывающего тела. Обладая острым писательским слухом, стенографирует разговоры в страшных ленинградских очередях, блокадный этикет, а также медленное возвращение города в русло нормальной жизни.

Сергей Яров «Блокадная этика»

Книга о морали и правилах общежития, которые сохранялись или разрушались в блокадном Ленинграде. Автор пишет в предисловии: «Людям свойственно чувство сопереживания, и потому страшное прошлое с заревом бесчисленных пожаров, с потрясающими картинами массовой гибели горожан на глазах их родных и близких, с истерзанными бомбежками улицами обжигает сегодня и будет обжигать всегда. Здесь могут показаться неуместными сдержанность, научный слог, обдуманность исследовательских приемов. Но другого пути нет». И у него получается сохранить сухой, точный научный тон: другой текст Ярова, кстати говоря, получившую премию «Просветитель» объемную монографию «Повседневная жизнь блокадного Ленинграда», тоже полезно прочесть.

Владимир Глинка «Воспоминания о блокаде»

Среди множества изданных в последние четверть века блокадных мемуаров книга Глинки — особый случай. Автор, в ту пору сотрудник Эрмитажа, рассказывает, как выживала ленинградская интеллигенция. Искусствоведы и художники, беспомощные научные дамы и чудом уцелевшие дворяне — люди, как правило, лишенные умения устраиваться и спасительной практическое сметки, обреченные более прочих.

Карина Добротворская «Блокадные девочки»

Пронзительная книга интервью с пожилыми ленинградками-блокадницами, написанная президентом и редакционным директором Brand Development Condé Nast International, повелительницей тяжеловесного московского гламура 2000-х, экс-женой киноведа Добротворского и т.д. Карина Добротворская, беседуя со свидетельницами и носительницами неописуемого опыта, ненавязчиво демонстрирует, что призрак блокады никуда не делся, что самый европейский российский город живет с этой травмой и по сей день.

Фильм «Голоса»

Документальный проект Первого канала, автор — одна из лучших российских социальных журналисток Катерина Гордеева, некогда делавшая захватывающие выпуски НТВшного цикла «Профессия: репортер». Фильм построен на монологах немолодых людей, переживших блокаду детьми или подростками. Страшные рассказы о холоде, голоде, смерти родителей, характерном душевном оцепенении оттенены общим гордеевским светлым гуманизмом: это не удар поддых, как некоторые другие блокадные документы.

Сериал «Линия Марты»

Четырехсерийный мини-сериал той же Кинодирекции Первого канала. Сюжет параллельно развивается в двух эпохах: современном Петербурге и блокадном Ленинграде. Разведенная женщина с дочерью-подростком находят в новой квартире письмо мальчика Юры к девочке Марте, написанное страшной зимой 42-го. В фильме, деликатно и без особенного физиологизма рассказывающего о травматическом опыте осажденного города, снялись суперзвезды советского и российского кино: Алиса Фрейндлих, Василий Лановой, Лидия Федосеева-Шукшина и другие.

Фильм «Порох»

Странный, дискомфортный фильм болезненного режиссера Виктора Аристова (постановщика, кроме прочего, «Сатаны» и «Дождей в океане») о событиях вокруг начала ленинградской блокады. Главный герой по поручению хозяина северной столицы Жданова перевозит из Кронштадта баржу с порохом, чтобы наладить в изолированном городе производство. Оказавшись в Ленинграде, выехать обратно он уже не может. Картина предельно мрачная и лишенная советского глянцевого победного лоска, но также и чернухи: такое кино можно было снять только в коротком промежутке между смертью Андропова и смертью советского кинематографа.

Сериал «Ленинград»

Тоже четыре серии для телевидения, сериал совместного российско-британского производства, с огромным для подобного рода проектов бюджетом и приглашенными звездами вроде Миры Сорвино и Гэбриела Бирна (с нашей стороны тоже известные актеры: Евгений Сидихин, Ольга Сутулова, Михаил Ефремов и другие). Сюжетная интрига крутится вокруг затворника-гидрографа, который один знает некую прибрежную косу, по которой в осажденный город могут пройти машины с хлебом. Однако перед зрителями разворачивается целая портретная галерея блокадных ленинградцев: от партийный бонз до простых домохозяек.

Фильм «Блокада»

Мрачнейший украинский русскоязычный режиссер (автор лютой социальной притчи «Счастьe мое» и документальной хроники событий на киевском майдане) снял самый, наверное, простой и радикальный фильм этой подоборки. Почти час без единого слова и без отстраняющей зрелище музыки за кадром: только искусно смонтированные куски кинохроники, картины умирающего, обледенелого, истощенного города.

Даниил Гранин, Алесь Адамович «Блокадная книга»

Главный литературный документ о страшных днях ленинградской блокады. Писатели-фронтовики (Гранин воевал в танковых войсках, Адамович — в белорусском партизанском отряде) начали собирать свидетельства выживших во второй половине 70-х: первые главы были напечатаны в «Новом мире». Тогдашняя брежневская цензура вымарала из текста неудобные места: например, о распространенных в осажденном городе случаях каннибализма. В последнем по времени издании изъятые фрагменты были возвращены читателю.

Следите за нашими новостями в Telegram

Комментарии (0)

Авторизуйтесь

чтобы оставить комментарий.

Ваш город
Санкт-Петербург?
Выберите проект: