Константин Бронзит

Дважды, за Switchcraft и Die Hard/"Крепкий орешек", лауреат Гран-при в Аннеси, а это главный анимационный конкурс в мире, достигший к 35 годам такого авторитета, что консультирование им "Карлика Носа" упоминают чаще, чем фамилию режиссера Ильи Максимова (то есть "Бронзит" – это уже брэнд), Константин Бронзит называет себя занудой, половину своих работ не включает в фильмографию ("Стыдно. На самом деле мне стыдно всегда. Это отдельная проблема") и вообще уверяет, что его фильмы – "отсюда (рука ко лбу), а не отсюда (рука к груди)".



Размер в анимации не имеет значения – но "Карлик Нос", где Бронзит – худрук, видели все. А его собственный последний фильм "Бог", четырехминутный шедевр, считанные счастливцы. "Бог" выдвинут на "Оскара" и включен в программу Каннского кинофестиваля.

Нет ничего привычнее траурного марша по судьбе этого вида кино в отечестве – не будем "прибавлять громкость". Речь об ином: недавно на фестивале аниматоров в Суздале Бронзит снял фильм с конкурса – через пару секунд после начала лампа в проекторе оказалась не той мощности, картинка потемнела. Поступок. Поскольку "Бога" ждали все – анимационный фильм делается годами, премьеры у каждого автора тут еще реже, чем в игровом кино (предыдущая картина "На краю земли" – та, где домик живет на одной точке опоры, – 1998 года). В предвкушении показа нервничал и сам Бронзит: суд профессионалов – главный. Картина завершала конкурс вообще – уже не оставалось времени на починку техники. Но допустить, чтобы коллеги увидели не то изображение, которое он задумал, перфекционист Бронзит не мог.

…На улице мартовский ливень. Знаменитый комедиограф Бронзит мрачнее тучи – не нарисованной лиловым бодрым цветом, а грязнотяжелосерой питерской тучи – встречает меня в коридоре студии с чашкой в руке. Говорит, лицо – от погоды. Хотя, впрочем, с таким, говорит, родился. Не верю. Сварив и мне кофе, начинает рассказывать. Много смеется.

– Как отнеслись коллеги к столь отчаянному жесту? Вы же могли Гран-при получить – ведь жюри не нашло претендента…

– С ответным отчаянием: а как нам теперь увидеть "Бога"?.. Президент фестиваля Александр Татарский гарантировал участие в конкурсе на будущий год, что неинтересно. Энергия пропадет. Но оправдываться после некачественного показа или вообще предъявлять картину с огрехами, которые видишь, – ужасное состояние. Лишний шрам на сердце.

Костя Бронзит решил стать художником-мультипликатором чуть ли не во втором классе – и рисовал непрерывно. Футбол во дворе его не интересовал. Полагаю, теперь его картинками можно заполнить самый большой стадион в мире и все его трибуны.

– Это бзик. Болезнь. С ней родишься, умрешь… она развивается внутри, а потом – выплескивается. Мне повезло – я рано начал. Наломал много копий, но зато… и раньше достиг чего-то. Откуда приходит идея, сказать невозможно… Как я говорю, мои фильмы высосаны из пальца. Я это делаю хорошо. Профессионально. Но это… машина немножко. Хорошо смазанная. Вершина профессии. А еще есть вершина духа. Вот английский фильм "Отец и дочь", анимационный. Лучшее из виденного за десять-пятнадцать лет. Вот там это есть. Слеза. Боль внутренняя. А у меня все так – хоп-хоп! Надо же, как лихо!.. К счастью, люди не воспринимают мое кино так, как об этом говорю. Но у меня все-таки ощущение, что я прав. Просто сам-то знаю подноготную своего творчества. Я придумываю кино, а там – нерв. Одним сердцем, впрочем, ничего не сделаешь в искусстве. Да и где вы видели сердечную комедию? Не бывает.

Кажется, Бронзит неосознанно сожалеет, что лишен мелодраматизма. Понятно, что виртуозный набор гэгов "На краю земли" – интернациональный хит, 70 призов – автору уже мал, но идея: Богу досаждает муха – конечно, "взялась ниоткуда". Самопридира Бронзит говорит, что никаких глубин искать в "Боге" не надо: мол, просто пластический этюд. Не стану здесь о картине подробно – у всех есть шанс увидеть фильм в июне на "Послании к человеку", пока поверьте: это анекдот, который может быть трактован и как притча, и как трагикомедия, и как драма с хеппи-эндом, и даже как иллюстрация к индуистскому учению.

– Но делался "Бог" не для того, чтобы "сказать мысль". Уверяю абсолютно искренне. Интересна была иная фактура. Насколько убедительно все зашевелится – в трехмерной графике, новом материале для меня...

– А почему вдруг "трехмерка", называемая обычно столь пренебрежительно?


– Спасибо, как говорится, за вопрос. Многие режиссеры утверждают, что у них разное кино, но производят все то же. А я горжусь, что делаю категорически разное. И это – не самоцель, меня правильно научили: иди за материалом. Вот и здесь: статуя Бога – значит, объем. Муха – ну, не на ниточке же. Значит – трехмерная анимация. Ее не очень уважают кинематографисты, поскольку любой компьютерщик уверен, что создал кино. А кино может – лишь художник.

– Автор анимационного фильма, творец своего мира – бог?


– Вот уж никогда так не думал.

– Да? Странно. А не хочется ли игровое попробовать?


– Уже знаю, какую вещь… полное, конечно, безумие… но "Камера-обскура" Набокова просто просится на экран. Возможно, буду писать сценарий. Не знаю. С одной стороны, смена фактуры мощнейшая. И отдача другая, аудитория… Но в анимации – сам себе хозяин, все доводишь до того состояния, о котором способен сказать: можно двигаться дальше. А в игровом заранее с ужасом чую колоссальные потери в каждом кадре. При моем отношении к работе – как переживу? И вообще – выживу ли? Может, это главное, что меня отпугнет… Актер чуть-чуть не так сыграет – ведь я же его убью.

– Они и слушаться не будут – не нарисованные…


– То-то и оно.

 


Наши проекты

Комментарии (0)

Авторизуйтесь
чтобы оставить комментарий.

Читайте также

По теме