В Русском музее точно знают, как сделать хит, не изобретая колесо. Перед туристическим сезоном открыли выставку известнейшего и любимого публикой пейзажиста «Иван Шишкин. Русский лес». Более 140 работ из собственного собрания и других коллекций. Не только живопись, но и офорт. Привезли даже «Утро в сосновом лесу», которое обычно не выдается из Третьяковской галереи.
Собака.ru выбрала 9 интересных фактов из жизни художника, с которыми просмотр экспозиции станет еще увлекательней.
Глобально нынешняя экспозиция вряд ли расскажет что-то новое по сравнению с проектом 2021 года «Иван Иванович Шишкин. 1832–1898», который тоже проходил в корпусе Бенуа, но это не мешает получить удовольствие от рассматривания лесных видов и трав. Организаторы позаботились о комфорте посетителей: между работами достаточно воздуха, так что даже если ажиотаж будет таким же, как вокруг Куинджи, толкаться локтями, чтобы увидеть картины, не придется. А мы добавим посещению немного исторической фактуры.
Картина под полом
Самая ранняя из сохранившихся работ Шишкина — «Жатва». Он написал ее в возрасте 16–17 лет. Это период, когда будущий живописец уже понял, что хочет быть не купцом, как его отец, а художником и, бросив Первую Казанскую мужскую гимназию, в которой проучился пять классов, вернулся в родительский дом в Елабуге, но еще не поступил в Московское училище живописи и ваяния.
Родители не сразу приняли желание Ивана заняться артом; убедить отца позволить учиться на художника Шишкин смог только к 20 годам. Хотя он много рисовал с самого детства и даже заработал прозвище «мазилка».
На картине «Жатва» изображен панорамный вид на село Татарские Челны возле Елабуги. Это уже пейзаж, но еще не лес, а поле в жаркий полдень.
Холст был отреставрирован специалистами Русского музея в 1960-е, после того как его обнаружили между перекрытиями первого и второго этажей в доме родителей Шишкина. Как он туда попал — неизвестно.
Богатырь леса
Так Шишкина называли современники не только потому, что он был главным по русскому пейзажу, но и потому, что он буквально выглядел как богатырь. Современники описывают его как высокого стройного силача с густой бородой и волосами (портреты подтверждают!).
Илья Репин, наблюдавший за работой Шишкина, вспоминал: «Публика, бывало, ахала за его спиной, когда он своими могучими лапами ломового и корявыми, мозолистыми от работы пальцами начнет корежить и затирать свой блестящий рисунок, а рисунок, точно чудом или волшебством каким, от такого обращения автора выходит все изящней и блистательней».
Художник не только выглядел силачом. В Германии его однажды арестовали за драку (он обиделся на шутки за соседним столом). В воспоминаниях об этом случае упоминаются то семеро, а то и дюжина пострадавших в схватке с живописцем, включая полицейского, у которого Шишкин отобрал ружье.
Пристальное изучение природы
Шишкин подходил к точности в изображении натуры очень серьезно. Он внимательно изучал и хорошо знал особенности внешнего вида разных деревьев. Известно, что однажды он раскритиковал картину Репина, изображавшую сплавляемые по реке бревна: «Должно быть ясно: какие бревна — еловые, сосновые? А то что же, какие-то “стояросовые”! Ха-ха! Впечатление есть, но это несерьезно…» В итоге Илья Ефимович уничтожил холст.
Шишкин и животные
Если вы когда-нибудь были на экскурсии в Третьяковской галерее, то вам наверняка рассказывали, что медведей на знаменитой картине «Утро в сосновом лесу» написал Константин Савицкий, подпись которого была вымарана купившим холст Павлом Третьяковым.
Ссылаясь на этот факт, иногда утверждают, что Шишкин вовсе не умел писать животных, а заодно и людей. В том, что это не так, можно убедиться на выставке в Русском музее — тут есть и портреты, и автопортреты. Более того, на эскизе к «Утру» уже присутствовали мишки, созданные рукой Ивана Ивановича.
