Ювелирный гид Собака.ru по главным драгоценностям: империал-топазы, рубеллиты-сердца и бриллиантовые котики

Ультимативная женственность, помноженная на грандиозные камни и четкие перспективы

Ювелирный могул Mercury не отвлекается на течения, бурления и всплески переменчивых драгоценных трендов. Вместо этого он сосредоточен на качестве камней и качествах выдающихся женщин, которые их носят. Команда Mercury уже пять лет поддерживает премию Собака.ru «Женщины меняют Петербург», посвященную тем представительницам бизнес-сообщества, кто создает важные социальные или благотворительные проекты. А среди драгоценных материалов фиксируется на золоте и великолепной четверке — бриллиантах, изумрудах, сапфирах, рубинах. Это не просто дело вкуса (и статуса!), а чистая стратегия: новых месторождений не открывают, мировая добыча падает, а значит, драгоценные камни из запасников компании входят в свою прайм-эру. Такой прогноз, безусловно, действует и для 46 бриллиантовых «груш» на серьгах-шандельерах из белого золота из коллекции Classic.

Пухлые пятилистники из самоцветов собственной огранки и кутюрные пис-оф-арт в непринужденном стайлинге

Буквально после каждой Парижской недели высокой ювелирной моды журналы с воодушевлением вписывают драгоценности Pasquale Bruni в разделы редакционных находок и hidden gems. Притом что компании в следующем году исполнится официальные тридцать и она никогда не прерывала работу. Казаться интересным ньюкамером из года в год итальянцам помогают отсутствие агрессивного маркетинга и то, что на их родине зовется sprezzatura. Умение выглядеть блистательно без видимых усилий и управляемая небрежность видны в таких  объектах, как полностью обтянутый черным бархатом литой золотой чокер или объемное колье Rosina из высокой ювелирной коллекции — этот многомиллионный лот из флагманского бутика креативный директор и дочь основателя Эуджения Бруни ничтоже сумняшеся предлагает разобрать на детали и носить как пряжку ремня. От той же идеи по поводу колье с дюжиной овальных изумрудов и чертовой дюжиной «груш» семью Бруни удерживает только его абсолютная царственная монолитность.

Почти музыкальные переливы подвижных золотых клавиш с контрапунктами бриллиантов

Мастер Джулио Феррари трудится в драгоценной индустрии сорок лет, а с 2011-го создает в семейной компании оммажи средневековым флорентийским ремеслам — но на технологическом уровне наших дней (или даже заглядывая в будущее без VR-очков, одним ювелирным чутьем!). Тосканскую вышивку, например, изображает колье Artificio: нанизанный на титановые пружины пластичный воротник из золотых «стежков» с узелками бриллиантов получил премию «Лучшее фэшн-украшение» на главной ювелирной премии Ближнего Востока прошлого года. А в линейке Vito, которую любят сам ювелир, королева Рания и Лили Коллинз, разноразмерные золотые клавиши увенчаны драгоценными камнями с безупречной точностью. Недаром ferri по-итальянски — это металлические инструменты настройщика рояля, ткача, кузнеца, хирурга и огранщика.

Инсайты из бездонных исторических архивов и 13 тысяч украшений из богатого каталога

К своему 105-летию многократно и многокаратно окрепший наследник Московского ювелирного завода все больше углубляется в свои (и наши общие) корни. В Государственном историческом музее до 11 мая выставлены архивные украшения из Особой кладовой и две новые коллекции MIUZ Diamonds по мотивам драгоценностей XVIII–XIX веков. Одна из этих коллекций, под названием «Изобилие», возникла как реплай на декор фрагмента старинного украшения для волос с изображением пшеничного колоса, которым художники MIUZ Diamonds вдохновились, увидев в ГИМ, — и заново воплотили в броши с фактурным золотом, белыми и желтыми бриллиантами. Теперь, после семи тысяч часов работы дизайнеров и закрепщиков, «Изобилие» колосится десятком сверкающих айтемов.

Фасетчатый кутюр с гиперссылками на великих ювелиров и огранщиков от XVII до XXI века

Ювелиры Posié из всех искусств важнейшим для себя выбрали светопись. Сложный рисунок и фактурный объем украшениям регулярных коллекций придает игра бликов бриллиантов очень неожиданных огранок. У юного бренда уже есть собственный патент (а это всеобщий почет и планетарное диво!) на мелкофасетчатую «росу» — такую огранку художники Posié воплотили вместе с дизайнером Михаилом Барышниковым во время работы над первой коллекцией высокого ювелирного искусства «Волшебные сказки» в 2023-м. А похожая на наконечник орудия эпохи неолита «стрела» с ребрами и засечками стала их экспериментом. Еще драгоценности блещут редчайшими «розами» XVII века и «парусами», которые придумали в крошечной ювелирной студии Лос-Анджелеса в миллениум. Последние две огранки, помимо традиционных, оказались на шестикаратной броши-трансформере из коллекции «Веера».

