Петербуржец реставрирует старинные дверные звонки — и собирает самые редкие модели. Показываем его коллекцию (с кнопкой вызова прислуги и накладкой «Прошу вертѣть»!)

О дореволюционных звонках и инженерных хитростях

В XIX веке в Петербурге использовали преимущественно механические дверные звонки. Один из ранних типов представлял собой колокольчик, закрепленный на металлической полосе с пружиной на конце. Конструкция держалась на Г-образном костыле, вбитом в стену. Рядом с дверью устанавливали специальную чашу с ручкой. Посетитель тянул ее на себя, система подвижных кронштейнов приводила колокольчик в движение, и жильцы слышали звон. Остатки таких механизмов можно увидеть практически во всех районах города. Чаще всего сохраняются именно чаши с ручками, закрашенные в цвет стен, — они встречаются в постройках XIX и даже начала XX века. 

В конце того же столетия распространился другой тип устройств, которые крепились непосредственно на входную дверь, — нажимного и поворотного действия. Первые подобные механизмы появились в Англии и США, а ранние патенты на них датируются 1860-ми годами. Американские модели, кстати, довольно часто встречаются в Петербурге. Позднее такие звонки начали производить и в России, где они быстро завоевали популярность.

Снаружи на дверь крепили круглую накладку с кнопкой или поворотным ключиком и надписью «Прошу нажать» или «Прошу повернуть». С внутренней стороны размещали сам механизм, который приводился в действие нажатием или поворотом. Существовало огромное количество вариантов оформления: отличались материалы, декоративные элементы и даже формулировки фраз. Некоторые модели продолжали выпускать вплоть до 1970–1980-х годов.

Третий тип — электрические звонки, также появившиеся в конце XIX века. Если механические модели с надписью «Прошу повернуть» чаще встречались на черных лестницах, то электрические, бывшие в то время технической новинкой, — на парадных.

Входной звонок мог быть частью большой системы внутренней сигнализации. В состоятельных квартирах с ее помощью хозяева общались с прислугой. Иногда в одном жилище насчитывались десятки устройств, объединенных сложной системой проводки. Кнопки были настольными, настенными и подвесными, самых разных форм и материалов. В советское время подобные системы вызова прислуги ушли в прошлое вместе с прежним укладом жизни. А вот сами дверные звонки продолжали выпускать на протяжении всего XX века.

Кто мог позволить себе дверной звонок

В XIX — начале XX века он был привычным предметом быта. Его можно было встретить и во дворце императора, и в квартире рабочего. Существовали модели на любой вкус, кошелек и для самых разных задач. Например, на парадной лестнице могли установить богато украшенную латунную или бронзовую чашу с ручкой, а на черной — простую металлическую пластину, выполнявшую ту же функцию.

В собрании Государственного музея истории Санкт-Петербурга хранится чаша от звонка из особняка Румянцева с ручкой в виде головы льва. Правда, с какой именно двери ее сняли, точно неизвестно. Еще разнообразнее были изделия для вызова прислуги. Их изготавливали как из дерева, так и из драгоценных металлов, украшали инкрустацией и драгоценными камнями. Подобные экземпляры можно увидеть, например, в собрании Музея Фаберже.

Как и когда появилась коллекция

По образованию я строитель. Последние семь лет занимаюсь реставрацией исторического металла и участвую в проекте «Двери с помоек». Мы восстанавливаем старинные двери, окна, архитектурные элементы и предметы быта Петербурга, занимаемся градозащитными инициативами, проводим лекции и мастер-классы.

Через мои руки проходит огромное количество дореволюционной фурнитуры. Со временем я начал осознавать, насколько разнообразными были эти изделия в Российской империи и раннем СССР. Захотелось систематизировать накопленные знания — так около шести лет назад появилась моя коллекция.

Ее основу составляют механические дверные звонки, но есть и электрические — как входные, так и внутренние, предназначенные для вызова прислуги. Кроме того, собираю замки, ручки, таблички для писем и газет и другие изделия XIX — первой половины XX века.

