Андрей Курпатов: «В эпоху интернета наличие эрудиции — сомнительное достоинство»

Первый публичный психотерапевт в стране, ведущий программы на Первом канале, медиа­менеджер — в прошлом, в настоящем он — вернувшийся в Петербург бизнесмен и основатель интеллектуального кластера «Игры разума», популяризирующего науку и процесс мышления.

Вы сменили несколько профессий, добившись признания в каждой. А кем вы сами себя считаете?

Меня причисляют то к психологам, то к философам, то к бизнесменам, но я всегда занимаюсь одним и тем же — меняются лишь декорации. Я методолог — мне нравится создавать системы и анализировать то, как они работают. Мне интересны механизмы воздействия на реальность, то, как человек думает и решает задачи. Конечно, я знаю, что такое бизнес: я много лет возглавлял крупнейшую на российском рынке компанию по производству медиаконтента «Красный квадрат». Но бизнес — синоним прибыли, а это не моя мотивация, поэтому я не считаю себя бизнесменом. Я просто решаю разные задачи, в том числе и финансовые.

Вам не кажется, что классический образ бизнесмена вообще исчерпал себя? Сначала ему на смену пришли бизнесмены в стиле фанк, затем гики из ИТ-индустрии, может быть, будущее за бизнесменами-психотерапевтами?

Все успешные бизнесмены по натуре своей — психологи, часто с интуитивным, недостаточно проработанным знанием, но предельно чувствующие окружающих. Я не верю в компании, которые делаются одним человеком. Задача лидера — организовать людей с разными взглядами, навыками, психотипами в социальную структуру, которая обеспечит успешность работы. Умение складывать пасьянс из личностей в правильные комбинации — настоящее и будущее бизнеса.

И как этому помогает ваш кластер?

Мне хотелось создать место, где люди, осознающие ценность мышления, могли бы находиться в кругу себе подобных — общаться и осуществлять совместные проекты. Таких людей немного, но когда они объединяются, это, к счастью, не так заметно.

По-настоящему мыслит только определенный процент людей?

Да, это уникальный навык. Ироническое замечание Бернарда Шоу о том, что 2% думают, 3% думают, что они думают, а 95% лучше умрут, чем будут думать, имеет под собой основание. Большинство находится в рамках когнитивных схем, усвоенных в процессе воспитания и профессиональной практики. Они не мыслят, а оперируют шаблонами и автоматизмами. Подлинное мышление умеет ставить под сомнение любую очевидность, преодолевая шоры представлений, навязанных обществом, языком и культурой. Философ Жиль Делез очень метко выразил проблему современности, сказав, что «мир утратил свой стержень», то есть исчезла иерархическая вертикаль устройства общества. В мире, где всем — от Мадонны до президента государства — можно написать в «Твиттер», нет больше пиетета перед авторитетами, обладающими знанием. А без авторитета невозможно обучение. Модальность сегодняшнего мышления — «по моему мнению». Каждый получил право на свое личное мнение, но его индивидуальность — не больше чем иллюзия.


Любой бизнес — синоним прибыли, а это не моя мотивация

Как можно пробудить подлинное мышление?

В эпоху интернета наличие эрудиции — сомнительное достоинство. Задача не в том, чтобы накапливать большое количество знаний, а в том, чтобы найти эффективные способы использовать их. И здесь главное — мыслить критически. Кьеркегор, Ницше, Хайдеггер решали эту проблему путем столкновения с экзистенциальными страхами — например, со страхом смерти. Но сейчас эта стратегия окажется провальной — наша культура утеряла экзистенциальные страхи. Поэтому я предлагаю идти не от «ужасов бытия», а от положительных ощущений — получать удовольствие от мышления, испытывать интерес к непонятному и сложному. В своей системе я называю это «интеллектуальный гедонизм».

Существуют ли особенности национального мышления и можно ли говорить, например, о мышлении русского человека?

В отличие от западных культур, наследующих себя из века в век, мы все и постоянно начинаем с нуля. Петр I, Ленин, перестройка Горбачева — каждый раз это новая социальная матрица, отсутствие работающих институтов. Нужна смекалка, чтобы выживать. От этого мы, возможно, более сообразительны и у нас так ценят мастеров на все руки, способных решить любую задачу. Но  современному миру нужны не Кулибины, а узкие профессионалы.

А есть ли разница в мышлении москвичей и петербуржцев?

Для меня Москва была длительной командировкой, я работал сутками напролет, и мне сложно сказать, как там живут люди. Петербург, мне кажется, привлекает специфической атмосферой, отношением к жизни. Здесь больше ценят личные связи, чем создание «проектов» и реализацию «кейсов». Я вернулся в Петербург.

Вы часто говорите о проблеме отсутствия коммуникаций — что вы имеете под этим в виду?

Сегодня общество переживает процесс атомизации. За нашими мозгами идет охота, мы находимся под чудовищным информационным давлением. А мышление и потребление информации — это два принципиально разных процесса, и они не могут проходить одновременно. В результате мы теряем навык мышления. Это системный процесс, который лишает нас счастья. Ведь что такое счастье? Счастье — это интересное дело и эмпатичные люди, с которыми ты строишь совместные планы на будущее. Без мышления этой задачи не решить.

И что в первую очередь нужно сделать на пути к счастью?

Для начала — выключить телевизор.


Андрей — сын главного психотерапевта Петер­бурга Владимира Ивановича Курпатова, учился в Нахимовском училище, окончил Военно-медицинскую академию. Автор 40 книг по психотерапии, философии, психологии и методологии мышления, совокупный тираж которых — более 5 миллионов экземпляров. В кластере «Игры разума» соседствуют лекторий, ресторанный комплекс «Симпозиум», книжный магазин, бутик-отель, агентство нейромаркетинга и школа детского развития «Сократик».

Текст: Екатерина Петухова

Фото: Валентин Блох

Комментарии (1)
Автор: andrey
Опубликовано:
Люди: Андрей Курпатов
Материал из номера: Март, 194
Смотреть все Скрыть все

Комментарии (1)

Авторизуйтесь
чтобы оставить комментарий.

  • Добродетельный 29 марта, 2017
    В эпоху контрацепции игры разума рекомендаваны не всем. А только понимающим. сколь коварна контрацепция. ведь на ней северокорейские неонацисты иммобилизовали эболу, СПИД , и друкуломатоз

Наши проекты

Читайте также