Продолжая пользоваться сайтом, вы принимаете условия и даете согласие на обработку пользовательских данных и cookies

  • Развлечения
  • Книги
Книги

Поделиться:

В Петербурге есть особняк без единого темного угла (что? да!). Вот история дома и его владельца — человека, который боялся теней

В начале XX века инженер Сергей Чаев заказал архитектору Владимиру Апышкову особняк на Петроградской стороне — без единого темного угла! Внутри устроили зимний сад с высокими окнами, а в столовой для прислуги даже соорудили стеклянный пол — в общем, сделали все, чтобы в здание попадало максимальное количество солнечного света. Причина столь оригинального решения — страх хозяина перед... тенями! Об этой почти мистической истории рассказывает историк-экскурсовод Полина Любцева в новой книге «Легенды Петроградки. Истории домов, которые видели империю», выпущенной издательством «МИФ». Публикуем фрагмент, а заодно рассказываем, какие еще сюжеты скрываются под обложкой — от пропавшего алмаза бухарского эмира до тайного заседания большевиков в квартире на Карповке!

Обложка книги «Легенды Петроградки. Истории домов, которые видели империю»
Обложка книги предоставлена издательством «МИФ»

Обложка книги «Легенды Петроградки. Истории домов, которые видели империю»

Фрагмент «Особняк без единого темного угла»

Если выбрать правильную ночь, когда полная луна озаряет небосвод будто днем, и выйти на улицы Петроградки, надеясь найти нечто скрытое от дневной суеты, то на укромной улочке на карнизе элегантного особняка непременно увидишь стройную волоокую девушку. Тонкая ткань оплетает изящные ноги, лунный свет падает на плечи. Если прислушаться, то можно услышать, как девушка шепчет, что ночь нежна… но стоит только легкой туче, отбросив тень на крышу особняка, заслонить луну, как Она улетает с крыши… испаряется, словно тут Ее и не было вовсе. Она появляется здесь, лишь когда на особняк не падают тени. В этом тайна этого дома.

Единственный в Петербурге особняк без темных углов построили для человека, боявшегося теней. Но стоило только одной из них промелькнуть там — и хозяин немедля покинул дом.

Освоение Петербургской стороны отражало нравы своей эпохи. Парижский конец века, или декаданс, был отмечен кризисом традиционных ценностей в искусстве. Все популярнее становились мистика, оккультизм, интерес к потустороннему миру, заигрывание с темой смерти и темных сторон души. Где-то в Париже Шарль Бодлер уже написал «Цветы зла», и петербургские поэты шагали в ногу. Почти.

Поэт Иннокентий Анненский написал «Свечку внесли»:

Не мерещится ль вам иногда,
Когда сумерки ходят по дому,
Тут же возле иная среда,
Где живем мы совсем по-другому?

А Зинаида Гиппиус — «Молитву»:

Тени луны неподвижные…
Небо серебряно-черное…
Тени, как смерть, неподвижные…
Живо ли сердце покорное?
Кто-то из мрака молчания
Вызвал на землю холодную,
Вызвал от сна и молчания
Душу мою несвободную.

Выражаясь в прозе: бояться теней было ультрамодно — таков стиль жизни эпохи декаданса. Гиппиус написала это стихотворение чуть раньше того, как оккультизм и спиритизм стали массовым увлечением среди богемы. Широкую популярность они получили как раз когда и был построен особняк, о котором пойдет дальше речь. И если поэты писали о страхах теней стихи, то домовладельцы могли воплощать эти страхи в архитектуре. 

Особняк Чаева на Петроградской стороне
Фото: Инна Метелькова / Собака.ru

Особняк Чаева на Петроградской стороне 

Инженер путей сообщения Сергей Чаев заказал модному столичному архитектору Владимиру Петровичу Апышкову особняк без единого темного угла. Такой дом «явился результатом совершенно определенного требования владельца — не делать темных или даже полутемных коридоров», как написал архитектор. Добиться этого удалось за счет оригинальной внутренней планировки. Окна некоторых из комнат вели не только на улицу, но и в спроектированный просторный зимний сад с высокими окнами — так его свет дополнительно освещал залы. Для выполнения поставленной задачи даже пол столовой для прислуги на третьем этаже был сделан из рифленого стекла. При таком проектировании в дом не могли проникнуть тени, а с ними и силы потустороннего мира.