Господа оформители самых весомых (и многогранных!) вкладов в алмазном эквиваленте

Крипта — аут, бриллианты — ин! Эту идею в наших головах посеяла именно «АЛРОСА». Крупнейший мировой алмазодобытчик первым в стране начал внедрять якутские и архангельские энигмы как инструмент инвестиций. Причем не только солитеры без оправы, но и составные украшения с щепетильной и долгой (цвет в цвет, грань к грани, сотая карата к сотой карата!) сборкой. В новейшем бутике бренда на Кутузовском тест на финансовую грамотность предлагает пройти теннисный браслет с усложненным ритмом круглых и ступенчатых бриллиантов общим весом в десять карат, а также свежеоткрытая этуаль — колье из множества прозрачных камней одного веса. Природа не любит повторений, так что найденные и ограненные в двойную «ривьеру» две сотни абсолютно идентичных по характеристикам цвета и чистоты бриллиантов огранок «груша» и «круг» — это 36-каратный джекпот.

Сигнатурные кисточки и капли присоединяются к большому эпосу о тайной (и не очень) силе

Новый креативный директор Даниил Берг устроил модному дому Yana тотальный рефреш по всем направлениям. В их с Яной Расковаловой первой коллекции New Renaissance шифоновые платья подвинул мужской тейлоринг, а на ювелирном поле появилась новая линия прет-а-порте — цельнолитые чешуйчатые серьги, каффы, подвески и кольца Dragon. Вооружившись самодостаточными украшениями без больших драгоценных камней, Яна ведет экспансию новых земель и рынков в духе Дейенерис Бурерожденной. Видимо, это встроенная программа для платиновой блондинки с ручными драконами. Но и тяжелый люкс не забыт! На новом драматичном чокере рубеллит-сердце весом в 27,8 карата прикусывают клычки из белого золота со стекающими каплями тех же камней. А держит этого зверя внушительная цепь с панцирным плетением и почти тысячей бриллиантов.

Пять тысяч редких камней со всей планеты в неэкономных огранках и щедрой присыпке бриллиантов

Петербургская компания за 11 лет стала могучим ювелирным агрегатором и ателье — два в одном. Чтобы обеспечить аппетиты своей клиентель, Parure Atelier нарастила густую сеть поставщиков со всех частей света — обязательно с сертификтами лабораторий GIA, GRS и Gübelin. Драгоценных камней аукционного качества в стоке компании всегда не меньше пяти тысяч, и не потеряться в этом минеральном море помогают соцсети марки. Рилсы в жанрах «Натальной карты» и ласкового АСМР поясняют, что самый благоприятный инвестиционный и фэшн-прогноз на сегодня дают шпинели и империал-топазы, но и неоново-голубые турмалины остаются в вечном топе. Один из них, 45-каратный (да!) турмалин из Мозамбика, ювелиры Parure Atelier приняли за каплю Средиземного моря, а потому встроили его в необычной кабошоновой огранке в кольцо «Скалы в Этрета» — в честь картины Моне, что выставлена в Пушкинском музее.

Личный хантинг основателем Cluev крутых камней и огранщиков – и многокаратный профит

Почти подобравшись к 30-летию (празднуем в 2028-м!), компания снова воплощает в жизнь мем «вот это поворот!». В первый раз такое случилось 12 лет назад, когда Илья Клюев полностью перенес производство из итальянской «золотой столицы» Валенцы в Москву, Смоленск и Архангельск. А теперь бренд возносится от импрессионизма и пуантилизма цветных камней к вечному сиянию чистых бриллиантов. Конечно, рубины, изумруды, сапфиры, турмалины и морганиты остаются дарлингами  Клюева — этими красками были написаны несколько с уперуспешных коллекций. Но якутские бриллианты оттенка талого снега, ограненные инхаус, лучше отвечают свежей идее основателя развивать русский стиль. Один такой камень, десятикаратный «маркиз» с высшей характеристикой цвета internally flawless («внутренне безупречный»), справедливо решили выставлять без рамы — в простой человеческой идеальной огранке с зеркальными сторонами и свечением площадки.

