Борис Пиотровский — о VR-экскурсиях по Эрмитажу, интеллигентной изоляции с отцом в Комарово и марафонах

Как новые технологии изменят Эрмитаж после пандемии, что будет с издательством «Арка», которое издает книги о музее? «Собака.ru» поговорила с Борисом Пиотровским — издателем, амбассадором VR а также членом клана Пиотровских, и узнала о перспективах виртуальной реальности в Эрмитаже, осознанном потреблении и марафонских забегах.

Клан Пиотровских изолировался в Комарово в середине марта. Из фамильного гнезда ведутся брейнстормы директора Эрмитажа и всех сопричастных о том, как поддержать музейную работу и музейных работников во времена пандемии — и следующего за ней всадника апокалипсиса, провального туристического сезона.

Молния: перед майскими в курортном главке был согласован монтаж нового эпизода проекта Hermitage VR, который продюсирует Борис. Пару лет назад провозвестником эрмитажной виртуалити, собственно и запущенной Борисом Михайловичем, стал ­19-минутный фильм с Константином Хабенским. В Главном Штабе выделили специальное место для VR-кинотеатра, а для просмотра зрителям нужно было экипироваться очками дополненной реальности: Констанин Юрьевич в бакенбардах и надломленном цилиндре от Яниса Чамалиди вел экскурсию по тайным закоулкам Зимнего дворца, рассказывая об истории музея, основанного Екатериной II.

В опасные времена гигиена превыше всего, так что съемки сиквела с Хабенским отложены, а VR-кинотеатр временно закрыт, уступив место красивым онлайн-прогулкам по выставкам на официальном канале Hermitage VR в YouTube. Совершать променад в неурочные часы, с обзором в 360 градусов, с кофе в руке и издавая восторженный шум по ходу движения уже можно по ретроспективе архитектурного бюро Никиты Явейна «Студия 44», открывшейся в феврале в залах Главного Штаба. Борис Пиотровский (с плохо скрываемым ликованием) поясняет: «Сейчас это просто выход из ситуации, а дальше может стать дополнительным аргументом к просвещению: пропустил выставку из-за нечеловеческой занятости — а нет у тебя больше отговорок, все выложено на сайте».

Вторую серию, посвященную экспозиции актуального корейского совриска «Романтика и усердие» (она гастролирует в Петербурге в патовые даты с 25 марта по 5 июля) планируют к выходу летом. Но есть проблема: в VR-сериал инвестирует компания «Артеком», которая занимается торговлей репродукциями и мини-скульптурами в Эрмитаже. Так что на данный момент финансирование остается зыбким.


«Вообще, решение создавать VR-экскурсии назревало давно. Выставка главного неоэкспрессиониста нашего века Ансельма Кифера в этом формате была снята еще три года назад». 

«Пока все делается энтузиастами, — не унывает младший Пиотровский, — и в таких начинаниях нет экономической составляющей. Сначала нужно создать хороший проект, показать его, и только потом попытаться продать. Мы не бездействуем и множим свое онлайн-присутствие. Вообще, решение создавать VR-экскурсии назревало давно. Выставка главного неоэкспрессиониста нашего века Ансельма Кифера в этом формате была снята еще три года назад. Дарованные ютьюбом технологии мы используем примерно с тех пор».

Но если посчитать реальный возраст связки «Борис Пиотровский — эрмитажный диджитал», то ей в 2020-м исполнится целых 22 года. В 1998-м юный наследник династии на волонтерских началах («Кто тогда не писал html?!») участвовал в создании базы данных изображений и информационного киоска, а в 2001-м — оптимизировал систему онлайн-продажи билетов. «В то время никто еще не знал, как банковской карточкой-то пользоваться. Так что в основном опция была рассчитана на иностранцев». Затем энтузиазм Бориса распространился на соцсети: «Я уговаривал открыть ­представительства Эрмитажа во«ВКонтакте» и в фейсбуке. Слава богу, что удалось это сделать. Еще у музея есть классный твиттер, где за примерно двадцатью постами в день следит почти миллион фолловеров». Наконец, Пиотровский лоббировал присутствие ­@hermitage_museum в инстаграме. Администрация сопротивлялась отчаянно: постить картинки, когда экспонируешь картины, — это игра на понижение. Но Борис нашел решение: зарегистрировался на заре Инстаграма сам, прозондировал почву и передал аккаунт во владение штатного музейного фотографа Юрия Молодковца. Сейчас на популярной площадке ежедневно дают искусство и стримы с научными сотрудниками. И, само собой, сдабривают анонсами новых проектов.

