Продолжая пользоваться сайтом, вы принимаете условия и даете согласие на обработку пользовательских данных и cookies

  • Что где есть
  • Герои
Герои

Поделиться:

Артефакт из печи: взгляд художницы

Как выглядит та самая «новая русскость», к которой стремятся (и этот тренд с нами надолго!) рестораторы по всей стране? Елизавета Сазанова, создатель студии «СтенкаНН» и автор настенных росписей многих культовых нижегородских гастрозаведений, кажется, знает формулу идеального баланса между атмосферой и тем самым культурным кодом. Смотрим, как она колдует над деталями интерьера ресторана «Хлебная пристань» (открытие сезона!) и говорим о том, почему 14 вариантов эскиза — это норма, даже если работаешь с традицией.

В какой момент у бизнеса появился запрос на интерпретацию народных промыслов и как он изменился в последние годы?

Лет восемь назад, если нас приглашали расписывать стену в сувенирном магазине, например, это была своего рода навигация для туристов — мы повторяли традиционные узоры, «как есть». Но пару лет назад стали все чаще звучать просьбы о переосмыслении народных художественных промыслов с позиции современного представления о визуале. Гастрономическую сферу мы в этом смысле особенно любим — у нижегородских рестораторов есть насмотренность и кругозор, они давно не живут в шорах шаблонных представлений: им хочется сделать свои заведения самобытными и популярными. С ними очень интересно работать, вместе искать ту точку, где традиция встречается с сегодняшним днем. Например, в «Хлебной пристани» я последовательно создала 14 вариантов эскизов оконных откосов, прежде чем мы приступили к работе.

14?! Такой перфекционизм?

Это профессионализм. Как минимум четыре взгляда на один рисунок: идейного вдохновителя-ресторатора, дизайнера интерьера, меня как художника и, конечно, потенциального клиента. Кроме того, оконные откосы — не совсем стена: на них иначе падает свет, они «работают» как рамы для окна, из которых открывается вид на Волгу. Все это нужно учесть.

После такой тщательной проработки не бывает, что итоговый вариант почти ненавидишь?

Наоборот, влюбляешься еще больше!

Но сохранять народные промыслы в неизменном, каноническом виде тоже важно?

Мне как художнику нравятся и переработанные орнаменты, и аутентичные. Прекрасно, что в художественной школе мы четыре года изучаем «классику» НХП, впитываем приемы, формы, цвета. Потом — на новом глубоком уровне — копируем их в училище, и только после этого у нас появляется моральное право на осмысленную интерпретацию. Кстати, недавно я была на мастер‑классе по гжели, моей любимой традиционной росписи, в НГХМ — народу собралось немало! Значит, людям это нужно. Для меня канон — живой, это не что-то рудиментарное. Когда мы добавляем к нему современные слои, то делаем это с пониманием и уважением.

«Самовар да утки», «По щучьему веленью», теперь еще и «Хлебная пристань» — разберите на примере нового проекта, как вы строите визуал с национальным колоритом, который не цитирует традицию напрямую?

Начнем с того, что это здание на Нижневолжской набережной — историческое, хлебный склад конца XIX века, здесь когда-то разгружали баржи с зерном. Сердце нового ресторана русской кухни — печь на дровах: в ней будут и борщ томить, и пирожки печь. По задумке, эта печь должна выглядеть как артефакт, — мы взяли за основу городецкую роспись, ее знаменитых лошадок, но в итоге я предложила свой вариант. А, например, стилистика оформления оконных откосов, если переводить ее на художественный язык, ближе к древнерусской живописи и ее орнаментам.

Вы отслеживаете, как влияют росписи на популярность заведения?

Напрямую нет, но косвенно — видим по фотографиям и отметкам в социальных сетях. Если их становится больше, значит, мы свою работу сделали хорошо. Были случаи, когда кафе из незаметного превращалось в место, куда стремятся как минимум за эффектными кадрами.

Где грань между бережной работой с традицией и кичем?

Думаю, ее определяют образование и насмотренность. Если человеку с детства привили, что хохлома, гжель, городецкая роспись — это красиво, если он знает основные приемы, элементы, сюжеты, то сможет понять, где интерпретация, а где — подделка. Кич начинается там, где глаз перестает видеть разницу.

Текст: Валентина Переведенцева
Фото: Арина Федотова
Стиль: Алина Семяшкина
Макияж, волосы: Екатерина Мешалкина

Комментарии (0)

Наши проекты

Купить журнал: