Василий Пушкин

ТРЕНЕР

У вас такая потрясающая биография, что впору не интервью давать, а писать книги. И вы однажды говорили, что много лет ведете от руки личный дневник — до сих пор?

Могу вести год-два, потом забросить, а затем снова к этому вернуться.

А когда начали?

В юности, с дневника тренировок. Я еще в техникуме начал бегать средние дистанции, а после окончания и в армии серьезно тренировался, выполнил первый разряд. Нужно было четко отслеживать нагрузки и пульс. Сначала там были просто галочки, секунды, потом начал какие-то свои мысли записывать, эмоции, мечты…

О чем вы тогда мечтали?

Когда уходил в армию, загадывал лет через 10−15 (казалось, что уже стариком буду!) дорасти до начальника цеха. Вот она была — моя высота! (Смеется.) Думал, что начальники — это какие-то необыкновенные сверхчеловеки. Потом, когда стал бизнесменом, депутатом, начал общаться с власть предержащими, то понял, что это обычные люди, со своими сомнениями и недостатками.

Помните момент, когда мечты стали смелее?

В бытность тренером. Я после армии сначала работал в электромастерской на автозаводе, параллельно учился в Институте физкультуры им. Лесгафта. Окончил его с отличием — и сразу пошел работать тренером. Как-то на соревнованиях в Москве один спортивный руководитель сказал нам, тренерам из регионов: «Вы — соль земли. Это вы, а не тренеры сборных, для которых спортсмены — расходный материал, действительно растите тех, кто потом станет чемпионами». Эти слова запали мне глубоко в душу — вот и спустя 40 лет их помню! Они заронили зерно понимания, что наша работа на местах — основа основ.

Расскажите немного про ваших спортивных звезд: помните, как их нашли?

В начале каждого учебного года я обходил уроки физкультуры в 36 школах района — приглашал способных ребят в секцию. Димка Рыжухин, который потом стал победителем международных соревнований в беге на длинные дистанции и чемпионом России, просто в футбол играл. А Юля Сотникова, худенькая бледная девочка в очках, прыгала с подкидного мостика на маты. Прыгнула и… полетела, я аж обомлел! Хотя у меня, может, были ребята и талантливее, но отличные данные от природы часто не ценят. А Юля умела концентрироваться, как клубок энергии: если я говорил 200 раз сделать упражнение на стопу, она делала тысячу! И стала чемпионкой мира в эстафетном беге, бронзовым призером Олимпийских игр, выиграла Кубок Европы. После ее успеха мне в 2000 году присвоили звание заслуженного тренера РФ.

Общаетесь до сих пор?

Конечно, ее сын — мой крестник. Она работала замдиректора областного Центра спортивной подготовки, сейчас живет за городом: «Ох, — говорит, — Василий Евгеньевич, оказывается, так хорошо — выращивать помидорки!» Я смеюсь: приезжай в гости, у меня сто квадратов теплицы пустует!

Вам, значит, пока грядками заниматься не так интересно?

(Смеется.) Да я и дома-то бываю только вечером. Но предложи мне переночевать в городе — с доплатой не соглашусь. Оку переезжаю — и я будто заново родился. Будто обрываются все нити, и я оказываюсь в другом мире.

ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬ

Пожалуй, самый интригующий поворот: как заслуженный тренер оказался в серьезном бизнесе?

Когда в 90-е рухнула система советского спорта, финансирование прекратилось, тренеры должны были сами искать деньги на залы и соревнования. Я не такой человек, чтобы долго зависеть от спонсоров. И создал с нуля холдинг, в котором потом было 12 направлений: от строительного треста до розничных продуктовых «Народный». Сейчас направлений осталось шесть. Известность и первый коммерческий успех нам принесла социальная, по сути, акция: мы решили продавать хлеб и молоко по выходным с минимальной наценкой. Тогда я понял, что надо переходить на систему торговли, нужную простым людям, народу — отсюда и название холдинга.

Что вам сложнее всего в бизнесе дается?

Выбор направления, особенно в инвестиционных проектах, где вся ответственность за принятое решение лежит на тебе, а горизонт окупаемости — лет 20 и больше. Но я убежден, что в этом вообще главное предназначение мужчины — принимать решения.

Вас так родители воспитали или жизнь?

