Что мы узнали об Эдуарде Лимонове из его нового (!) сборника «Я не хочу быть простым человеком»?

Московский период Лимонова — с 1967 по 1974 год — очерчен в библиографии писателя лишь пунктиром. Тем ценнее, что «Я не хочу быть простым человеком» заполняет лакуны, оставшиеся после прочтения «Москвы майской» (романа-путеводителя Лимонова по богемной столице 1960-х, впервые опубликованного в 2025-м. — Прим.ред.).

В новом сборнике появляются неожиданные детали: у кого писатель бывал, с кем и что ел-пил, кому читал стихи, кто и как к нему относился. Описано все — вплоть до интимных моментов: «Как о преступности, мечтаю о физической близости с Еленой» (Еленой Щаповой, второй женой писателя. — Прим.ред.).

По сути, перед нами короткие фрагменты и подробные отчеты, перемежающиеся рассуждениями «за жизнь», признаниями в любви, томлениями, самокопанием и заочными спорами (например, с Бродским и Окуджавой!). И все это читается как роман! В записях второй половины 1971 года есть ключевые пункты, необходимые для напряженного сюжета — любовь и бедность, страдания и рефлексия, инаковость и противопоставление себя миру: «Ребенок в 28 лет! Вот до чего довели меня мои книги!»

Здесь Эдичка только в самом начале большого пути в литературу, но уже четко определяет образ своего лирического героя: «…Он одинокий в своем грубом тяжелом народе, бедный интеллектуал и неврастеник, герой сумасшетший, тонкий утонченный, благоухающий. Исключение. Элита. Вот он каков. Гонимый…»  (сохранена авторская орфография. — Прим.ред.).

Этой формуле Лимонов будет следовать всю жизнь, и она же объясняет многое в его творчестве: и нарочитую поляризацию оценок, и готовность превращать биографию в художественный текст. Уверенность в собственной исключительности стала стержнем, вокруг которого создавалась его мультивселенная: «... Один я занимаюсь настоящим делом и веду настоящую жизнь. Все иное — ложность и суета. Все иное в моей стране, кроме меня, — глупость и издержки…».

Интересно, что сборник построен так, что реальные дневниковые записи плавно перетекают в раннюю прозу, которую легко принять за продолжение мемуаров. Например, рассказ «Автопортрет без Елены» по интонации и подаче почти неотличим от предыдущих дневниковых страниц. Тут только вполне гоголевские даты вроде «31 весны» выдают прозаическую условность. В результате вся книга воспринимается как единый текст, где документальное и вымышленное переплетены настолько тесно, что читатель становится участником игры с реальностью.

При таком сходстве материала постоянно задаешься вопросом: насколько Лимонов искренен в своих записях? Если они готовились к публикации еще самим автором в 1970-1980-е, как утверждается в предисловии, то дневники — уже не просто фиксация момента, а часть продуманного образа.

В этом-то и заключается специфика лимоновского автофикшена: он не столько рассказывает о себе, сколько создает себя как героя. И в сборнике мы четко видим, откуда вытекают истоки его писательской эстетики: как бытовая неустроенность, бедность и личные драмы превращаются в художественный материал. Апогеем неразделимости мифа и автобиографии позже станет «Это я — Эдичка!». Манифест новой искренности, в котором бунтарская энергия объединится с пронзительной интонацией.

Вообще, я люблю дневниковые записи великих. В них интересно следить за временем и тем, как человек меняется на протяжении жизни. В случае со сборником Лимонова я задумался: увидел ли я человека в его развитии? Узнал ли что-то принципиально новое о писателе и о его 1970-х, особенно после «Москвы майской», которая по большей части закрывала белые пятна московского периода жизни писателя? Однозначного ответа я не нашел.

Вроде бы в них что-то есть, но как будто уже читанное. Быть может, для ясности нам стоит дождаться публикации остальной базы записей. Издательство заявило, что дневников у Лимонова — на десятки тысяч страниц. Так что продолжение точно последует.

Текст: Михаил Титов

18+