Лев Авербах — о том, как частная скорая помощь созданная им в 1999 году, оказалась под угрозой закрытия

Частная скорая помощь Петербурга, ежедневно выезжающая на сотню вызовов с 1999 года, под угрозой закрытия. Медиков просят в кратчайшие сроки покинуть рабочие помещения и освободить место для ковидного госпиталя. Гендиректор CORIS Лев Авербах рассказал «Собака.ru», как планирует спасать бизнес, а горожане пишут петиции и письма в Смольный и губернатору Беглову с просьбой сохранить клинику.

Лев Григорьевич, почему CORIS экстренно выселяют из здания на Чугунной, 46, где вы работаете более 20 лет?

Городское правительство хочет выкупить это здание и переоборудовать его под ковидный госпиталь больницы Св. Луки. 1 июля я получил от владельца помещения — акционерного общества «ЛОМО» — извещение, в котором нас просят покинуть территорию уже 1 сентября. Но переехать меньше, чем за два месяца, попросту невозможно — подобный срок расторжения аренды равен потере бизнеса и тому, что множество петербуржцев останутся без крупнейшей частной службы скорой медицинской помощи в период пандемии. Мы потеряем медперсонал — в CORIS работает более 200 человек, в том числе десять бригад скорой, специалисты травмпункта. Выплачивать зарплату такому штату во время простоя в пару месяцев, параллельно вкладывая множество средств в переезд, просто невозможно.

Что вы будете делать, чтобы бизнес не потерять?

Наша цель — не отстаивать старое помещение, а получить адекватный срок для переезда, увеличив его до 5-6 месяцев. Сейчас мы ведем активные переговоры со всеми, кто может нам помочь. Хочу сказать спасибо тем, кто поддерживает CORIS — без нашего участия направляются депутатские запросы, обращения в Смольный и губернатору, создана петиция от лица горожан на Change.org, готовится обращение от Всероссийского союза страховщиков — ведь половина наших вызовов оплачивается в рамках ДМС. Петербуржцы откликнулись, потому что понимают, как важна альтернатива на рынке медицинских услуг, как важны малый бизнес и принципиальная человеческая позиция — на нашем месте мог бы оказаться кто угодно. И, кстати, мы не единственные, кого просят по-быстрому покинуть здание на Чугунной,46 — оно напичкано медицинскими арендаторами, там в том числе располагаются стоматологическая, офтальмологическая и наркологическая клиники. Но, видимо, правительству все равно — одной частной клиникой во время кризиса больше, другой меньше.

Заместитель председателя комздрава Андрей Сарана заявил, что выкуп здания был лишь вопросом времени — история о том, что город заберет его себе, обсуждалась несколько лет.

Такие разговоры действительно были, но оставались на уровне разговоров. Мы же не можем, основываясь на них, заранее найти помещение и сидеть на чемоданах в ожидании бумаги о выселении. Не было ни проекта нового корпуса больницы, ни соответствующего постановления правительства. И, как я пониманию, даже сейчас они не появились. Но появились деньги, которые надо быстро освоить, и повод в виде коронавирусной инфекции. 

Некоторые СМИ отмечают, что экстренное выселение CORIS выглядит как месть со стороны Смольного — во время пандемии вы не раз выступали с критикой чиновников здравоохранения, например, рассказывали о 11-часовых очередях при госпитализации пациентов с COVID-19. Что вы думаете по этому поводу?

Да, многие об этом говорят напрямую, но я не могу поверить, что из-за моей позиции и озвученных фактов меня начнут душить и ставить под угрозу закрытия весь бизнес. Кстати, если правительство Петербурга лояльно отнесется к просьбе о продлении переезда, то вряд ли эта история про месть. Если упрутся — то можно подумать уже и об этом.  


Лев Авербах — о том, почему скорые по 11 часов не госпитализируют петербуржцев с подозрением на COVID-19

 

Почему медицинской организации нереально организовать работу в новом месте за два месяца?

Потому что каждый метр клиники требует особых вложений и особых разрешений. Открыть новую станцию медицинской помощи в такой срок — это что-то из разряда фантастики. Даже сама администрация города с ее ресурсами не справилась бы с такой задачей. Это не офис и даже не ресторан — в нашей работе зарегламентирован каждый шаг. Найти подходящее помещение в принципе нелегко — это должен быть нежилой дом с площадкой для автомобилей скорой медицинской помощи, с круглосуточным входом и выходом. Необходим ремонт, необходимо получение медицинской лицензии. Есть много нюансов — например, в нашем травмпункте недавно появился рентген за 15 млн рублей. Одна лишь его установка заняла около 3 месяцев. В случае переезда нам нужно день в день переключить телефоны, чтобы не было потерянных вызовов — не каждый пациент в курсе происходящей ситуации и того, что наша работа оказалась под угрозой. Поэтому мы просим время до нового года — да, это будут тяжелые 6 месяцев, но собрав силы в кулак, мы сможем сохранить нашу компанию.

А если таких сроков вам все же не дадут?

Тогда мы застрянем в судах. Нас ведь не могут выселить насильно без судебного решения — перекрыть кислород и поставить бетонные заграждения, чтобы машины скорой не въезжали на территорию. Поэтому придется как-то юридически затягивать весь процесс. Мы не хотим такого сценария, хотим лишь получить физическую возможность переехать по доброй воле и по договоренности сторон, что и подразумевает любой договор. Но в случае чего у нас нет выбора — либо теряем бизнес, либо пытаемся сопротивляться.

Почему это здание так привлекательно для размещения в нем нового корпуса больницы?

Видимо, королевство стало маловато. Ну а вообще по соседству с нами и больницей Св. Луки — на Чугунной, 44, есть заброшенное здание общежития, которое вообще не нужно выкупать, в котором никто не живет и никого не надо расселять.

Но ваше помещение выигрывает, потому что оно отремонтировано?

Нет, его все равно нужно переделывать. Этажи, которые занимаем мы, к примеру, выглядят прилично. Но самое здание 1968 года постройки и с тех времен не видело капремонта. Старые трубы, проблемы с канализацией, вода в подвале. Чтобы сделать из этого здания ковидный госпиталь, имеет смысл оставлять только стены.

Можно из этой ситуации делать вывод о равнодушном отношении к частному медицинскому бизнесу? Вы ведь занимаетесь тем же, что и государственная медицина — спасаете здоровье людей. Но ваши интересы не в приоритете.

Конечно, несправедливость в отношении частной медицины есть. Например, во время пандемии она проявилась в том, что наши врачи так и не получили президентские надбавки за работу с коронавирусной инфекцией, хотя принимают в борьбе с пандемией такое же участие, что и врачи государственных скорых. Так же, как и остальные врачи, болеют. Обращения в комитет по здравоохранению Петербурга и Минздрав России по этому поводу игнорируются, хотя в постановлении правительства РФ № 415 о выплатах четко указано, что негосударственные медицинские организации тоже имеют право на надбавки. Это к ответу на вопрос: «А что вам государство?» Да вот ничего. Будем надеяться на благоразумие и понимание чиновников хотя бы в нынешней ситуации. Мы не просим нам как-то по-особому посодействовать, просто просим дать время на переезд. Из сообщений в СМИ я узнал, что Смольный готов помочь CORIS получить льготный займ до 5 млн рублей или поручительство на сумму до 100 млн рублей по ставке 0,75%. Однако так и не понял, откуда взялась эта информация — напрямую подобных предложений мне не поступало. 

Катерина Резникова,
Комментарии

Наши проекты