Пустые «полторы комнаты», лекторий и коммунальная кухня: каким будет музей Иосифа Бродского в доме Мурузи

Управляющий партнер инвестиционной компании Fort Group Максим Левченко год назад создал вместе с Фонтанным домом сайт Brodsky.online, а сейчас работает над проектом частного музея в квартире дома Мурузи, где поэт прожил почти двадцать лет до эмиграции в 1972 году. «Собака.ru» поговорила с Максимом о том, почему дело долго не двигалось с мертвой точки и как будет выглядеть долгожданный музей.

Вы раньше не соприкасались с проектами в сфере культуры: окончили юридический факультет СПбГУ, занимались морским правом, потом девелопментом торговых центров. Когда в вашей жизни появился Иосиф Бродский и «полторы комнаты», где он жил в Ленинграде?

Два года назад я баллотировался в Законодательное собрание от Петродворца, и часть моей предвыборной кампании была посвящена развитию туризма и культуры. Естественно, появилось очень много интересных знакомств среди журналистов, литературоведов и искусствоведов. После того как я выборы проиграл, не захотелось терять связь с этими людьми. Мы продолжали общаться и встречаться. Однажды гуляли по Петербургу с историком Павлом Котляром и забрели на Преображенскую площадь, где находится коммунальная квартира, в которой жил Иосиф Бродский. Так я и выяснил, что музея поэта до сих пор нет, хотя разговоры об этом ведутся уже двадцать лет.

И сразу решили его создать?

Такого плана не было. Сначала написал колонку на «Фонтанке.ру» под названием «Петербургский тупик, или Почему в нашем городе до сих пор нет музея Бродского», после чего со мной связался искусствовед Михаил Мильчик, который вместе с литератором и главным редактором журнала «Звезда» Яковом Гординым занимается этой темой с 1999 года. Тогда они основали специальный фонд. Им помогали город и спонсоры: часть коммуналки расселили, многое отреставрировали, выкупили знаменитые «полторы комнаты», а однажды квартиру полностью открыли для посетителей на один день в честь 75-летия поэта.


Бродский — это не бронзовая статуя, это жизнь

Недавно вы купили смежную квартиру, которая находится рядом с коммуналкой, где жил Бродский. Музей будет находиться в ней?

Мы объединим почти все эти площади. По нашему плану музею отойдет новая квартира и половина мемориальной — коридор, кухня, полторы комнаты. Свидетель же эпохи Нина Федорова, соседка Иосифа Бродского, останется жить в исторической части с отдельным входом. Я рад, что она никуда не уедет, ведь это ее дом, который Нина Васильевна покидала только во время блокады.

Музеи сегодня — это пластичные институции, где проводят экскурсии и лекции, устраивают спектакли, концерты и литературные чтения. У вас уже есть концепция развития вашего проекта?

В первую очередь мы сконцентрированы на объединении двух квартир и архитектурном решении пространства — за последний вопрос у нас отвечают Сергей Чобан и Сергей Падалко. В какой-то степени концепция уже сформирована. Около ста метров отдадим под лекторий, кафе и книжный магазин, обязательно сделаем как минимум два выставочных зала, полностью сохраним мемориальную часть и коммунальную кухню, а сердцем музея станут «полторы комнаты».

Кто, кроме вас и Фонда создания музея, возглавляемого Михаилом Мильчиком и Яковом Гординым, работает над проектом?

В этой истории звучит много голосов: семья Бродского, его друзья из Штатов, люди, которые знали поэта в Ленинграде, и, конечно, Фонтанный дом, где сейчас хранится часть архива. Моя задача — услышать всех и постараться помочь воплотить лучшие идеи в жизнь. Безусловно, мы много часов беседуем по каждому вопросу, в том числе по поводу интерьера мемориальной части: нужно ли возвращать подлинные вещи, например секретер и книги. Казалось бы, все очевидно, но и здесь у каждого участника есть свой взгляд. В результате было решено, что самым правильным будет отреставрировать «полторы комнаты», но оставить их пустыми. Бродский — это не бронзовая статуя, не тяжеловесный памятник, это жизнь, ведь его стихи по-разному интонируются, а каждый чтец вносит в них свой характер и смысл. Хотелось бы и это пространство наполнить разным звучанием: его обстановка и настроение будут меняться. Сегодня привезем туда экспонаты из хранения Фонтанного дома, который нас очень поддерживает, а завтра сделаем проекцию, под которую включим запись голоса Михаила Барышникова, одного из самых близких друзей поэта.

Вы чувствуете поэзию Бродского?

Нельзя сказать, что я поклонник, фанат или исследователь его творчества. Более того, мне кажется, в данном случае это и не требуется. Идеологию и концепцию создают люди, которые разбираются в таких вопросах, а я должен быть максимально объективен и дистанцирован от вкусовых пристрастий, ведь бывают ситуации, когда эмоции бьют через край, поэтому общее дело может страдать. Вполне вероятно, именно поэтому у нас все и получится, ведь такой музей Бродского, как в Петербурге, невозможен нигде в мире: ни в Штатах, ни в Италии.

Есть музеи, которые вы считаете образцовыми?

Мне нравятся современные проекты: галерея «Тейт Модерн» в Лондоне, Еврейский музей и центр толерантности в Москве, Музей Фаберже и «Новая Голландия» в Петербурге. Очень импонирует Музей Гуггенхейма в Бильбао, в том числе и потому, что это девелоперский проект. В результате коллаборации государства и крупной частной инициативы город получил мощный толчок в развитии и стал горячей туристической точкой на карте мира. Важно не только показывать коллекции, а развивать среду обитания человека. Так и мы хотим создать не советский литературный музей, а разносторонний проект, наполненный жизнью.


Максим Левченко окончил юридический факультет СПбГУ и защитил диплом по морскому праву. В 2009 году вместе с партнерами основал компанию Fort Group, которая занимается девелопментом на рынке недвижимости в Москве и Петербурге. В 2017 году запустил онлайн-проект о жизни и творчестве Иосифа Бродского — сейчас этот сайт и экспозиция «Американский кабинет» в Фонтанном доме — единственные «музеи», связанные с именем поэта.

текст: Ольга Угарова
фото: Антон Вельт

Комментарии (0)

Авторизуйтесь
чтобы оставить комментарий.

Наши проекты

Читайте также