Масштабная реставрация на Невском, реконструкция «Мюзик-Холла» и что нашли в Князь-Владимирском соборе: петербургские реставраторы — о главных проектах года

Какие проекты компании должны попасть на страницы журнала Собака.ru в 2026 году?

В первую очередь это реконструкция главной сцены Музыкального театра имени Шаляпина, бывшего театра «Мюзик-Холл», в Александровском парке. В данным момент здание проходит технически сложный этап — частичную пересадку на новый фундамент с заглублением до семи метров. Это уникальная работа: подобных проектов в городе было мало. У нашей компании есть похожий опыт — в Александровском дворце, но там заглубление составляло до двух метров. В здании музтеатра этот этап планируем завершить до конца 2026 года. Параллельно на объекте идет реставрация фасада. 

Второй проект — Александровский дворец в Пушкине. Сейчас он находится на финишной прямой. Мы рассчитываем, что финансирование будет достаточным, чтобы сдать вторую очередь работ к середине 2027 года. Первую очередь мы сдали еще в 2021 году — тогда после реставрации открылись 13 парадных интерьеров.

Еще я бы отметил первый корпус интерната для Академии танца Бориса Эйфмана (улица Большая Пушкарская, 9). Работы планируем завершить до 1 июня и рассчитываем, что к 1 сентября здание откроет свои двери. Проект важный и нужный — учебному заведению не хватает места для размещения учеников. Второй корпус, расположенный по соседству (улица Большая Пушкарская, 7), — это апартаменты для артистов и преподавателей. Работы на этом объекте планируем завершить летом 2027 года.

Кроме того, наша компания участвует в реновации территории яхт-клуба на Петровском острове. Мы проектируем два памятника архитектуры. Первый — деревянный дом нефтепромышленника Ропса, где раньше размещалась администрация яхт-клуба, а в будущем откроют музей. Второй — главное здание яхт-клуба, построенное к Олимпиаде 1980 года. Оба сооружения будут сохранены и приспособлены под современное использование без утраты исторической функции.

Среди проектов, реализованных в 2025 году, отмечу уникальную реставрацию гранитного фасада Петропавловской крепости. В рамках благотворительности мы также обустроили новое место для полуденного выстрела, временно перенеся орудия с Нарышкина на Государев бастион. Еще один завершенный проект — реставрация и приспособление под современное использование особняка Кочубея (Конногвардейский бульвар, 7), где разместилось петербургское представительство Генеральной прокуратуры РФ. 

Сегодня многие компании говорят о своей просветительской миссии. Есть ли она у вас? Расскажите об одной инициативе, которой вы особенно гордитесь.

Считаем своей обязанностью участие в сохранении традиций ленинградской школы реставрации и передачу знаний от старшего поколения молодым специалистам. В прошлом году для этого в ПГУПСе при поддержке Союза реставраторов Петербурга была создана специализированная кафедра по подготовке новых кадров. Наша компания поддержала инициативу: несколько сотрудников участвуют в образовательном проекте, который пока финансируется вне бюджета. 

Какой вы видите реставрацию в Петербурге будущего — скажем, через
10–20 лет?

Самое главное, чтобы реставрация в Петербурге была, развивалась и чувствовала себя лучше, чем сегодня. Для этого нужны сильные специалисты, которые горят этим делом, а также готовы работать, учиться и передавать свой опыт. Важно и то, чтобы петербургская реставрация оставалась достойным примером того, как нужно относиться к культурному наследию — не только в России, но и на международном уровне.

Какие проекты компании должны попасть на страницы журнала Собака.ru в 2026 году?

Мы будем работать с фасадами дома Демидовых (Невский проспект, 54), дома Александровского (Невский проспект, 63), а также дома, где в начале XX века размещался ресторан «Палкинъ» (Владимирский проспект, 1/47, литера Б).

