• Бары и рестораны
  • Герои
Герои

Где и как выпивают фанаты «Зенита» в Петербурге?

Поделиться:

История и география возлияний спортивных фанатов в Петербурге — одна из самых богатых в России: спортивный журналист и владелец рюмочной «О, спорт!» Федор Погорелов написал для нас колонку об истории вопроса.

Федор Погорелов

В советском Ленинграде болельщики выпивали в двух местах: в пивной «Золотое руно» на Скороходова (в народе — «Кирпич») и в «Пушке» на Большой Пушкарской — «Жигулевское», килечка, сосиски с горошком. Однако чаще всего на матчи брали с собой. У стадиона имени Кирова на деревьях «росли» спертые стаканы из-под газировки — из них пили свой портвейн. В 1990-е не стоял вопрос ни общепита, ни болельщиков — их просто не было: на игры на «Обуховце» собиралось двести человек. Культура просмотра матчей вне дома зарождалась только в начале 2000-х. Я помню кафе «Пенальти», просуществовавшее пару лет на месте нынешнего Brugge: на матче Россия — Украина, в котором удар Владимира Шевченко (наш вратарь Филимонов попытался мяч поймать и уронил его в ворота. — Прим. ред.) поставил точку в успехах нашей сборной на много лет вперед, там не было свободных мест. Мы с братом сидели на полу и пили из уродских кружек плохой разливной лагер.

В 2001 году по дороге на стадион в целом все еще выпивали в условном ларьке с шавермой, но на улице Репина болельщик «Зенита» Владимир Канета уже открыл кафе «Хет-трик». Именно этот человек — автор формулировки «отец всех наших побед» о легендарном тренере Юрии Морозове. В 2002-м «Зенит» играл хуже некуда, занял двенадцатое место, и Володя закрылся. Он опередил свое время: у него уже были экран, пиво и классика того времени — судак «Орли» и свинина по-милански. Еще в нулевых был бар «Мешок» — так в 1980-х называли фанатов «Зенита» из-за поли­этиленовых мешков, которые выпустили в честь первого чемпионства. Место открыл Михаил Мышалов, в будущем совладелец «Розарио» и «Васаби», там плясали женщины и собирались болельщики, появление которых на стадионе было запрещено его службой безопасности.

Из соцсетей рюмочной "О, спорт!"

Из соцсетей рюмочной "О, спорт!"

Из соцсетей рюмочной "О, спорт!"

Из соцсетей рюмочной "О, спорт!"

Из соцсетей рюмочной "О, спорт!"

Из соцсетей рюмочной "О, спорт!"

Массовое появление футбольных мест, актуальных до сих пор, пришлось на 2005–2006 годы: это сеть Mollie's, пабы Dickens и Oliver  — в последнем и сейчас бывают персонажи из ультрас-движения. В The Telegraph ребята с виража (фанатский сектор стадиона. — Прим. ред.) не только смотрели матчи, но и танцевали под Дана Шувалова. Тогда пили английское пиво, никакой «России» на кранах. Стол ломился от алкоголя и сосисок, которые сделал модными ресторан «Карл и Фридрих». Это годы высокого барреля, благосостояние россиян росло, сложилась практика есть и выпивать вне дома.

Летом 1999 года был открыт бар «Ультра», который дожил до наших дней, — субкультурное место, где и сейчас бывают люди с говорящими о многочисленных драках костяшками и носами. В 2009 году футболист Владимир Быстров вернулся в «Зенит» из «Спартака». Его ненавидели: на матчах скандировали оскорбления, вывешивали его чучела. Именно в баре «Ультра» Быстров встречался с лидерами разных фирм (организованные группировки болельщиков. — Прим. ред.), чтобы выяснить отношения.

Mollie's

Mollie's

Mollie's

Mollie's

Mollie's

Dickens

Oliver

В 2012 году менялись и «Зенит», и общепит Петербурга — массово стали появляться небольшие независимые проекты. Друзья Дмитрий Карчевский, Сергей Макаровский и Павел Сивохин открыли на Зверинской улице паб I Believe с английским пивом и, как принято сейчас говорить, с лофтовым интерьером. Это важная точка: тут проводят и нулевой тайм — когда разминаются до матча, и третий — когда выпивают после. В 2014-м у хозяев появился второй бар — Every Dog на канале Грибоедова. На Петроградской открылся The Corner команды Dickens — туда фанаты ходят побросать дартс. К Александру Зарайскому идут в «Ясли»: этот болельщик вписал свое имя в историю, сопроводив «Зенит» по маршруту Петербург — Ростов — Владивосток на машине. Ветераны фанатского движения много лет бронируют одни и те же столики в «Пиросмани» и «Старом Тбилиси» — это тоже на Петроградке.

В центре и «на районах» есть места, где транслируют футбол, но они никогда не станут какими-то значимо футбольными — просто заведения, где ты попросил включить на плазме футбол. Хотя сейчас, скорее всего, просить не придется: начиная с 2013 года расписание трансляций есть более-менее везде в ресторанах и пабах. До этого в общепите показывали матчи редко. После побед «Зенита» 2007–2008 годов в городе толком не знали, как к ним относиться: тридцать лет пели «Кубок УЕФА наш „Зенит“ возьмет», а он взял — и взял. Новый гимн писать? Реакция пришла позже, когда в сезоне 2011–2012 клуб систематизировал успех: стал чемпионом за несколько туров до конца и вышел в плей-офф Лиги чемпионов. Тогда телевизор с футболом появился в каждом заведении, потому что он был абсолютный маст городской повестки.

Еще одно важное место, что скрывать, — наша с Игорем Лядовым спортивная рюмочная «О, спорт!». Мы сделали ставку на живой комментарий — и она сработала. Когда я комментирую на стадионе, футбольный стендап дают мои коллеги по радио и журналистике Алексей Петровский, Александр Кузьмин, Николай Тиходеев: на знаменитом матче с Исландией в 2016 году было не сесть. У нас Геннадий Орлов представлял книгу «Вертикаль „Зенита“», главный редактор Sports.ru проводил встречу с болельщиками, Михаил Шац показывал свое кино «Полет над мечтой» про историю главного петербургского футбольного клуба, а на второй день рождения рюмочной пришел Анатолий Тимощук — о ее существовании он узнал из «Инстаграма».

Корреляции, когда больше пьют — после победы или поражения, — нет. Конечно, если «Зенит» обыграет «Спартак» 4:2, то в любом спортивном петербургском баре закончится алкоголь. Но когда проиграли кому-то, надо морок болельщиков согнать — пошутить, песню правильную поставить. Надо относиться к проигрышам как профессиональные футболисты: вышли из раздевалки — готовимся к следующей игре. Пьющий коллектив легко вывести из состояния, когда после неудачи все тупо смотрят в стойку, до настроения здорового пофигизма, который можно описать поговоркой «Умер Трофим, и хер с ним». После разгрома надо сделать, чтобы фанатов расстегнуло, отпустило — мы, комментаторы, во многом занимаемся футбольной психотерапией.

фото: архивы пресс-служб

Следите за нашими новостями в Telegram
Ваш город
Санкт-Петербург?
Выберите проект: