Игорь Михайлов

Бывший военный, мастер спорта по пулевой стрельбе, он был депутатом ЗакСа и советником губернатора, а в июле его избрали первым в истории Петербурга уполномоченным по правам человека, или омбудсменом.

Омбудсмена в Петербурге пытались избрать десять лет, а удалось это только сейчас. Почему?

На самом деле было целых восемь попыток перед тем, как на девятый раз наконец удалось избрать уполномоченного. Просто сегодня власть устроена так, что без глубокой заинтересованности губернатора субъекта Федерации избрать омбудсмена и создать какие-либо иные демократические институты невозможно. Поэтому могу сказать, что нам повезло с губернатором. Валентина Матвиенко поставила задачу организовать объективные выборы и избрать уполномоченного. Цель была достигнута.

Отчасти это можно рассматривать как имиджевый ход. У европейского города Петербурга есть свой омбудсмен. Выглядит очень по-западному.

Конечно. Уже сам факт наличия уполномоченного по правам человека делает наш город более цивилизованным. Масштабы нашей страны таковы, что мы вынуждены избирать уполномоченных в субъектах Федерации. В Польше, например, существует один омбудсмен на всю страну. И им хватает.

Какие функции вы теперь выполняете и какие вопросы можете решать?

Что значит «могу решать»? Я не старик Хоттабыч. Ведь есть государственные органы власти, которым вменяется в обязанность решать те или иные проблемы с целью улучшения жизни жителей нашего города. Разумеется, не всегда они справляются со своими обязанностями. Это с одной стороны. А с другой – не всегда граждане желают знать о своих правах и поэтому совершают ошибки. Если у них что-то не получается, они по традиции винят в своих бедах государство. Таков наш менталитет. Задача уполномоченного – разобраться, действительно ли имело место нарушение прав человека, и если да, то по каким причинам оно произошло. После рассмотрения дела я вправе воздействовать на органы государственной власти для
восстановления прав гражданина. Многие думают, что уполномоченный должен заниматься социальной сферой, благоустройством жилищного комплекса и так далее. Это заблуждение. Могу сказать, что объектом интересов уполномоченного в Санкт-Петербурге будет человек и правовые отношения, в которые он
вступает, взаимодействуя с органами государственной власти. Моя гуманитарная функция заключается еще и в том, чтобы донести до людей правильные формы взаимодействия с государством. Например, россияне инертны в плане грамотного оформления документов. А все ведь начинается с мелочей, будущая катастрофа – с опечаток, отсутствия подписей и так далее.

Для такой работы необходим большой аппарат.

Но у меня он пока небольшой. Всего пятнадцать человек. Постепенно, наверное, будем разрастаться.

Люди пользуются возможностью обратиться к вам?

Да, конечно. Положенную мне по закону приемную сейчас ремонтируют и обустраивают. На первое время я самостоятельно организовал общественную приемную, в которую может обратиться каждый. У нее есть телефон – 490-5870. Туда поступает очень много звонков: примерно один в две-три минуты.

Что самое неприятное в вашей работе?

Самое неприятное – это ощущение, когда ты становишься объектом конкуренции. Я один, а людей, жаждущих от меня что-либо получить, масса. Я нахожусь на пике конкуренции и вижу проявления человеческой личности, которые не радуют мой глаз. Хуже от этого, правда, я к людям относиться не стал.

Вы сами когда-нибудь страдали от нарушения ваших прав?

Я не из страдальцев, но маленький пример есть. Я был женат дважды. Когда женился второй раз, то честно, не имея жилья в Петербурге, выписался из квартиры первой супруги без всяких претензий. Мне обязаны были по закону предоставить жилплощадь от Министерства обороны, но медлили. Мы с нашей маленькой дочкой жили в комнате в коммуналке, которая принадлежала моей второй жене. Игорь Михайлов, офицер Вооруженных Сил СССР, в течение двух лет фактически был бомжом. Нонсенс!

Теперь, наверно, вы как никогда цените уют домашнего очага.

Дом, семья – это мой тыл, я же бывший военный. У меня можно отобрать все, но вот за семью – глотку перегрызу. Хотя полностью забывать о работе даже на досуге не получается – тащу настроение в дом. Правда, супруга тоже не может провести разделительную черту между личным и профессиональным. Она менеджер по рекламе в крупной фирме, у нее в квартире тоже оборудован рабочий кабинет. Хорошо, что в семье есть домашний психолог – наша дочь сейчас учится на психологическом факультете СПбГУ.

Как строится ваш рабочий день?

Я не нахожусь ни у кого в подчинении, надо мной нет начальников. В девять утра я начинаю работать вместе со своим предполагаемым аппаратом. Сейчас создаю с нуля систему, это требует огромных усилий. Хорошо будет тому, кто меня сменит на должности уполномоченного, – он придет на все готовое.

Уже есть мысли об отставке?

Нет, что вы. Как минимум пять лет я должен отработать. Таков мой принцип.


Наши проекты

Комментарии (0)

Авторизуйтесь
чтобы оставить комментарий.

Читайте также

По теме