Петербургские медики — о том, готовы ли они возвращаться в «красные зоны» для борьбы с COVID-19

По приросту больных Петербург бьет антирекорды первой волны коронавирусной инфекции, а медики морально готовятся к тому, что из кардиологов, хирургов и реаниматологов им опять придется перепрофилироваться во врачей-инфекционистов. Врачи и медсестры рассказали «Собака.ru», готовы ли они облачаться в защитные костюмы и как им удается справиться с профессиональным выгоранием. Спойлер: мнения разделились. 


Игорь Кашерининов

Заведующий 4-м реанимационным отделением НМИЦ им. Алмазова не сомневается в  готовности медиков вновь лечить COVID-19. Считает, что работа врача всегда, а не только во время пандемии, подразумевает психологическую нагрузку. 

Количество больных COVID-19 нарастает, и это связано в том числе с сезонностью этого заболевания. Холодное время года однозначно способствует распространению инфекции. Кроме того, в последние месяцы многие петербуржцы стали забывать о необходимость носить защитные маски и избегать скоплений людей. Как итог — за несколько недель количество больных увеличилось вдвое. 

С инфекцией в Центре Алмазова работали в самые тяжелые месяцы: с середины мая до конца июля. Сейчас в нашем центре не принимают пациентов с COVID-19. Однако сюда регулярно попадают те, у которых коронавирус выявляется как сопутствующее заболевание. Для таких больных есть изоляторы, где пациенты ждут перевода в перепрофилированные стационары, однако оснащение клиники позволяет оказывать таким людям весь комплекс неотложной помощи. 


Какой будет вторая волна и сколько всего волн нас ждет, мы, врачи, можем только догадываться. 

Центр Алмазова как медицинская организация готов вновь включиться в борьбу с COVID-19, если это потребуется. У нас есть запас средств индивидуальной защиты, работает система изоляторов. Все медики соблюдают правила: перемещения по центру минимизированы, а совещания проходят в формате видеоконференций.

В моральной готовности врачей встретить вторую волну я тоже не сомневаюсь. Наша работа всегда подразумевала наличие профессионального выгорания, ведь до появления COVID-19 у нас тоже были тяжелые больные. Психологическая нагрузка есть, но все медики профессионалы и справляются с этим. Да, коронавирус сделал нашу ежедневную работу труднее, но интереснее она тоже стала. 


Лина Алексеева

Медсестра кардиологического отделения НИМЦ Алмазова, проработавшая в центре 3 года, уволилась перед второй волной пандемии. Считает, что для среднего медперсонала были созданы слишком тяжелые условия работы. 

Когда наступила пандемия, я была готова помогать людям, ведь в Тверском медицинском колледже, где я училась, меня воспитывали как сестру милосердия. Конечно, мы не мечтали работать с инфекцией, но приняли вызов. О перепрофилировании моего кардиологического отделения в инфекционное я узнала буквально накануне отпуска. Я должна была на три недели уйти отдыхать, а ушла на три месяца лечить COVID-19.

Сейчас некоторые думают, что мы соглашались на работу с инфекцией, потому что хотели денег. Но это не так: у нас было только три варианта действий — уволиться, пойти работать с коронавирусом или перевестись в чистую зону. Но мы прекрасно понимали, что чистая зона весьма условна и COVID-19 есть везде. 


Работа с коронавирусом открыла мне глаза на всю систему оказания медицинской помощи в России. Возвращаться обратно не хочется. 

В обычные дни кардиологическое отделение принимало в день до 15 новых пациентов, а в первые сутки моей работы с коронавирусом на отделение поступили 40 человек. При этом на смену вышли только 3 медсестры: многие пожилые санитарки уволились, так как боялись заразиться COVID-19. В итоге на нас легли не только обычные сестринские обязанности — проверка историй, уколы, капельницы и выдача таблеток — но и тяжелый физический труд, в котором обычно нам помогали санитары. 

Мы работали сутки через двое. Изначально нам пообещали посменные дежурства: 6 часов работы, 6 часов отдыха. Однако по факту мы находились в костюмах больше 8 часов.  Двух дней отдыха мне не хватало, первые сутки я просто спала. Кроме того, было трудно сохранить психическое равновесие: мы все часто плакали от бессилия. 

Президентские доплаты за работу с COVID-19 мы получили, однако это уже не изменило моего решение уйти из центра после первой волны. Выплаты медикам в нашем центре серьезно задерживали. Последней каплей для меня стало то, что после отступления первой волны и возвращения к нормальной работе в Центре Алмазова решили сохранить все шлюзы и стены, разделяющие красную и зеленую зоны. Для меня это значило, что вернуться в прежний режим работы центр может в любой момент. И я уволилась. 


Марина Ерина

Заведующая кардиологическим отделением Мариинской больницы хотела бы оставаться врачом-кардиологом, а не перепрофилироваться в инфекциониста. Думает, что в режиме боевой готовности петербургские врачи будут еще около полугода. 

На мой взгляд, ко второй  волне COVID-19 медики готовы больше, чем к первой. Ведь теперь мы знаем, как организовать борьбу с коронавирусной инфекцией. Но это не значит, что вторая волна не будет отличаться от первой — инфекция может приобрести другой характер. Например, возникнет микст-инфекция: сочетание коронавируса и других респираторных сезонных заболеваний у одного человека. 

В первую волну я была в числе перепрофилированных медиков и почти три месяца работала как инфекционист. Очень важно, что перепрофилированные врачи могли оказывать больным помощь и по своему основному медицинскому профилю. У пациентов с коронавирусной инфекцией  в нашем стационаре периодически возникали или обострялись другие болезни — мы сталкивались с острой хирургической патологией (например, аппендицитом),  сердечной (инфарктами миокарда) и многими другими.  