Динамическая механика в жанре ар-деко с камнями экстрахарактеристик и сотнями (ну да!) бриллиантов

Жених, который смог: 30 лет назад юный Александр Чамовских не нашел подходящего помолвочного кольца для своей девушки и решил (с камнем правильного сватовского размера!) сделать к нему эскиз сам. А выполнявший заказ ювелир по-отечески посоветовал не останавливаться — в рисовании, а не в помолвке. Подход рекомендуем: и брак, и бренд Chamovskikh с тех пор процветают. Все циклы — от 3D-моделирования до закрепки — Александр замкнул в Екатеринбурге. Кто не верит в это ремесленное чудо, может сам прийти на производство, которое несколько лет как значится в списке промышленных туристических маршрутов. Город камнерезов снабжает компанию сотрудниками уже с третьего курса профколледжей и горных институтов, а ее основатель председательствует в Гильдии ювелиров Урала и распыляет по музеям (Алмазный фонд, Особая кладовая Петергофа!) сверкающие вау. Правда, не все из них могут показать себя в статике — в некоторых моделях Chamovskikh запрограммировано до шести вариантов трансформаций, включая регулировку угла наклона серег или наращивание длины колье. Серьги NeoCity с сапфирами весом почти в четыре карата не меняют форму, но наследуют бионическим принципам из фантастики начала XX века — к двум мерцающим аммонитам приросли сразу 476 бриллиантов.

Камни-крупномеры Feliksov Diamonds — идеальный мэтч для Марго Робби и ее латексного платья в «Грозовом перевале»

Миллионная — только так могла называться улица, на которой Алексей Феликсов, запустив бутики в Москве и в Дубае, открыл кастом-ателье Feliksov Diamonds, ведь более подходящей по названию улицы для миллиардера и совладельца мегасети «585 Золотой» в Петербурге и не нашлось бы. В окнах — вид на атлантов Нового Эрмитажа, в витринах — собственная Золотая кладовая: для мультикаратных шедевров именного бренда Алина, жена Алексея, везет в Петербург самые редкие камни с мировых выставок. Многокаратники в густом вихре бриллиантов — вот стиль, которого справедливо придерживаются Феликсовы: все это очень идет и другу ювелирного дома, прима-балерине Театра Эйфмана, красавице Марии Абашовой, и тем, для кого в кастом-ателье выполняют частные заказы (и тогда бриллианты и прочие смарагды приобретают дофаминовые размеры!). Так что да, учитывая дофаминовый дресс-код, изобретенный для Марго Робби в «Грозовом перевале», антуанеттовские серьги Feliksov Diamonds с лондон-топазами уверенно прошли бы кастинг в главную мелодраму года. Эти сердца весят 14 карат, банты (главный стайл-трик весны по версии Джонатана Андерсона в Dior) завязаны из 136 бриллиантов, а вайб Марии Антуанетты — это годная инвестиция (проверено: самые желанные — и многомиллионные! — лоты на аукционе Sotheby’s).

Ювелир-оркестр и его сокровищница уникальных (во всех смыслах ценных!) минералов

Самый неленивый золотых дел мастер в мире, Максим Демидов проводит личный чекап каждому украшению перед финальной маркировкой, а еще вместе с командой придумывает поэтичные названия всем девяти тысячам объектов в сверкающем каталоге бренда. Фантазии есть где разгуляться — в драгоценностях уральского ювелирного дома солируют артисты сверхредких амплуа. Например, застывший радугой аммолит (окаменелый фрагмент раковины древнего моллюска), разбеленный розовый данбурит или похожий на постер к «Сумеркам» редчайший дюмортьерит. Геолог, геммолог и коллекционер, Максим Васильевич уважает самоцветы и при первой возможности сам мчит на новые месторождения, чтобы отыскать очередное чудо природы и встроить его в украшение по авторскому эскизу, как 56-каратный морганит — в лапки двух бриллиантовых котиков.