Офорт
К середине XIX века гравюра воспринималась как вспомогательный жанр, позволяющий тиражировать произведения. Шишкин был одним из первых российских авторов, заинтересовавшихся не только этой возможностью офорта (хотя распространение собственных произведений для народного художника тоже было очень важно), но и занявшихся авторским эстампом. Его издатель писал: «Он не только печатал листы, но и варьировал их до бесконечности, рисовал на доске краской, клал новые тени, делал другие пятна, звезды, лунные блики…».
На выставке в Русском музее показывают гравюры из альбома «60 офортов Ив. Ив. Шишкина. 1870–1892».
Шишкин и Академия
Хотя в системе образования в Академии художеств Иван Иванович разочаровался еще во время собственной учебы, в 1894 году он вместе с Куинджи начал преподавать там в пейзажном классе. Педагогом Шишкин был неоднозначным. Академические методы по-прежнему отрицал, считая, что работа по фотографии гораздо полезнее рисования гипсов. Был суров, ученики его боялись. Один из них, Андрей Шильдер, вспоминал, что он «иногда, завидя издали фигуру Ивана Ивановича, направляющегося в его сторону, не мог удержаться и, оставив этюд и палитру, буквально уползал в кусты, как уж, а потом изворачивался, как мальчишка, объясняя свое отсутствие».
Отчасти поэтому закончилась дружба Шишкина с Куинджи. Художники работали в соседних мастерских: Иван Иванович обращал большее внимание на рисунок, а Архип Иванович — на живопись. Но со временем, по воспоминаниям племянницы «богатыря русского леса», он начал замечать, «что его ученики только и думают, как бы пойти в мастерскую Куинджи, где всегда было очень весело, поднимались разные вопросы и от них не требовали постоянной работы».
Черный вдовец
Шишкин был женат дважды. Оба раза по любви, и оба закончились печально. Первой женой стала Евгения, сестра его ученика Федора Васильева, в 1868-м. В браке родилось двое сыновей — Владимир и Константин — и дочь Лидия. В 1873-м их мать умерла от чахотки; оба мальчика тоже скончались еще в младенчестве. В 1880-м Шишкин женился во второй раз на своей ученице, художнице Ольге Лагоде. В 1881-м у них родилась дочь Ксения, а через полтора месяца Ольга умерла от воспаления брюшины.
Николай Петрович
Так в доме Шишкина называли пиво, что означало «не пейте». Художник начал крепко выпивать еще после смерти первой жены. Как вспоминала его племянница, он стал «пить не в компании, как раньше, а дома, постоянно, и его некому было удержать; в своей теще, которая поселилась у него, он находил даже поддержку этому <…>. Его характер портился, так как ничто не влияло на него так ужасно, как водка…»
После смерти второй жены об оставшейся маленькой дочери и самом Шишкине заботилась ее младшая сестра Виктория. Родственница художника Александра Тимофеевна Комарова писала, что в конце жизни он «еще любил повеселиться и посмеяться; он обладал удивительным вкусом и уменьем убрать комнаты, и они с Викторией Антоновной иногда перед балом чуть не всю ночь сами вешали портьеры, приготовляли какое-нибудь особенное убранство залы, которая служила Ивану Ивановичу и мастерской». Но тем не менее художник выпивал, а «Николай Петрович» «непременно приводил его в дурное, раздражительное и подозрительное настроение, и по этому поводу не раз бывали ссоры. Только во время работы, перед выставкой, Шишкин почти совсем оставлял это, но за работу он принимался серьезно только за месяц-за два до выставки и тогда работал буквально все дни и ночи».
Смерть за холстом
Шишкин умер в 1898 году, перед мольбертом, работая над новой картиной «Лесное царство». Причиной стал разрыв сердца. Художника похоронили на Смоленском православном кладбище. В 1950-м останки были перенесены в Некрополь мастеров искусств, где установили новое надгробие (с ошибкой в дате рождения: живописец появился на свет в 1832-м, а не в 1812-м году).
Выставка «Иван Шишкин. Русский лес» пробудет в корпусе Бенуа до 9 ноября (0+)
Подробнее здесь
Комментарии (0)