Все эти здания индивидуальны по времени постройки, перестроек и истории бытования. Так, на фасаде дома Демидовых ранее располагались скульптуры, утраченные в конце 1940-х годов. Нам предстоит восполнить утраченное убранство по сохранившимся фотографиям. Отдельные элементы — головы, руки, детали одежды — придется лепить по несколько раз, чтобы максимально точно воссоздать каждую фигуру.

Мы также планируем завершить реставрацию музея Шаляпина (улица Графтио, 2б, литера А), над которым работали семь лет. А в Пушкине — противоаварийные работы на даче Юсуповой. К концу года после нашей реставрации также откроется фасад колокольни Спаса на Крови. 

Сегодня многие компании говорят о своей просветительской миссии. Есть ли она у вас? Расскажите об одной инициативе, которой вы особенно гордитесь.

Наша компания сотрудничает с музеем «Миссия — реставратор» при средней школе № 376: помогает с наполнением экспозиции и сбором сведений о ключевых этапах развития реставрационного дела. Этим начинанием мы особенно гордимся. 

Как сегодня складываются отношения реставраторов с властью? В чем диалог уже выстроен, а в чем нет?

Я считаю, что сейчас диалог с руководством города налажен. Это видно по реставрационным инициативам и программам, которые поддерживаются на уровне администрации Петербурга. 

Назовите один реставрационный проект у коллег, который особенно запомнился вам в последнее время. Чем именно он вас зацепил? 

В силу высокой нагрузки не получается общаться с коллегами по цеху. О других проектах узнаем из СМИ. Это, к слову, еще одна животрепещущая тема — информационный голод в реставрационной среде: до профессионального сообщества почти не доходит узкоспециализированная информация.

Какой вы видите реставрацию в Петербурге будущего – скажем, через 10-20 лет?

В реставрации станет больше научного подхода, чем раньше. Также изменится материаловедение, а вместе с ним — и технологический подход к сохранению объектов культурного наследия. При этом часть реставрационных процессов упростится. 

Какие проекты компании должны попасть на страницы журнала Собака.ru в 2026 году?

Во-первых, реставрация Владимирского собора (Владимирский проспект, 20). Сейчас мы вышли на завершающий этап: работаем с двумя часовнями и оградой. Ранее были восстановлены кровля и фасады.

Во-вторых, Князь-Владимирский собор (улица Блохина, 26), который на реставрации уже третий год. Сейчас мы занимаемся паркетным полом в молельном зале. В ходе работ на этом объекте было обнаружено его историческое основание — несущие конструкции из бревен диаметром 300–400 мм, дошедшие до нас с петровских времен! Нам удалось их сохранить, поэтому они продолжат служить памятнику. Ранее также отреставрировали интерьеры южного нефа, большого и двух малых куполов храма.

Третий проект — реставрация и ремонт фасадов дома Трейберга (Невский проспект, 11/2, литера А). Мы будем заниматься этим объектом еще несколько лет, а вот реставрацию Владимирского и Князь-Владимирского соборов планируем завершить уже в этом году.

Сегодня многие компании говорят о своей просветительской миссии. Есть ли она у вас? Расскажите об одной инициативе, которой вы особенно гордитесь.

Просветительская работа для нас прежде всего связана с подготовкой кадров. По просьбе учебных заведений и по собственной инициативе мы принимаем студентов старших курсов на практику: они обучаются в мастерских вместе с нашими специалистами, а лучшие получают работу в компании. Кроме того, мы организуем экскурсии на объектах реставрации для школ, сотрудничаем с архивами и Союзом реставраторов Петербурга, участвуем в профильных выставках и общественных работах на памятниках и кладбищах. 

Как сегодня складываются отношения реставраторов с властью? В чем диалог уже выстроен, а в чем нет?

Мы работаем по государственным контрактам, поэтому у нас выстроен диалог со всеми участниками процесса — заказчиком, КГИОПом и другими госструктурами. Бывают разные ситуации, но это рабочие моменты. 

Назовите один реставрационный проект у коллег, который особенно запомнился вам в последнее время.

