Все, к чему притрагиваются рестораторы Анри Бер, Стивен Шарма и Роман Киселев, становится хайпом. И мы высчитали их формулу: сверхактуальный дизайн и охота на самые юные гастрономические тренды. Первый же велнес-проект Nothing Fancy с его дофаминовыми боулами стал гастрономической меккой для инфлюенсеров и визуал-гиков (а сейчас их три в Петербурге и один в Москве!). Следующее открытие — прямой удар в лузу: из бара-бильярдной Solids с его цветными столами для пула повелители тиктока не вылезают примерно никогда. Затем — снова хит: центровое бистро Casper на Кирочной скрестило французскую бистрономию и сканди- минимализм — и тут же победило на премии «Что где есть в Петербурге — 2025». Летом 2026‑го трио Бер — Шарма — Киселев открыли «Кафе на Хлебозаводе» (да, прямо на Левашовском, где проходят классные выставки современного искусства!) с коммунальными столами, дрип-чаем и, конечно, собственной выпечкой. А прямо сейчас разрабатывают проект в бывшем здании судостроительного завода «Алмаз».
Анри Бер, Роман Киселев и Стивен Шарма — герои проекта «Рестораторы 20-летия»
Лучшее событие в вашей карьере?
Киселев: Наша встреча.
Бер: Первый совместный с ребятами проект Nothing Fancy. Первый большой общий корпоратив всех наших петербургских заведений: лес, озеро, караоке, соревнования на байдарках и 120 человек команды. Первая наша-ваша тарелка с Casper на премии ЧГЕ.
Если бы ваш путь в гастроиндустрии был блюдом, то каким?
Киселев: Определенно пиццей. Анри — это тесто: отвечает за фундамент, структуру и чтобы всё держалось. Я — начинка: продукт и вкус. А Стив — огонь, энергия, креатив
Кто или что пробудило в вас ресторатора?
Киселев: Я мечтал об открытии своего места еще со времен учебы в Париже в Le Cordon Bleu, а позже в Школе Алена Дюкасса. И меня очень вдохновлял пример шефа и моего наставника Фредерика, который после многих лет на кухне открыл именной ресторан Frederic Simonin и почти сразу получил звезду Michelin. Тогда это казалось недосягаемой целью.
Совет тому, кто только входит сегодня в гастрономический бизнес?
Бер: Очень трепетно отнесись к выбору партнеров. Не впадай в эйфорию. Принимай решения на холодную голову.
Если бы работали в другой сфере, то к чему лежит душа?
Киселев: Общепит – дело всей жизни, но раз я занимаюсь хахтха-йогой и медитацией сатипаттхана, то, наверное, открыл бы центр отдыха и восстановления. И, конечно, кафе при нем. Последний раз я был на випассане в январе 2026 года в Карелии у моего учителя, буддийского монаха Энтони Марквелла, и могу сказать, что эта практика — именно то, что помогает сохранять спокойствие и открытый разум даже тогда, когда сохранять спокойствие решительно невозможно.
Бер: Ворвался бы в велнес-индустрию — возможно, еще удастся.
Шарма: Я бы ушел в предметный дизайн и занялся стульями. Это очень недооцененный и важный предмет интерьера: на них мы сидим, контактируем с ними, но, по сути, совсем не видим. Уважаю промышленного дизайнера Дитера Рамса и знаменитое лаунж-кресло, которое он придумал в 1960-м. А его карманное радио для Braun опередило время: Рамс — визионер дизайна современных гаджетов.
Самый удачный дизайн-объект в ваших проектах?
Шарма: Верстак для булок в «Кафе на Хлебозаводе». Классно, что объект, который был никому не нужен и просто стоял в мастерской, получил вторую жизнь.
В какой из ресторанов-старожилов вы бы отправили поколение Tiktok и AI?
Киселев и Бер: «Русская Рюмочная №1».
Шарма: Beefzavod. Всех туда отправляю.
Чуфальня, шашлычка или шаверменная: куда вести похмельного друга-туриста?
Киселев: В шашлычную Gösser рядом с Полюстровским парком или в ресторан домашней кухни «Синичка» на пельмени.
Бер: В Georgiani на Чкаловской за аджарским хачапури. А еще мне нравится столовая «Пельменная №1» рядом с нашим офисом на Петроградской.
Шарма: Отвел бы в «Теремок», а затем в баню.
Самый лучший гость — кто это?
Шарма: Компания без телефонов. Люди, которые едят, пьют и общаются.
Блюдо-маркер, по которому вы понимаете уровень повара?
Киселев: Тартар, классический омлет.
Топ-блюда в ваших ресторанах?
Бер, Киселев, Шарма: В Casper это точно тартар из говядины, салат с подкопченной форелью, а еще ригатони с мясным рагу и копченым пекорино. В «Кафе на Хлебозаводе» — шведская булка с кардамоном, фирменная тарелка «Хлебозавод», мак'завод с котлетой из говядины, лимонный цыпленок и лазанья из хоспера.
Какое название выберете для книги о петербургской гастрономии 2006-2026 годов?
Киселев: Что-то связанное с эпохой Ренессанса…
Шарма: «Чек, пожалуйста» или «Про людей и про еду».
Ваши планы на 2027-й?
Киселев: Проект в центре Петербурга — и это будет абсолютно новая для нас концепция! А еще строим ресторан при гостинице Almaz, работа над которым идет больше двух лет. Ради вдохновения летали с командой в Лондон, обошли там за десять дней множество классных ресторанов. Это большой вызов для нас: сам отель на Петровском острове в бывшем здании завода «Алмаз», задает очень высокую планку.
Бер: 1 декабря Nothing Fancy ждет большой перезапуск — Рома вместе с нутрициологом пересматривает вообще все наши блюда (по КБЖУ, содержанию витаминов, микро- и макронутриентов). Сделаем большой упор на белок! И, конечно, разработаем совершенно новые позиции.
А еще строим испанский ресторан с открытым огнем на Пестеля, 7, на месте ресторана Gastroli. Планируем запуск на весну-лето 2027 года. В январе планируем большое путешествие по Испании. Как мы к этому пришли?
Летом 2025 года Стив три недели жил в Париже у подруги. Она уехала в отпуск и попросила его посидеть с её котом. За эти три недели Стив побывал во многих местах. Одно из них — Casa Pregonda, испанский ресторан, который успела отметить Дуа Липа в своей подборке парижских мест. Тортилья — испанский омлет с картофелем и луком — покорила Стива настолько, что он предложил нам открыть испанский ресторан, несмотря на то, что это не похоже на нас — мы никогда не делали ресторанов национальной кухни и раньше об этом даже не думали. Через месяц и Рома сходил в Casa Pregonda, а потом прислал в наш чат одно слово — «делаем». Почти через год и я туда сходил. На меня ресторан не произвёл такого впечатления, больше мне понравился другой испанский ресторан Arcane 17. За этот год мы успели побывать во многих испанских ресторанах в Париже и Лондоне, но до самой Испании мы ещё не доехали. В итоге мы откроемся на месте знакового ресторана Gastroli, продолжая традицию Casper — делать запуски там, где до нас уже было важное для города гастрономическое место. Проектом займётся часть команды Casper. Архитекторы у нас, кстати, те же — Алёна и Даша из бюро Roobi. Отчасти этот ресторан — наша фантазия на тему «А что, если бы Casper был испанским рестораном?». Фан-факт напоследок. Кота, с которым сидел Стив, звали Чурри (Чуррос). Вот и думайте.
Фото: Василий Швецов
Текст: Дарья Павлюкевич, Алла Шарандина
Комментарии (0)