Например, 10 марта в официальном инстаграме появился тизер пятичасового фильма, снятого в залах музея айфоном без единой склейки. Этот проект стал для диджитал-экскурсий 2020-го «первой жирной ласточкой» (копирайт Бориса). «Компания Apple вышла с предложением в сентябре. Музей в ответ ограничил кинопроцесс просветительской целью и одним понедельником. Игровые фильмы в Эрмитаже снимать нельзя, так же, как и устраивать экшн в дни, открытые для посещений», — объясняет Пиотровский. А вот артикулировать, кому в итоге адресована долгая онлайн-прогулка по главному музею страны, он затрудняется: «Мне настолько очевиден смысл проекта, что я не знаю, как его обозначить. Для красоты, для простоты, для удобства подачи, для хорошего времяпрепровождения. Это отличный продукт, который можно транслировать на экранах любых представительств Эрмитажа — и в Омске, и в Амстердаме. Тут даны уверенные сюжеты внутри классической истории, которые позволят нам медленно воспринимать сложные смыслы». Для тех, кому медленно пока тяжеловато, у фильма заботливо проставлены таймкоды с самым интересным.

Сам Борис в карантинные месяцы скоростной режим переосмыслил радикально: «Десять лет назад я делал выбор в пользу более технологичных вещей. Посмотреть лекцию про "Блудного сына" Рембрандта или свои соцсети? И тут, и там мы ищем эмоции, только во втором случае они гораздо быстрее. Пандемия способствует тому, чтобы притормозить. Начать читать, гулять по онлайн-выставкам и слушать музыку — после того, как все вирусологические диспуты в фейсбуке будут наконец закрыты. Выражение "виртуальный музей" я слышу года с 1995-го и привык к тому, что это форма чиновничьей речи, которая ничего не значит. Только находясь в самоизоляции, я понял, что у нее есть жизнеспособное воплощение, — реальный музей с виртуальным доступом. Чего мы раньше-то его не организовали?»

Помимо продюсерских и управленческих задач, младший Пиотровский (у которого, кстати, нет официальной должности в Эрмитаже) осваивает ­смежные поля: «Мы люди рукастые — можем производить неплохой контент сами по себе. Находясь в одном лесу с отцом Михаилом Борисовичем, приходится его много снимать. В жанре комментариев для ТВ, поздравлений в YouTube, обращений в твиттере, чтения стихотворений (Грегора Нарекаци для musicAeterna в день памяти геноцида армян). Использую мобильный телефон, круговую лампу, маленький микрофон. Выяснилось, кстати, что я чудовищный световик, — буду расти над собой».


«Находясь в одном лесу с отцом Михаилом Борисовичем, приходится его много снимать. В жанре комментариев для ТВ, поздравлений в YouTube, обращений в твиттере, чтения стихотворений».

Даже в изоляции Пиотровские умудряются извлекать из подкинутых жизнью лимонов лимонад. Борис, к примеру, не нарадуется новому формату деловых встреч: «Информационные технологии — моя страсть. Но вот про zoom-конференции до пандемии я ничего не знал. Все мы привыкли решать дела за кофе или за пастой, а оказалось, что эти выезды совершенно необязательны». Директор Эрмитажа тоже придумал карантинку: пересмотрел деловую рутину и организовал электронный документооборот. Подпись Михаил Борисович теперь ставит на экране планшета. «Все это время мы зря тратили наши прекрасные березки, — констатирует его сын. — Больше никакой испорченной бумаги!»

Осознанное потребление — одна из любимых тем Бориса в последние пару лет. Хотя не только потребление: «Осознанность действий — вот что хотелось бы пожелать современному обществу. В еде, в спорте, в отношениях, в работе. Нельзя есть только потому, что вкусно, а бежать — потому что весело. Как только я стал себя ограничивать, приводя в порядок расписание и питание ради марафонов, то понял, что систематизации требует вся жизнь. Минимальное количество вещей нужно делать импульсивно. Эмоции в результате осознанных действий будут глубже, чем приход от маленьких спонтанных порывов. Место глупостям все равно остается, просто нужно осознавать их цену. Если она посильна — делайте на здоровье!».

