Lutowolk: Я устал, я ухожу

Сетевой феномен и санитар светского леса, этот онлайн-журнал порвал в клочья маскхалаты интернет-селебритис, описав их нравы с почти гоголевским сарказмом. Анонимная команда решила закрыть громкий проект — итоги троллинга подводит его идеолог Аркадий Ротшильд.

Тема нашей беседы — закрытие проекта. Давайте пойдем с начала: как он стартовал?

Раньше мой день начинался с того, что я просматривал статьи глянцевых изданий и вся эта светская жизнь и серьезность, с которой люди к ней относятся, казались мне просто смехотворными. Вместе с товарищем мы стали локомотивом проекта Lutowolk — команда из десятка человек искала информацию и писала посты. Мы вчитывались в заголовки, статьи и иллюстрации наших модных СМИ и личные страницы их героев, вычленяли из них чушь, ложь и парадоксы и монтировали коллажи в «Пэйнте» с циничными комментариями. Из любимых тем был разбор материалов «Афиши» — чего только стоит кура гриль в парке Горького за 500 рублей в подборке бюджетной шаурмы Москвы. Следили, как основатель «Афиши» и «Стрелки» Илья Осколков-Ценципер качает деньги из госбюджета на реконструкцию ВДНХ и ребрендинг «Почты России». SMM журнала SNC подарил нам хит: закупку ботов в подписчики их инстаграм-аккаунта. Многие до сих пор вспоминают историю с Capslockshop: его владелица Рита Нестерец печатала на футболках спертые в Сети принты известных брендов и продавала их по три тысячи рублей за штуку как дизайнерские. Мы связались с юристами иностранных марок с этой новостью, и через год они принудили ее изъять плагиат из продажи в «Подиуме» и «Цветном». Стилист Коля Риш заметил копипаст дизайна марки COS у Aizel — в общем, это стало чем-то вроде народного флешмоба. Правда, дизайнер Вика Газинская эту тему сделала попсой: безустанно обвиняла в воровстве ее идей то H&M и Zara, то Kenzo и Стеллу Маккартни. Кроме того, наши подписчики присылали новости, точнее, стучали на своих друзей и коллег, показывая нам принтскрины их переписки. Так мы рассказали о вымогательстве подарков за пост в соцсетях редактором раздела «Стиль» журнала SNC Оксаной Он. А работники LookAtMe вынесли сор из избы, поведав, что им не платят зарплату. За это Василий Эсманов заблокировал наш аккаунт, Виталий Козак, которому мы приписали эректильную дисфункцию, тоже так делал.

Похоже на онлайн-робингудство.

Возможно, это оно и было. Хочу отметить, что я никогда к московской тусовке не принадлежал, поэтому цели свести счеты с конкретными персонажами у меня не было. Целью проекта было воспитать в людях самоиронию. Кажется, нам это удалось. Например, мы активно троллили стилиста Александра Рогова, поначалу он обижался, а потом однажды сказал: «Ребята, да вы же мне рекламу делаете!».

Вы знали изначально, что проект ждет успех?

Нет, по задумке это была история для друзей. Lutowolk быстро стал популярен, потому что в России любят, когда обливают грязью богатых. Наша элита была истреблена в ХХ веке, а те люди, которые сейчас обладают властью, не имеют ни интеллекта, ни вкуса. Получается у народа нет образца для подражания, а сетевые селебритис заполняют эту дыру. Только обидно за народ, у которого условная Виктория Боня стала эталоном жизненных ценностей.

 


«Обидно за народ, у которого условная Виктория Боня стала эталоном жизненных ценностей»


 

В ваш адрес часто поступали угрозы. Не боитесь мести от униженных и оскорбленных?

Угрожали, да, но что бы они сделали? Я давно уже не живу в России. И у меня же не стояло задачи пробиться в определенные московские круги. Как обычно происходит: вот ты знакомишься с редактором Tatler, к примеру, а потом он дает тебе проход на светские мероприятия, где ты можешь поесть и выпить на халяву. Вот так и живет вся тусовка. Сначала ты выпускаешь в Сеть один хороший отзыв на ресторан, чтобы кому-то угодить, а потом подсаживаешься, чтобы дружить со всеми. Сплошное лицемерие. От этого и упал уровень журналистики: кругом проплаченные материалы.

А то, что делали вы, можно считать журналистикой?

Мы всегда позиционировали себя как СМИ, а не как блог. Отсюда и название Lutowolk MAGAzine, которое задавало уровень. Lutowolk стремительно развивался, и, конечно, в определенный момент нужно было переходить на следующий уровень — коммерциализироваться. Нам неоднократно предлагали варианты этого, но мне не хочется от кого-то зависеть. В этом случае придется делать сайт, чтобы на нем висел баннер Nike, который бы нас кормил. А Nike — это говно для телочек, которые покупают его, чтобы делать селфи на пробежке или в фитнес-клубе.

Вы чувствовали, что обладаете властью и влиянием на тусовку?

Наверно, я понимал, что от моих действий что-то меняется, значит, от меня зависят люди. Я бываю в России набегами и однажды в один из редких визитов в Москву зашел в «Симачев». Стою у барной стойки и слышу, как какой-то парень рассказывает выдуманные истории от лица Лютоволка, будто бы это он его создал. Конечно, моему виртуальному альтер эго Аркадию Ротшильду хотелось потешить самолюбие и разоблачить самозванца. Но реальный Евгений Петров сдержал его. И по итогу внутри победил Евгений Петров, который не видит больше смысла обсирать всех этих людей — завсегдатаев «Симачева», чтобы тешить их самолюбие.

Может, вам просто надоело троллить людей?

В какой-то момент стало понятно, что эта идея себя исчерпала. Она стала как минимум неинтересна мне самому. Значит, надо уйти вовремя, придумать что-то новое и оригинальное, а не пинать дохлую лошадь. Недавно была годовщина со дня смерти Высоцкого, крутой он, конечно, был мужик. А если бы он не умер? Наверно, сейчас бы выступал где-то на «Нашествии» и не было бы кумира у миллионов россиян. Я не хочу быть группой Boney M., которая прописалась в России из-за постоянных выступлений на корпоративах. Поэтому решил, что надо закрыть эту главу, ведь след в истории я, судя по всему, уже оставил.

Текст: Наталья Наговицына


  • Автор: Лена
  • Опубликовано:

Наши проекты

Комментарии (0)

Авторизуйтесь
чтобы оставить комментарий.

Читайте также

По теме