Имперский фэшн и трогательные флэшбеки из детства в одном драгоценном сплаве

Честные 114 лет бренд отмеряет с момента николаевского указа об учреждении общества «Русские самоцветы» на базе гранильной фабрики. А мог бы отмечать все 305, ведя отсчет от основания последней (и что вы ему сделаете?). Но RS 1912 — за историческую справедливость. Поэтому переносит наработки Фаберже в эпоху прадакора аккуратно и со всем почтением: в основных коллекциях бренда есть эталонная гильошированная эмаль, подстаканники из серебряной филиграни, яйца-подвески и яйца-шкатулки. А жанры далеких эпох высокоювелирное направление RS Imperial Jewellery House на изи интегрирует в драгоценную повестку — 2026: барочные завитки облепляют булавки для драпировок одежды, лучи сапфиров возносят на новый уровень серьги-хупы, склаважи превращаются в чокеры, а эгреты (старинные броши-заколки на ленту для волос или ободок, как у Елизаветы Петровны) — в универсальный пин c бриллиантами и и зумрудом почти в три карата из коллекции Grass, похожий на те колечки и короны, которые все мы в детстве плели из травинок лугового мятлика.

Канал «Культура» с трек-листом начала XX века — русские коды, благородное серебро, жемчуг и эмаль

Говорим Russkaya Skazka — визуализируем балы с юнкерами, маскарадом и кадрилью. И правильно делаем: только за 2025-й бренд Петра Аксенова успел устроить (не считая камерных клиентских встреч у рояля) благотворительный пасхальный концерт в Этнографическом музее, летний прием в усадьбе Кусково, елку в доме Пашкова с поддержкой библиотечного фонда Ленинки и рождественский вечер в Юсуповском дворце. Для музея на Мойке ювелирный дом воссоздал копию утерянной венчальной тиары Cartier Ирины Юсуповой. И заодно для всех нас — десятки тиар разных форм и мотивов (верим, что когда-нибудь найдется повод!). Среди греческих, резных, с колосьями, с камеями, с норковой опушкой, с перьями цапли больше всех завораживает «Царевна Лебедь», где две орошенные топазами птицы передают друг другу каплю жемчуга.

Ну, легенда — свой 21-й год ювелирный дом православных украшений встречает в статусе абсолютного визионера

Художник Владимир Михайлов и коллекционер искусства Михаил Сасонко, спродюсировавший чудо-бренд, начали работать с великими русскими кодами задолго до Ульяны Сергеенко и Гоши Рубчинского. Было: камнерез из Боровичей возродил утраченную технику мелкой пластики родом из древнего Новгорода. Стало: изделия «Владимир Михайлов» носят митрополиты, королевы, путешественник Федор Конюхов и выставляют в Новой Третьяковке. Каждые два месяца Владимир Анатольевич привозит в Петербург с родной Новгородчины новейшие эскизы и прототипы своих работ: это могут быть минималкор-кресты и нательные иконы, а могут — как это кольцо «Знамение» — почти музейные экспонаты с византийским вайбом. В центре перстня-креста — золотая икона Пресвятой Богородицы с Младенцем, укрытая прозрачным цитрином в окружении круглых бриллиантов. По ободу — слова молитв. И редкий случай — этот айтем кастомизируют по вашему запросу: выбирайте самоцвет в сердцевине кольца и образ святого, и ювелиры специально для вас выполнят барельеф-миниатюру с изображением святой Ксении Петербургской, святой Матроны Московской или покровителя вашей профессии.

Жюль-верновская механика в густой инкрустации цветных камней, белых и черных бриллиантов

Есть два способа убедиться, что у ювелира хороший вкус и привычки эрудита, — посмотреть на его творения в 3D и на список мероприятий, в которых участвует марка. У петербуржца Владислава Багиряна уже девять лет полный мэтч по обоим пунктам: среди партнеров компании значатся «Что? Где? Когда?» и губернаторский кубок по конкуру, а аристократические забавы поддерживают украшения с плавными формами, затейливой механикой и деликатным, как у Taittinger, перляжем бриллиантов. Там же, где бриллианты уступают место другим драгоценным камням, происходит диалог с ювелирным ИИ. Объясняем его работу на пальцах: золотая пружина с эффектом памяти держит на своем «скелете» двойное всевидящие око из изумрудов — и накрепко (ровно до следующего запроса!) фиксирует нужный размер кольца Resorte.

Suzanne Code

Блеск и чистота: рожденные идеальными LGD-бриллианты в невидимой закрепке и экзофигурах

Соосновательница сети салонов Privé7 Сузанна Войт в красоте разбирается по дефолту. Но чтобы сгенерировать ювелирный сайд-проект, ответственно отправилась в МГУ изучать геммологию. Потом освоила европейские, китайские и российские установки для выращивания лабораторных бриллиантов (и уже планирует обустроить собственную). Доля предметов с натуральными камнями, в том числе сапфирами, рубинами и изумрудами у Suzanne Code сегодня всего 5 %, а драгметаллы Сузанна вообще стремится увести в ноль, исключив толстые оправы и съедающие блеск крапаны. Сверкающие «лабы» с характеристиками цвета не ниже G ювелиры бренда часто нанизывают на тонкую нить бриолетами или розами, создавая кольчуги, воротники и даже перчатки с плотным драгоценным плетением. А с более явным присутствием золота получаются украшения, похожие на сладкий сон палеонтолога — как, например, браслет из коллекции Firebird.