У моих родителей основной метод воспитания был — трудотерапия: «Сын, борозду картошки надо собрать до вечера!» Простые труженики. Мама до 96 лет все работала. Отец ушел раньше, он был классный плотник и душа-человек. Я рос свободным и самостоятельным, с восьми лет мы с пацанами в ночное ходили лошадей пасти. Но это и дало мне ту самую смелость рисковать!

Какого-то бизнес-образования вы потом не получали?

Приобретал опыт в процессе. Недавно прочитал слова Эйнштейна: «Воображение важнее, чем знания. Знания ограничены, тогда как воображение охватывает целый мир».

В чем был ваш азарт на старте бизнеса и что важно сегодня?

На сломе эпох предпринимательство было свежим глотком воздуха, страстно хотелось попробовать себя в чем-то совершенно новом. Вот я могу тренировать — а что я еще могу?.. Мы с командой работали, не считая ни часы, ни минуты! И мне было важно не дать людям повода подумать, что они работают на меня. Только вместе со мной! Многие крутили пальцем у виска, когда я ночью в 36-градусный мороз вместе с грузчиками два вагона овощей разгружал, потому что до утра это откладывать было нельзя. «Ты же директор!» Но я и тогда был убежден, и сейчас: как только ты дал повод думать, что люди для тебя — просто наемные сотрудники, ты проиграл. Сейчас я стараюсь передать свой опыт, раз в неделю сам веду обучение для менеджеров среднего звена. Потому что закажи хоть самого дорогого суперкоуча — тренинг забудется через три дня. Лучше всего работают те же принципы, что и в спорте: постепенность, постоянство, команда. Никогда на сотрудников не смотрел как на станок для печатания денег. У талантливых людей есть потенциал — и если они растут, то я расту вместе с ними.

А если вырастают и уходят?

Уходили — как без этого за 30 лет? Всегда говорю: главное, чтобы не переходили на другую сторону дороги, когда встретимся на улице. А компания и не должна быть стоячим болотом: энергия должна течь, должны приходить новые идеи и люди. Сейчас, например, мы активно развиваем самое молодое наше направление — фитнес, планируем вдвое увеличить количество фитнес-центров за три года. Создать места, куда можно прийти заниматься всей семьей. И есть задумки по одному совсем новому направлению, о котором я еще несколько лет назад и подумать не мог — а сейчас только им и живу, эта идея очень в духе времени и очень меня заряжает.

Вы отошли от оперативного управления, занимаетесь только стратегией?

Напротив, я ежедневно и рабочие совещания провожу, и бываю, что называется, «в полях» — захожу в свои магазины, фитнес-центры, парикмахерские.

И не чтобы подстричься?

Нет (улыбается). Общаюсь с продавцами, кассирами, мастерами. Иногда меня на улице люди останавливают и рассказывают, что надо, по их мнению, улучшить.

Чем отличается предприниматель Пушкин сейчас от себя же 20-летней давности?

Ответственностью. Я создал сотни рабочих мест и должен не подвести коллектив, который мне поверил, с которым я работаю.

Как бы вы одним словом определили себя, учитывая ваш долгий путь в бизнесе и то, что вы были еще и депутатом двадцать лет?

Многие, с кем я одновременно начинал, уже ушли из дела или даже из жизни, кто-то в эмиграции. Так что я сказал бы, я как последний из могикан.

АЗАРТНЫЙ

Давайте о том, что питает вашу бизнес-энергию: настольный теннис, пилатес, йога, качели Юлина, танцы — очень впечатляющий набор. А в основе всего — легкая атлетика и бег?

Бег со мной действительно всю жизнь. Помню, выходил утром на пробежку и думал: неужели я когда-нибудь предам себя и проживу хотя бы один день без бега?.. Но сейчас могу прожить.

Предали, получается?

Нет, просто открыл для себя такое количество других активностей, что не все они помещаются в 24 часа. Ведь даже черную икру не будешь есть всю жизнь. А у меня по жизни такое кредо: я влюбляюсь. В самом широком смысле — в людей, в идеи, в занятия. И если влюбляюсь, то занимаюсь этим совершенно запойно, пока не остыну. Так не только со спортом: я лет двадцать назад решил научиться играть на гармони, исполнить мечту детства. Научился и успокоился. Сейчас такое с настольным теннисом и английским. Ежедневные тренировки и ежедневные занятия онлайн с преподавателем. Это, кстати, здорово снимает тревожность — когда знаешь: что бы ни случилось, какой бы ни был день, в восемь вечера — урок.