Мы не смотрим по сторонам — заняты своей работой.

Какой вы видите реставрацию в Петербурге будущего — скажем, через 10–20 лет?

Безусловно, работы по сохранению и приспособлению объектов культурного наследия будут продолжаться. Методики ведения реставрационных работ будут учитывать опыт предыдущих поколений реставраторов, физические свойства новых материалов, климатические изменения и общую картину развития Северной столицы.

Какие проекты компании должны попасть на страницы журнала Собака.ru в 2026 году?

Реставрация фасадов дома Бажанова (улица Марата, дом 72) и дома Афанасьева (Пушкинская улица, дом 17). Это уникальные здания с большим объемом архитектурных, декоративных и художественных элементов высокой степени сложности.

В доме Бажанова была проделана большая работа с керамической плиткой, которой отделаны фасады: чтобы попасть в исторический голубой цвет, мы сделали порядка трехсот, если не больше, образцов! На этом же объекте работаем с уникальными оконными заполнениями со сферическими, изогнутыми стеклами, дубовыми дверными заполнениями, а также со шпинголетами, козырьками, балконами, рамами и другими архитектурными деталями, в которых воплощена красота этого здания.

С доходным домом Афанасьева немного проще, хотя и не менее интересно: там большой объем лепных элементов и штукатурных работ. Оба проекта планируем завершить в этом году.

Сегодня многие компании говорят о своей просветительской миссии. Есть ли она у вас? Расскажите об одной инициативе, которой вы особенно гордитесь.

Мы регулярно проводим экскурсии — самостоятельно или совместно с другими проектами, например, с «Открытым городом». К нам на мастер-классы также приходят студенты и преподаватели СПбГАСУ. Кроме того, участвуем в выставках — например, на ВДНХ. Формат уже отработан: посетители набивают простой рисунок на металле под присмотром наших специалистов. Эта программа пользуется популярностью как у детей, так и у взрослых. 

Как сегодня складываются отношения реставраторов с властью? В чем диалог уже выстроен, а в чем нет?

Реставраторы отмечают важность городских программ по восстановлению фасадов многоквартирных домов — объектов культурного наследия, а также восстановления зданий на Невском проспекте. Для Петербурга, где исторический центр находится под охраной ЮНЕСКО, государственная поддержка в этой сфере имеет первостепенное значение: она позволяет вернуть архитектурным шедеврам их подлинный блеск, утраченный в прошлом веке. 

В последнее время мы также видим заинтересованность со стороны частного инвестора, что не может не радовать. Есть общее понимание: архитектура Петербурга — мощный магнит для туризма, культуры и бизнеса. Чем бережнее мы относимся к исторической застройке, тем больше выигрывает город, ведь сохранение культурного наследия — общее дело, в котором важен вклад каждого. 

Назовите один реставрационный проект у коллег, который особенно запомнился вам в последнее время.

Я бы назвал реставрацию здания консерватории имени Римского-Корсакова (Театральная площадь, 3). В последнее время проектов подобного масштаба почти не было. В достаточно сжатые сроки выполнить такой объем сложнейших, уникальных работ — это достойно уважения. Поэтому хочется сказать коллегам спасибо.

Какой вы видите реставрацию в Петербурге будущего — скажем, через 10–20 лет?

Реставрация в Петербурге должна оставаться такой, какой она была в момент формирования реставрационной школы в послевоенные годы. Технологии работы с лепными, выкладными, резными и скульптурными элементами не изменятся: они всегда будут выполняться по одним и тем же принципам. Основная задача реставрации тоже останется прежней — сохранить памятник в том виде, в котором он был создан. При этом приспособление объектов культурного наследия к современному использованию — тоже очень важная часть работы в новых реалиях. Думаю, что именно в этом направлении особенно интенсивно будут развиваться новые технологии. 

Редакция Собака.ru благодарит Союз реставраторов Петербурга за помощь в подготовке материала