Ichien

Туф, горный хрусталь, драгоценные камни, многоуважаемая фауна и полный дзен

Художника (в МГАХИ им. Сурикова учился на живописца!) Мгера Карапетяна даже мама уже много лет зовет Ичиеном — это имя он получил от тайваньского дзен-мастера двадцать лет назад во время трипа в Азию. Первые восковки он начал делать еще там, а вернувшись в Москву, основал ювелирное ателье, где отлил главные буддистские принципы из золота без малейших нравоучений. Допустим, изменчивость реальности наглядно демонстрируют медузы из резного опала и брошь-обманка с выглядывающим из тени снежным барсом. А про карму есть что сказать кольцу «Снегири» с опаленными крыльями из бриллиантов, сапфиров и топазов — крупное, но невесомое украшение недавно украли прямо из дома владелицы прототипа в Барселоне. А могли бы и из Лувра, где этому объекту haute joaillerie самое место!

Natasha Libelle

Уральский солид-бренд с автохтонными минералами, тотемной стрекозой и даже фирменным коктейлем (брют с фиалковым сиропом!)

Из-за синих гор, да высоких гор в ювелирные чарты Петербурга врывается компания, которую, на четверть века предвосхитив хот-тренд на все русское, успешно развивает геммолог Наталья Шумакова. Самоцветы были ее первыми игрушками: родители-геологи возили Наталью в разведывательные экспедиции месторождений, Горный институт разложил знания о камнях по полочкам, а работа в ювелирном ателье брата научила с ними обращаться. Теперь вещи Natasha Libelle получают ПМЖ на важных экспозициях — к 145-летию дня памяти Бажова в Екатеринбургском музее изобразительных искусств осел малахитовый (разумеется!) гарнитур «Горная царевна» из коллекции «Кружевные сказы». Другие украшения тоже флексят своей пропиской — квадратуру круга в сложной раскладке бриллиантов показывают демантоиды, они же «алмазоподобные» уральские самоцветы, которыми сразу после их открытия в конце XIX века увлекся весь мир, и особенно Tiffany & Co.

Maya Gemstones

Три угла, 28 граней и стремящееся к бесконечности число идей о том, как встроить камни Maya cut в драгоценный кэжуал

Крестная мать двух «дочек» Ginza — кейтеринговой службы бортового питания и агентства, организующего любое событие в любой точке мира, — Ольга Пекаревская кое-что понимает про турбулентность. Но и чувство полета ей, очевидно, не чужое. Поэтому все восемь коллекций личного бренда, который она основала в 2018-м после переезда в Лондон, либо устремляются ввысь (как Cosmic и Odyssey с ракетами и кольцами астероидов), либо заземляют и успокаивают в трудные времена (как Tres с формами буддийских молитвенных барабанов и снятая после пандемии Zigzag с бриллиантовой кардиограммой на пальце). Но база есть база — и Maya Gemstones стоит не на трех китах, а на трех углах: патентованная огранка Maya cut связывает все линейки воедино, а иногда солирует первоцветом-родолитом на разомкнутом кольце Lilibet из белого золота.

Cassiopea

Герменевтика, космонавтика, тайнопись бриллиантовыми точками, камни острием вверх — и полетели!

Новый бренд вырос из холдинга Galaxy Family, объединившего федеральную сеть ювелирных ломбардов «Сияй» и одноименный благотворительный фонд, который поддерживает талантливых школьников в спорте и искусстве. Идеологию апсайкла и добрых дел владельцы умножили в прошлом году на устремления в космос. Название отсылает к не заходящему на всей территории России созвездию Кассиопеи, а в драгметаллах застывают планеты, кометы и ракеты — во всяком случае, кольцо «Роза» с перевернутым павильоном вверх голубым цирконом максимально похоже на капсулу третьей ступени. Художники Cassiopea подвергли деконструкции и другие столпы ювелирпрома — кресты, подвески-буквы и зодиакальные кулоны у них выглядят как сложная астродинамическая механика с драгоценными камнями на осях.