Главный вход с фигурным козырьком
Фото: Инна Метелькова / Собака.ru

Главный вход с фигурным козырьком 

Но Чаев не учел скорость, с которой развивался новый район столицы: всего через пять лет не омраченной ни единой тенью жизни на соседнем участке вырос многоэтажный доходный дом. Навис над двухэтажным особняком, загородив его от света. Тогда хозяин поспешил продать свой дом и переехал на Аптекарский остров. А позже тот же архитектор, Владимир Апышков, построил для него роскошную палладианскую виллу на берегу Каменного острова. Там действовал строгий запрет на строительство доходных домов, поэтому можно было не опасаться теней плотной городской застройки.

Зимний сад
Фото: Инна Метелькова / Собака.ru

Зимний сад 

Особняк без темных углов менял владельцев. После Чаева он принадлежал предпринимателю П. Н. Летуновскому. А вот третьей хозяйкой стала супруга издателя и коллекционера Николая Васильевича Соловьёва — знаменитая балерина Вера Трефилова. Она танцевала в «Лебедином озере» Мариинского театра, но по просьбе супруга оставила сцену, поэтому роскошный новый дом, залитый светом, стал для нее настоящей «золотой клеткой». В 1915 году после смерти супруга Вера Александровна устроила прощальную фотосессию своего особняка и продала дом.

Галерея-балкон второго этажа
Фото: Инна Метелькова / Собака.ru

Галерея-балкон второго этажа 

Не исключено, что при создании дома без теней молодой архитектор Апышков отталкивался от особенностей стиля особняка балерины Кшесинской, представленного публике в том же году. И хотя балерина Вера Трефилова была лишь третьей владелицей особняка на Лицейской улице (ныне улица Рентгена. — Прим. ред.), это все же рифмует его с домом балерины Кшесинской. Два особняка в стиле модерн, принадлежавшие двум танцовщицам императорского балета, тоже были частью эпохи декаданса.

Главным украшением особняка Сергея Чаева была скульптура девушки, характерная для эпохи модерна: над центральным окном, застывшая словно за мгновение до того, как спрыгнет с карниза. В какой именно момент она улетела, установить не удалось.

С 1935 года в особняке Чаева находится стоматологическая поликлиника.

Металлическая лестница, ведущая на третий этаж
Фото: Инна Метелькова / Собака.ru

Металлическая лестница, ведущая на третий этаж 

Какие еще легенды Петроградской стороны вошли в новую книгу

Особняк Сергея Чаева — лишь одна из множества историй, собранных Полиной Любцевой. Среди других — загадка барельефа Мефистофеля на фасаде доходного дома Лишневского, в образе которого горожане узнают оперного певца Федора Шаляпина, и поиски алмаза «Око света», который, согласно легенде, бухарский эмир оставил в Петербургской соборной мечети.

За мистическими сюжетами следуют судьбы знаменитых жителей района: от бывшего министра финансов Сергея Витте, тайно вывезшего за границу свои откровенные мемуары об императорской семье, до художника Кузьмы Петрова-Водкина, получившего первый крупный заказ благодаря случайному знакомству с архитектором Романом Мельцером.

От личных историй автор переходит к событиям разных эпох — например, к тайному заседанию большевиков в квартире на Карповке, где в октябре 1917 года приняли решение о вооруженном восстании, и последнему концерту Александра Вертинского в Доме ветеранов сцены в 1957 году, который прошел за несколько часов до смерти артиста.


Полина Любцева

автор книги, историк-экскурсовод

Я более 10 лет делаю пешеходные экскурсии по Санкт-Петербургу и изучаю историю города, поэтому мне хотелось как можно большему количеству читателей рассказать, что Петербург гораздо богаче и интереснее стандартного набора дворцовых переворотов и «Авроры».

Формат легенд позволил придать моему рассказу легкую читательскую форму и язык, чтобы книгу можно было взять в поезд или самолет и увлечься чтением, заодно составляя себе маршрут путешествия. И конечно, я думала о жителях города, которым тоже будет интересно посмотреть на свой город свежим взглядом. 


Надежда Молитвина

руководитель редакции «Гуманитарный нон-фикшн» («МИФ Культура»)

Мы видим устойчивый интерес к фольклору, мифологии, городским легендам, истории, в том числе — к краеведению, и стремимся отыграть этот интерес в разных форматах и жанрах. Локальные легенды из этой книги дают возможность увидеть город в незаурядном ракурсе, «пройтись» вместе с ее автором по не самым туристическим местам и узнать городской фольклор, ставший частью культурного кода. Петроградка получилась очень живая, мистическая, контрастная, честная, иногда пугающая, точно умеющая удивлять.

Комментарии (0)

Наши проекты