При этом зожником Пиотровский себя считать отказывается: «С большим уважением отношусь к людям, которые делают для своего организма что-то полезное, но сам я эту концепцию погони за здоровьем и биохакинга воспринимаю скептически. Эксперименты с организмом опасны, и гадание на нем витаминками — особенно».

Марафоны и соревнования Ironman, в которых Борис участвует, нравятся ему из-за движа. «Я человек, склонный к зависимостям. Выбрал себе эндорфиновые. Это все очень похоже на наши рейвы в начале нулевых. Собираются на рассвете нарядные люди. Общаются, веселятся, пьют свои коктейли. Выполняют какие-то ритуальные действия. Усталые, но довольные возвращаются в исходную точку. Продолжают тусоваться и меряться кроссовками».


В забеги Бориса втянул один из основателей Comedy Club Таш Саркисян.

Кроме ностальгических, у спортивной активности Пиотровского есть и другие причины и плюсы. «Приятные трансформации» организма, соревновательный элемент (даже на изоляции обмен результатами в спортивных приложениях ведется нонстоп), общение. В забеги Бориса втянул один из основателей Comedy Club Таш Саркисян, а теперь марафонскую тусовку друзей пополнили директор петербургского филиала «Ингосстрах» Владимир Храбрых и авторы YouTube-канала «Бег вреден» Алексей Иванов и Александр Смирнов.

Хотя в первом петербургском Ironman, который был запланирован на июль, Пиотровский участвовать не собирался («для меня Ironman скорее про спортивный туризм»), боль организаторов он разделяет: «Это большая трагедия для них, даже если спортсмены не станут требовать возврата взноса за участие: счета все равно оплачены, футболочки закуплены. Но сейчас, когда все замерло, каждому нужно пересматривать правила работы и жизни».

«У нормального современного бизнеса накоплений нет — доходы тратятся на его поддержание или развитие. Излишки очень крупного предприятия могут идти в фонды, но у остальных такая система точно невозможна. Никаких финансовых подушек не существует. Бизнесмен всегда что-то кому-то должен, а балансирование в денежных потоках и есть норма: если ты не пользуешься кредитными ресурсами, ты, получается, не можешь подтвердить свои доходы. У рыночной экономики фитнес-тело — то есть с минимальным жирком, постоянным товарно-денежным обменом». Выпускник Финэка и кандидат экономических наук знает, о чем говорит, не только из лекций — издательство Бориса Пиотровского «Арка» тоже переживает нелегкие времена.

«Онлайн-продажи книг и сувениров давно налажены, но кто, кроме туристов, их будет покупать? Тяжелее всего сейчас сохранить сотрудников издательства. Впрочем, это справедливо для любого малого бизнеса». Хотя кое-что из сувенирки могут купить и петербуржцы — например, футболки с эрмитажным хештегом новейшего времени #интеллигентнаяизоляция. В экологичности их происхождения и окрашивания (разумеется, строго в ч/б) сомневаться не стоит. Один из последних проектов Бориса — графический фильм о сохранении ресурсов планеты и о том, как она будет выглядеть, если человечество наконец проявит к ней респект. Кино, сделанное совместно с крупной IT-компанией, уже было зарегистрировано к участию в Каннском фестивале.

Пока киносмотр перенесен на неопределенную дату, заботу о Земле Пиотровский демонстрирует очень эффектным и дорогим способом — поездками на Tesla. «В других странах покупка электромобиля не облагается НДС или субсидируется, но, к сожалению, не в России. Тут итоговая цена, как за ­суперлюкс, а внутри — далеко не роллс-ройс с панелями из карельской березы. Логики ноль: Tesla не портят воздух, не тратят производные нефти. Город преобразился бы, если бы все перешли на транспорт с электрической зарядкой». А еще, конечно, электромобиль — это удобно и гигиенично. Нет необходимости выходить на заправках, осеняя свой путь санитайзером: энергии машины хватает на 350 километров полной автономии. Но мечты об окончании этой автономии у Бориса Пиотровского все же теплятся. Каким бы цифровым визионером и дисциплинированным спортсменом-одиночкой он ни был, главное, чего ему сейчас хочется: «Прийти туда, где много народу. С кем-то познакомиться, с кем-то поругаться, обсудить чьи-нибудь сомнительные успехи... Вернуться к здоровой социальной жизни!» Присоединяемся и машем всем в этом чате.

Текст: Алла Шарандина
Фото: Данил Ярощук

Александра Генералова,
Комментарии

Наши проекты