Населить город персонажами: от животных и птиц до героев легенд, – Лизе Сазановой доверяют свои стены заводы и музеи, магазины и кафе. И не только изнутри, но и снаружи! Художник-иллюстратор и автор масштабных муралов, руководитель команды «Стенка НН» – об игре с Нижним, всенародной любви к Чкалову и о птичке, которая упорхнула со стены прямо в альбом по стрит-арту.
Вы профессионально и в прямом смысле слова меняете город – расскажите про свои взаимоотношения с Нижним.
Я родилась в Кстове, но Нижний очень люблю. Здесь училась на художника, преподавала живопись детям, здесь начала профессионально рисовать на стенах и собрала команду, с которой мы сегодня создаем муралы и в других городах тоже – в Калуге, Туле, Харцызске. Но лучше всего творишь там, где хорошо знаешь место. Перед созданием эскиза, если есть возможность, я стремлюсь изучить город «ногами», а не только узнать архитектуру, историю, локальные орнаменты, прочитать о знаменитых личностях. Для меня настенная роспись – своего рода способ познания мира. Это как собрать пазл из разных деталей и вернуть городу его собственное отражение.
Кого из нижегородцев рисуете чаще остальных?
Самые популярные – безусловно, Максим Горький и Валерий Чкалов. Легендарного летчика мы рисовали даже в Москве – на здании представительства правительства Нижегородской области. Мне кажется, дело не только в его героических перелетах, но и в девизе, который многим нравится: «Если быть, то быть первым». Рисовать таких узнаваемых персоналий – большая ответственность. Во-первых, требуется точное портретное сходство. Во-вторых, их не будешь рисовать где попало: масштаб личности требует. Однажды мы хотели использовать образ Горького в работе, но это решение заказчики не одобрили.
Не разрешили нарисовать Горького?!
Администрация города заказала нам создание мурала на историческую тему за Рождественской церковью. Переулочек очень тихий, практически задворки – там попросили изобразить не знаменитостей, а кого-то попроще. В итоге мы с командой создали бытовые сцены с образами обычных нижегородцев рубежа веков – вдохновлялись сюжетами из фотоархивов Карелина и Дмитриева.
Вы много работаете с росписями под заказ. А есть то, что рождается по зову сердца?
Да, конечно. Был проект, который родился из коллекции рам, оставшихся после смерти моего дедушки. Он знал, что я художник, собирал их специально для меня, и они лежали – многие без стекол, без креплений – на балконе. И выкинуть жаль, и использовать не могу.
Ваше творчество уже не помещалось в них?
Да, уже привыкла к другим масштабам (смеется.). Но я придумала покрасить рамы в золотой и черный, подобрала к ним фразы со смыслом и развесила по городу. Хотелось сыграть на контрасте: рама – история домашняя, уютная, интерьерная. Когда мы помещаем ее на улице, случается своего рода магия контраста: внешние «стены» становятся интерьером, а весь город – как дом.
И город принял эту игру?
О да! Эти рамки до сих пор кое-где висят – на Рождественской, например, у входа в один из баров. Одну работу мы разместили рядом с общеобразовательной школой, но вскоре с нами связалась ее администрация – они были за объект, но попросили в воспитательных целях заменить фразу «Делай что хочешь» на менее провокационную. И, оценив ее влияние на школьников, мы согласились. А где-то коммунальщики почти сразу сняли со стены мою раму, и сейчас там все раскрашено обычными граффити-тегами. Если бы оставили арт-объект – граффитисты не стали бы там рисовать. У уличных художников есть неписаный закон: если место занято осмысленной работой – выбери другое.
А приходилось закрашивать чужие работы по требованию заказчиков?
Приходилось, и честно скажу, это не очень приятно. Например, мы делали проект для магазина кроссовок, а на стене был рисунок девушки: другой художник сделал его для парикмахерской, которая раньше там находилась. Пространство сменило владельца, красивая девушка не вписалась в новый контекст. Пришлось закрасить. Но я немного похулиганила – на стене напротив, без согласования, нарисовала птичку. Идею подсказала решетка ворот в арке: когда они открываются, птичка будто оказывается в клетке. Эту работу потом заметил Институт исследования стрит-арта, включил ее в альбом-альманах «365 уличных посланий».
Есть в Нижнем муралы или росписи, на которые у вас «не поднялась бы рука», даже если бы этого требовало задание?
Конечно! На Алексеевской есть мальчик на велосипеде – одна из работ рязанца Александра Dyoma21, он ее создал во время фестиваля уличного искусства «Место» в 2018 году. Если бы мне сказали: «Закрась это», я бы ответила: «Давайте выберем другую стену». То, что интересно интегрировано в городской контекст, играет с ним и с архитектурой, – нужно беречь. Это и есть настоящий городской арт.
Не скучаете по творческой свободе? Не хочется, как той птичке, выпорхнуть из клетки технических заданий и творить в свое удовольствие?
Мне кажется, раньше несанкционированное творчество было единственным способом самовыражения для тех, кто решил рисовать именно на стенах. А новая команда управленцев, которая готовила город к 800-летию, превратила этот бунт в мейнстрим – теперь можно работать легально и в то же время оставаться настоящим художником, со своим почерком.
Текст: Валентина Переведенцева
Фото: Арина Федотова
Стиль: Алина Семяшкина
Макияж, фото: Екатерина Мешалкина
Одежда: платье Nerrro
Комментарии (0)