Нет ощущения, что английский уже не так и нужен в мире, где достаточно нажать на кнопку и получить ИИ-перевод?

Это как прийти в тренажерный зал и штангу поднимать не самому, а нажатием кнопочки. Важен процесс!

В йогу и танцы тоже пришли из-за процесса?

Йогой начал заниматься лет пять назад — проникся биомеханическими процессами и понимаю теперь, почему человечество практикует это уже пять тысяч лет. А с бачатой случайно вышло: хотел поздравить сотрудников танцем на 30-летие компании. Пока готовил номер с педагогом — втянулся.

Бачата — допустим, но вот качели Юлина — это вообще экзотика…

Вовсе нет, это разработка нашего дзержинского тренера-энтузиаста Юрия Юлина. Слышали про аппараты Бубновского? Если они — булка с изюмом, то качели Юлина — это черный хлеб. Ими увлекся вынужденно: лет 15 назад у меня обнаружили несколько межпозвоночных грыж. «Доктор, какие перспективы?» — спросил я. «Вы видели в деревнях скрюченных старушек?..» — ответил врач. И я подумал: не будет этого. Нашел центр с этими качелями, когда надоело ездить — купил свои и организовал клуб, наши сотрудники тоже стали заниматься. В итоге мое состояние настолько улучшилось, что врачи теперь не верят, что грыжи были: «Вас, вероятно, неправильно диагностировали». Главное, я прекрасно себя чувствую.

Как быть таким дисциплинированным, откройте секрет.

Любить то, что делаешь, и делать то, что любишь. Радость голодного человека от бутерброда с маслом — больше, чем радость сытого от изысканных блюд. А еще научно доказано, что работает положительное подкрепление и социальные обязательства.

У вас какое «положительное подкрепление»?

Получить удовольствие от процесса.

Обычно люди, увлеченные спортом, еще на питании заморочены. Вы тоже?

О, это была моя тема лет 20 назад! (Улыбается.) Увлекался вегетарианством и даже сыроедением. Начал, по сути, чтобы похудеть — в 90-е, став бизнесменом, поначалу запустил себя так, что было сложно даже приседать. Стал снова регулярно бегать, ходить по снегу босиком, купался в озере до конца ноября — в то время были популярны идеи оздоровления Порфирия Иванова. При росте 180 вес у меня опустился до 68–70 кг, я прекрасно себя чувствовал. Но, наверное, перегибы тоже были.

Сейчас уже снова мясо едите?

Да. Понял, что иначе скоро взлечу (смеется).

Легко после стольких лет убежденного вегетарианства разрешили себе это?

Все рамки в нашей голове. Помню, однажды с ребятами поспорили, кто дольше в планке простоит: я страшно гордился, что мой результат был семь минут. А потом мне попался на глаза видеоролик, где морской пехотинец установил мировой рекорд: простоял 5 часов 20 минут в планке. Я так впечатлился, что… взял и сразу 15 минут простоял. А потом довел до сорока! Из этой же серии — известный тест на задержку дыхания. Мой лучший результат был — 6 минут 20 секунд на вдохе. Это опыт, который дает ощутить: возможно все. В нас слишком много фильтров, заложенных в детстве. Мойте руки перед едой. Носите пиджак с галстуком. А что если всего этого не делать?..

В преддверии Нового года: что для вас, «человека, у которого все есть» — лучший подарок?

Один из лучших своих подарков я получаю ежегодно в сентябре: уже четверть века мы с друзьями проводим «Праздник школьных эстафет». Приобщаем детей к спорту и создаем атмосферу, где все друг за друга болеют, очень это люблю! У нас там есть разные «фишки» — забеги директоров, ветеранов спорта. Новое поколение должно знать легенд спорта, а ветераны — видеть, что их заслуги уважают и что спорт живет.

Это скорее про подарок не вам, а другим — от вас, разве нет?

Они заряжаются от меня, а я — от них.

Текст: Валентина Переведенцева
Фото: Арина Федотова
Свет: Дмитрий Дьячков
Стиль: Алена Сударикова
Волосы: Юлия Анисимова