Сколько стоит старинный звонок

Стоимость экземпляров сильно различается — например, распространенные модели можно купить на «Авито» за 10–15 тысяч рублей. Правда, состояние у них бывает совершенно разным: далеко не все работают, а продавцы зачастую даже не представляют их историческую ценность. Совсем другая история — кабинетные кнопки вызова прислуги, изготовленные в мастерских Фаберже. Это уже аукционные предметы другой ценовой категории.

«Прошу вертѣть»: самые редкие находки

Сегодня даже полностью сохранившийся комплект механического звонка конца XIX — начала XX века можно считать раритетом. Эти предметы не лежали на полках, а ежедневно использовались по назначению, поэтому до наших дней их дошло совсем немного.

В моей коллекции есть, например, накладка от поворотного механизма с надписью «Прошу вертѣть», найденная на чердаке в Ивановской области. Скорее всего, это продукция местного производителя, а значит, тираж мог быть совсем небольшим. Еще один интересный экземпляр — дореволюционный звонок с фарфоровой накладкой «Прошу повернуть». Пока это единственный известный мне образец в таком исполнении.

Есть несколько устройств конца XIX века нажимного действия. Из-за более сложной конструкции их сохранилось особенно мало. Также удалось найти оригинальный комплект американского производства того же периода, причем обнаружен он был именно в России. В Петербурге до сих пор есть несколько адресов, где можно увидеть такие модели.

От семи моделей одного звонка до завода «Русский дизель»: неожиданные открытия

В Петербурге есть распространенная разновидность механического звонка «Прошу повернуть», которую можно встретить практически во всех районах города. На первый взгляд накладки совершенно одинаковые: один шрифт, одни декоративные элементы. Но когда они начали попадать ко мне в руки, а некоторые — в коллекцию, я обнаружил небольшие различия.

При одинаковом рисунке штампы оказались разными: отличались форма буквы «О», точки и отдельные детали орнамента. На сегодняшний день мне известно семь разновидностей таких накладок. Скорее всего, это говорит о большой популярности модели, которую выпускали сразу несколько производителей.

Еще одна интересная деталь: в 1940–1950-х годах одну из самых популярных моделей механических дверных звонков в Ленинграде производили на заводе «Русский дизель» — бывшем предприятии Нобеля. То есть там, где изготавливали двигатели для флота, делали еще и дверные звонки!

В чем особенности реставрации

Восстановление старинного звонка — прежде всего восстановление его механизма. И механические, и электрические модели состоят из множества деталей: пластин, пружин, шестеренок и других элементов. Если все части сохранились, не стерлись и не получили серьезных повреждений, вернуть предмет в рабочее состояние можно относительно быстро. Но подобные экземпляры встречаются редко. Именно за ними я охочусь как коллекционер.

Звонок — утилитарная вещь, которой постоянно пользовались, поэтому многие образцы дошли до наших дней в плачевном состоянии. Часто приходится искать другой в качестве донора или изготавливать копию утраченного фрагмента: например, стершейся шестеренки или проржавевшей пружины. В зависимости от сохранности и сложности устройства работа занимает от одной-двух недель до нескольких месяцев.

Кто заказывает восстановление старинных звонков

Чаще всего ко мне обращаются жители старого фонда, которые хотят сохранить аутентичные детали в собственных квартирах и домах. Бывают заказы от дизайнеров, работающих с интерьерами в исторических зданиях. Есть среди заказчиков и ценители старого быта, любители антиквариата и просто городские сумасшедшие — в хорошем смысле этого слова!

Как звучал старый Петербург

Это зависело от размера, формы и производителя дверного звонка. Например, среди ранних механических моделей встречались как маленькие колокольчики, так и большие колокола — разумеется, звук у них сильно различался. Электрические устройства тоже выпускали с чашами разных размеров и форм, предназначенными для разных целей.

При реставрации удается воссоздать оригинальное звучание. Ведь моя цель — не просто заставить старинный предмет снова работать, а вернуть ему функциональность, максимально сохранив родные детали и первоначальную конструкцию.