 Заставить себя вновь надеть специальный костюм и выйти в «красную зону» на 12 часов достаточно тяжело.

Работать в принципиально новых условиях в инфекционном стационаре, рассчитанном почти на 800 пациентов, было непросто. Многие медики замечали признаки эмоционального выгорания спустя 2-3 месяца непрерывной работы. Заставить себя вновь надеть специальный костюм и выйти в «красную зону» на 12 часов  достаточно тяжело. Поэтому каждый из нас ждал последний день работы с COVID-19, как дня победы. А в августе все перепрофилированные медики наконец вернулись на свои отделения. 

Конечно, мы не хотим вновь перепрофилироваться в инфекционистов, работа по специальности нравится нам гораздо больше. Но если потребуется, Мариинская больница сможет превратиться в инфекционный госпиталь за считанные часы. 

У нас сохранились шлюзы — коридоры для выхода в «красную зону», некоторые проходы в больнице закрыты, чтобы избежать распространения инфекции, кроме того, есть запас защитных костюмов и медикаментов. Все это готово на случай массового возвращения COVID-19 в больницу. И я думаю, в режиме боевой готовности мы будем еще около полугода. По моему личному прогнозу, коронавирусная инфекция окончательно начнет отступать только весной следующего года.   


Ирина Шубина

Терапевт поликлиники Петроградского района просит пациентов не приходить в поликлинику с признаками коронавирусной инфекции. Справиться с работой ей помогает поддержка семьи и отличные отношения в медицинском коллективе. 

За день у каждого участкового врача нашей поликлиники появляется по 2-3 новых пациента с коронавирусом. Такой активный рост числа больных я замечаю последние несколько недель. 

Во время первой волны прием пациентов в нашей поликлинике был организован грамотно, поэтому мне не страшно возвращаться к борьбе с COVID-19. Однако я замечаю, что в первую волну пациенты более внимательно относились к мерам предосторожности. В нашу поликлинику ходили только те, у кого не было симптомов ОРВИ. Сейчас пациенты нарушают это правило и приходят на прием с признаками инфекции. Хотя в таких случаях мы по-прежнему просим всех оставаться дома и вызывать врача.


На домашние вызовы к пациентам с COVID-19 мы брали пакеты с защитными костюмами, а переодевались прямо в парадных. 

В первую волну я часто ходила на вызовы к больным COVID-19 на дом. Мне приходилось носить с собой много пакетов с защитными костюмами и переодеваться в подъездах. Перед каждым новым пациентом требовалось сменить форму. Конечно, переодеваться в парадных было неловко, но я понимала, что это оберегает меня и пациента от заражения инфекцией. 

В начале пандемии наши медсестры проводили до 70-80 тестов на коронавирус ежедневно. Сейчас мы не вышли на этот уровень. Но в последнее время назначений на мазки стало больше.  

У нас есть все, чтобы продолжать борьбу с COVID-19. Старшая медсестра каждый день выдает нам новые комплекты средств защиты — перчатки, маски и халаты. Психологически никто из наших медиков не расслаблялся: мы понимали, что коронавирус еще даст о себе знать.

Справиться с трудной работой мне помогает поддержка моих домочадцев и отличные отношения в медицинском коллективе. Кроме того, летом я успела отдохнуть: все отпуска, несмотря на пандемию, прошли по расписанию.  


медсестра Елизаветинской больницы

Сотрудница больницы, которая во время пандемии считалась условно чистой, на анонимных условиях рассказывает, что им пришлось ничуть не легче, чем коллегам из «красных зон» Надеется, что во время второй волны нагрузка будет не такой высокой. 

Несмотря на то, что Елизаветинская больница считается условно чистой зоной, каждый день на разных отделениях выявляются пациенты с коронавирусом. Таких больных мы отправляем в изолятор, где они ждут перевода в другой стационар. 

Мы пережили ужасающую первую волну, поэтому сейчас нам уже ничто не страшно. В первой волне COVID-19 мы работали как одна из чистых больниц Петербурга: к нам везли пациентов со всего севера города. Остальные больницы были отданы под коронавирус, из-за этого поток пациентов в наш стационар был огромным. Причем больные доводили себя до крайне тяжелого состояния, все боялись заразиться инфекцией в больнице и до последнего не вызывали врача. К счастью, сейчас к своей обычной работе вернулись другие стационары, нам стало легче. 


В самые тяжелые месяцы пандемии мы буквально плакали после смен. Надеюсь, во вторую волну на нашу больницу не придется такой же сильный удар. 

В начале пандемии проблем с масками и перчатками в нашей больнице не было. Но, на мой взгляд, такие средства защиты не помогали. В итоге весь медперсонал моего отделения переболел COVID-19. 

Мне 47 лет, но инфекцию мой организм перенес стойко: мне фактически не понадобился больничный. Другие медики отделения, в том числе молодые, плохо перенесли болезнь: у одной из пожилых медсестер прием антибиотиков спровоцировал отек Квинке. Я думаю, заболеваемость врачей связана с плохой организацией работы: администрация больницы убеждала нас, что мы — чистая зона, но по факту это было не так. 

Сейчас в Елизаветинской больнице планируют вакцинировать от инфекции весь медперсонал — это одна из мер по подготовке к дальнейшему росту заболеваемости. Надеюсь, что во вторую волну распределение пациентов по учреждениям будет более логичным и на нашу больницу не придется такой же сильный удар. 

Текст: Ольга Шкворова. 

Катерина Резникова,
Комментарии

Наши проекты