Блокадный портрет: Анатолий и Генриетта Злобины

Генеральный директор универмага «Московский», член правления Английского клуба, как и его жена, экономист Генриетта Владимировна, пережил в Ленинграде всю блокаду, а теперь возрождает традицию меценатства.

Анатолий Павлович, когда началась блокада, вам было всего пять лет. Какие у вас остались воспоминания?

Анатолий Павлович: Воспоминание, которое невозможно забыть, — первый артобстрел. В 1941 году мы жили на Лахтинской улице. Стреляли с Пулковских высот, и снаряд попал в угол здания напротив. После разрыва началась паника: все жители дома бежали вниз, в бомбоубежище, по лестницам катились тюки с вещами, все кричали и будто разом лишились рассудка. Хорошо, что мы спускались с последнего этажа, — обезумевшая толпа могла раздавить любого, кто замешкался. Зимой печку-буржуйку топили прямо в комнате, мороз в первый год был сильнейший. Не работали водопровод и канализация, все жидкие отходы просто сливали в окно. Фекальные сосульки свисали по карнизам старинных зданий до второго этажа. Весной всех ленинградцев подняли на уборку города: тающие наросты из отходов скололи, вычистили здания, вывезли нечистоты.

Как вы выжили в осажденном городе?

Анатолий Павлович: Незадолго до блокады папа притащил домой мешок гороховой муки, отчего мама сильно удивилась. А он сказал: «Я предчувствую, что будет плохо». Первую зиму мы выжили благодаря этому запасу. Каждый день мама заваривала нам похлебку в стопке, а когда она молилась по вечерам, я тайком пробирался к мешку и утаскивал еще пару ложек. Когда началась война, отец ушел на фронт добровольцем, воевал на Пулковских высотах. Поэтому блокаду мы пережили вдвоем с мамой. Папа приносил крохотные бумажные кульки, в которые умещалось меньше горсти пшена, — все, что удавалось сэкономить на сухом пайке. Помню, как мать со слезами стелила газету, чтобы ни одна крупинка не потерялась. Потом папа получил инвалидность, и его назначили заместителем по хозчасти в госпитале рядом с Политехническим институтом. Нам дали квартиру известного геолога профессора Филиппа Аристарховича Шамшева, после войны основавшего кафедру бурения в Горном институте. В соседнем парке мы разбили огород. Пользуясь служебным положением, отец таскал домой из столовой госпиталя огару с котлов — пригоревший слой еды, который выбрасывают при чистке. Это было наше спасение.

Как пережитое сказалось на вашей дальнейшей жизни?

Генриетта Владимировна: Раньше я гордилась, что прошла всю блокаду, что мы отстояли город. А с годами гордость проходит, остаются только страх и боль. Когда была моложе, я принимала участие в празднованиях, организуемых музеем боевой славы в местной школе. Дети устраивали представление, вручали нам подарки. Но по возвращении домой я всегда заболевала. И так каждый раз. Это синдром, говорят, он не проходит. В военное время мы жили на Маяковской, я ходила в школу неподалеку в бомбоубежище. Недавно я заглянула в тот двор, и мне стало невыносимо жутко. И до сих пор, когда захожу в колодцы, первая мысль возникает: «А куда можно спрятаться?».

Анатолий Павлович: В первую зиму от голода умерла моя сводная сестра. С тех пор я трепетно отношусь к еде: дома и в ресторане съедаю все до последней крошки. Тем более не могу ее выбрасывать. Мы с Гелей оба прошли блокаду с первого до последнего дня. Прожили в осажденном городе три года, а по ощущениям — будто десять. После нее мы стали абсолютно самостоятельными людьми.

Как вы познакомились с Генриеттой Владимировной?

Анатолий Павлович: Мы оба хорошо сдали экзамены в Институте советской торговли и летом отправились в колхоз на полевые работы. Нашли друг друга в прямом смысле в капусте. После выпуска сразу поженились, а в этом году отметили пятьдесят пять лет со дня свадьбы.

Анатолий Павлович, вы прошли по карьерной лестнице от товароведа до директора универмага. Расскажите про свой профессиональный путь.

Анатолий Павлович: После окончания института я работал в Ленсовнархозе, затем четыре года мы с Гелей прожили в Польше. По возвращении в Ленинград я был назначен завотделом конъюнктуры в универмаге «Гостиный Двор», через два года стал замдиректора Кировского универмага. Затем меня повысили до директора Ленхозторга, находившегося в плачевном состоянии. Там мне удалось обновить руководящий состав, создать отличный коллектив, справлявшийся со всеми трудностями периода тотального дефицита. Начальником Главного управления торговли исполкома Ленсовета я проработал тринадцать лет, в моем подчинении находилось три тысячи магазинов и сто тысяч человек. В 1989 году я оказался в универмаге «Московский». Сегодня дочь Ольга — мой заместитель и ведет бизнес наравне со мной. А внучка Саша, хотя получила образование на истфаке университета, отвечает за рекламу и маркетинг в нашей команде. Вся моя семья рядом со мной, поэтому я счастливый человек.

В 2012 году Анатолий Павлович получил независимую бизнес-премию «Заслуженный шеф года». Он организует сбор материальной помощи детским домам, обществам инвалидов, советам ветеранов войны и труда, а также является членом Попечительского совета по вопросам образования в Московском районе. Генриетта Владимировна организует семейные музыкальные вечера с игрой на фортепиано и походами в Филармонию.


Текст: Наталья Наговицына
Фото: Артем Усачев


  • Автор: sobaka
  • Опубликовано:
  • Материал из номера: Январь 2015

Наши проекты

Комментарии (0)

Авторизуйтесь
чтобы оставить комментарий.

Читайте также

По теме