«Достичь устойчивого развития, сократив население [планеты] до 4 млрд», — это не план очередного суперзлодея из комиксов, а название научной статьи, которую этим летом выпустила международная группа ученых. В тексте прямо говорится: если плавно уменьшить количество людей вдвое от текущих показателей, можно решить многие современные проблемы — от бедности до экологического кризиса. Это какая-то злая шутка? Когда ученые стали вдохновляться идеями Таноса из вселенной Marvel? Стоит ли этот текст воспринимать всерьез? И как относиться к аргументам, изложенным в статье? Разбираемся вместе с экономистами и исследователями науки.
Что произошло?
«Возможно, мы живем в самый критический момент для всей истории человечества», — так начинается статья международной группы ученых, опубликованная этим летом в журнале Sustainable Development (буквально — «Устойчивое развитие»).
Исследователи из США, Греции, Австралии, Канады, Кении, Австрии, Аргентины , Бангладеш, Китая и Индии прямо пишут: «прошлый век массового роста населения» привел ко множеству «нежелательных последствий» вроде климатического кризиса и потери биоразнообразия. Они напоминают, что всего за 100 лет численность людей на планете выросла с 2,3 млрд до 8 млрд человек и продолжает расти.
«Некоторые [исследователи], анализирующие эти цифры, приходят к выводу, что мы уже значительно превзошли как предел численности населения, так и уровень потребления на душу населения, позволяющие рассчитывать на устойчивое развитие», — пишут они.
Далее авторы текста анализируют, как рост населения коррелирует с падением биоразнообразия, ростом загрязнения и усугублением других проблем планеты. В итоге они приходят к выводу: «мягкое сокращение до 4 миллиардов к 2200 году защитит природное наследие Земли, включая экосистемы, дикие виды и климат — все это вполне достижимо».
Группа ученых во главе с Марком Киганом (Колумбийский университет)
Цитата по статье «Достичь устойчивого развития, сократив население до 4 млрд к 2200 году»:
«Выбор, который мы сейчас сделаем или не сделаем, глубоко сформирует мир для будущих поколений… Мы надеемся, что наш намеренно ясный, глобальный взгляд сможет стимулировать диалог, сфокусировать исследования [на этой теме], подтолкнуть политику и вдохновить нас на оптимизм и надежду на лучшее будущее».
Это какая-то шутка?
Несмотря на то, что все это может напомнить первоапрельский розыгрыш, статья абсолютно реальна и опубликована в настоящем рецензируемом журнале, который входит в 25% наиболее часто цитируемых изданий по своей специальности. Именно поэтому о работе очень активно пишут журналисты разных стран (от Британии до России).
В доказательство своей позиции ученые приводят расчеты. Так, они показывают, что по мере роста населения падает индекс, отражающий численность диких животных на планете. Если в 1970-е, когда людей на Земле было менее 4 млрд, этот индекс составлял единицу, то сейчас, когда нас более 8 млрд, он уже опустился ниже 0,4. А вот количество выбросов парниковых газов, прежде всего CO2, увеличилось за это же время более чем в два раза. «Мы видим почти идеальную корреляцию между ростом населения и увеличением энергопотребления», — пишут исследователи.
Предсказуемо примерно такая же динамика наблюдается с производством пластика, потреблением пресной воды, добычей полезных ископаемых и использованием пестицидов. «Подумайте, как будут выглядеть кривые на графиках этих показателей, если принять, что население планеты к 2100 году достигнет 10 млрд человек и продолжит расти», — заключают авторы статьи.
При этом они настаивают: современные страхи относительно старения населения «не имеют под собой достаточно оснований». «Несмотря на то, что мировое население находится в фазе старения, численное статистическое население стало вдвое более обеспеченным», — пишут ученые. Они настаивают, что мягкое сдерживание рождаемости, которое на горизонте 175 лет приведет к сокращению человечества вдвое, снизит нагрузку на планету и позитивно скажется на оставшихся людях.
Что обо всем этом думают экономисты?
Юлия Вымятнина
Профессор Школы вычислительных социальных наук Европейского университета в Петербурге:
Статья построена на корреляциях [роста численности населения и нагрузки на ресурсы планеты], которые без должной работы с ними ничего не говорят о причинно-следственных связях. В таком виде, как это представлено сейчас, это не получило бы положительной оценки в хорошем курсе бакалавриата.
Утверждение, что рост населения — главный фактор, влияющий на состояние планеты, — результат некорректного подхода. Авторы сравнивают численность населения в 2020 и 1970 годах и записывают изменение выбранных показателей в «воздействие людей на планету в расчете на душу населения».
Но доходы, технологии, цены ресурсов, урбанизация и экологическая политика одновременно влияют и на рождаемость, и на потребление. Поэтому такой расчет не показывает, какими были бы выбросы или использование воды в альтернативном мире с меньшим населением.
Добавим к этому опасность глобального усреднения — по регионам и странам история совершенно разная. Сами авторы показывают, что потребление энергии на душу населения в США и Канаде во много раз выше, чем в Африке южнее Сахары, но значительная часть обсуждения предлагаемой демографической политики затем сосредоточена именно на Африке.
