Александр Секацкий

Он – герой интеллектуального Петербурга, а также нескольких повестей и романов, автор публицистических и художественных книг, в том числе остроумнейшего путеводителя по философии и только что вышедшего философского задачника «Два ларца, бирюзовый и нефритовый», стилизованного в китайской традиции.



За последние лет пять вы превратились в «модного философа» – по крайней мере, так вас аттестуют. Для вас лично в этой связи что-то изменилось?

Действительно, начали появляться подобные метки… в средствах массовой информации. Но я бы не сказал, что они греют душу. Есть метки иного характера, персональные. Впрочем, они были всегда. Это возможность очаровать, обольстить. Мыслью в том числе. Вот это не наскучивает, в отличие от вещей публичных и от решения формальных задач. Хотя в формальных задачах тоже есть свое удовольствие. Еще для меня до сих пор остается загадкой, почему довольно крупные издательства издают мои книги. Но это приятно. Что касается жизни, то ничего особо не изменилось. Так же, как и лет пятнадцать назад, ощущается категорический недостаток солидности. Вот, например, приходишь в какое-нибудь заведение, и всех пропускают спокойно, а у меня обязательно спросят: вы куда? А там, к примеру, должна состояться моя лекция. Я говорю: да вот, лекцию читать, Секацкий. А мне: э-э, нет, предъявите-ка документики. Почему-то именно мне всегда приходится предъявлять документы, даже чтобы попасть на собственную лекцию.

Вас часто называют «властителем дум интеллектуальной молодежи Петербурга». Вместе с тем вы всегда утверждали право философа смущать малых сих в режиме полной безответственности, что в русской традиции не очень-то сочетается с ролью «властителя дум», «учителя жизни». Для вас вопрос ответственности по-прежнему не актуален?

Я его снял раз и навсегда. Ответственность нужна в поле морального утешения или проповеди. А философ обязан быть безответственным. Иначе мы окажемся в пределах банальности, и ничего хорошего из этого не выйдет. Философия не должна бояться смутить малых сих. Она преследует истину, в отличие от разных форм коллективного мышления, будь то религиозная проповедь или психотренинг, которые преследуют задачу помочь человеку прожить жизнь непротиворечиво. В частности, философию от всех видов современного, выродившегося оккультизма отличает то, что тебе обещают. Грубо говоря, если обыватель услышит, что то или иное учение поможет ему поправить здоровье или выгодно совершить сделку – корову, например, купить, – он, скорее всего, заинтересуется. А для философа такая информация послужит верным признаком того, что к данному учению не стоит и прикасаться.

Хорошо. Вот вы как философ много говорите и пишете о так называемой имперской идее. А писатель Александр Андреевич Проханов, к примеру, эту идею еще и проповедует, в том числе и с экрана телевизора. По-вашему, к чему ближе подобные вещи – к «современному оккультизму» или к поиску истины?

Нет, я полагаю, это не оккультизм, а форма озабоченности мысли. В любом случае очевидно, что имперской идее предрешен ренессанс. Потому что современное правовое государство на данный момент выродилось в государство служебное. Если мы выберем правильный исторический масштаб, то увидим, что правовое государство имело период своего расцвета и точную локализацию: это XIX, отчасти XX век, англосаксонские, протестантские страны, отчасти Франция. Пресловутая протестантская этика предполагает индивида, чьим единственным сувереном является Бог, с которым он находится в постоянном контакте, а посему не нуждается ни в каких внешних посредниках. Из подобных индивидов складывалось гражданское общество классического правового государства. На данный момент у нас нет такого индивида. Его нет даже в странах англосаксонских, потому что упразднен Бог-суверен. А в России его в широком смысле никогда и не было.

Да, но в нешироком-то смысле был! Может, его следует как-то воспитать и распространить?

Мне тоже крайне симпатична эта личность. Именно поэтому помимо имперского проекта я уповаю на некие новые формы социальности, самоорганизующиеся сообщества свободных людей. В книжке «Дезертиры с острова сокровищ» я пробовал обозначить эту тему.

Это ваши «нестяжатели» во главе с главным героем – Даниилом Пленицким?

Да. Возможно, есть смысл надеяться на что-то подобное, но при этом для меня совершенно очевиден кризис и недалекий крах современного служебного государства. Потому что одно дело, когда правовое государство представляет джентльмен в пробковом шлеме, который может оказаться и в Индии, и в Африке и благодаря которому над Британской империей не заходит солнце, а другое – когда правовое государство представляет трусливое сообщество первых встречных, имеющее в качестве государственных ориентиров улучшение качества производимой сантехники. Такое правовое государство непременно подвергнется распаду и колонизации, что сейчас и происходит.


Наши проекты

Комментарии (0)

Авторизуйтесь
чтобы оставить комментарий.

Читайте также

По теме