И еще хуже история с тем, что никакого механизма по координации между странами авторы не предлагают и даже не пытаются оценить как-то политэкономические проблемы, которые появятся, если все же принять их статью за руководство к действию. Да, вероятно, что меньшее население будет меньше влиять негативным образом на нашу планету, но из данной статьи это совершенно не следует.
Юлия Раскина
Доцент Школы вычислительных социальных наук Европейского университета в Петербурге:
Отдельной проблемой является аргумент авторов об экономических последствиях старения населения. Они утверждают, что соответствующие опасения не имеют достаточных оснований, однако приводимое ими историческое сопоставление содержит очевидную фактическую ошибку. В статье говорится, что в 1970–2020 годах доля населения трудоспособного возраста снизилась примерно с 77% до 55%. В действительности эти числа относятся к коэффициенту демографической нагрузки — числу детей и пожилых на 100 человек в возрасте 15–64 лет. Сам коэффициент снизился приблизительно с 77 до 55, тогда как доля населения 15–64 лет выросла примерно с 57% до 65%. Следовательно, рост мирового ВВП на душу населения совпал с увеличением доли населения трудоспособного возраста и снижением совокупной демографической нагрузки, а не с описанным авторами процессом.
Кроме того, простое сопоставление ВВП на душу населения в 1970 и 2020 годах не позволяет оценить экономический эффект старения. За этот период одновременно изменялись технологии, образование, производительность, накопление капитала, торговля и экономическая политика. Снизилась прежде всего детская демографическая нагрузка, тогда как нагрузка пожилыми уже росла. Это могло способствовать демографическому дивиденду, но не воспроизводит будущую ситуацию, при которой отношение числа пожилых к населению трудоспособного возраста будет увеличиваться.
Снижение рождаемости может уменьшать экологическую и инфраструктурную нагрузку, но одновременно усиливать риски старения, дефицита рабочей силы и давления на государственные финансы, а также опасения по поводу геополитического влияния. Поэтому экологически желательная глобальная численность не преобразуется автоматически в согласованные национальные стратегии. Это не делает добровольное сокращение населения невозможным, но без анализа распределения выгод и издержек, миграции и межгосударственной координации политическая реализуемость предлагаемого сценария остается недоказанной.
Как такая статья вообще появилась?
Илья Стахеев
Преподаватель НИУ ВШЭ, исследователь и научный коммуникатор:
Главная ошибка, которая происходит при пересказе этой статьи, — это представление науки как единого субъекта, будто бы существует некая «Наука», которая собралась, посчитала людей и постановила, что четыре миллиарда из восьми лишние. Наука так не работает, и единичная статья — это не какой-то государственный указ для всех. Это даже не обязательно какой-то установленный научный факт, это может быть просто гипотеза, аргумент одного исследователя, допущенный профессиональным сообществом к обсуждению.
Сама эта статья опубликована в серьезном рецензируемом журнале, но «опубликовано в научном журнале» и «наука установила» — это совершенно разные вещи. Редакторы и рецензенты просто сочли аргументацию достаточно обоснованной и интересной, чтобы она стала частью научной дискуссии. Это не сертификат окончательной истинности и уж тем более не свидетельство консенсуса.
Теперь давайте разбирать содержание статьи. Указанные четыре миллиарда — это не показатель, который ученые каким-то образом «обнаружили». Автор строит следующий сценарий: если глобальная рождаемость снизится ниже уровня простого воспроизводства и останется там достаточно долго, к 2200 году население планеты может постепенно сократиться примерно до четырех миллиардов. После этого автор предполагает, что вследствие этого уменьшится и совокупная нагрузка на экосистемы. То есть эту работу стоит читать в форме «что произойдет, если…», а не в форме «что человечество должно сделать».
И уж точно это не научное обоснование геноцида. Речь вообще не идет об уничтожении ныне живущих четырех миллиардов человек. Напротив, автор специально говорит о вариабельных, контингентных явлениях: снижении рождаемости вследствие образования, расширения возможностей женщин, доступности контрацепции и добровольного изменения репродуктивного поведения. Горизонт там — 2200 год, то есть речь идет о многих поколениях людей, значительная часть которых просто не родится.
Поэтому сравнение с Таносом забавно прежде всего как пример того, что происходит с научным знанием при переходе в массовую коммуникацию. Из условной конструкции «при таких-то предпосылках такой демографический сценарий мог бы снизить экологическую нагрузку» получается заголовок «ученые выяснили, что половина человечества лишняя». Исчезают условия модели, неопределенность, нормативные предпосылки и научная дискуссия, и остается просто какой-то очень примитивно интерпретированный показатель.
Так что наиболее корректная формулировка здесь не «ученые предлагают сократить население Земли до четырех миллиардов», а «один исследователь предположил сценарий постепенного добровольного демографического снижения». Это вполне легитимный предмет научной дискуссии. Но между научной дискуссией и перчаткой Таноса все-таки остается довольно большое расстояние.
Комментарии (0)