Это вау: «Фабрике» в этом году исполняется шестнадцать лет! Декоратор и совладелица галереи интерьера Наталья Мартынова вспомнила, с чего началась история проекта, отправилась в Москву на международную выставку ARTDOM и позвала на разговор Стефано Селетти – дизайнера и основателя одного из самых креативных брендов Seletti (с новой русской коллекцией из серии Hybrid!). Как все это связано между собой? Объясняем в большом эксклюзивном интервью – специально для Собака.ru.
«Я не думаю, что дизайн должен кого-то воспитывать. Он должен просто вызывать реакцию»
Стефано, хочу начать с честного признания: я не профессиональный журналист – я профессиональный фанат Seletti. Наша галерея интерьера «Фабрика» открылась шестнадцать лет назад, и самым первым заказом, который мы выполнили, стали как раз предметы от Seletti. Это была любовь! И с тех пор мы не расставались.
Знаю, ты отвечал на этот вопрос миллион раз, но для России это первое большое интервью. И я хочу, чтобы наши читатели услышали эту историю от тебя лично. С чего все началось?
В юности я часто путешествовал вместе с отцом. Он занимался импортом – очень практичным бизнесом. Совсем молодым я ездил в Азию: рынки, фабрики, склады… И, если честно, я тогда не увлекался дизайном – просто смотрел на вещи. В какой-то момент понял, что мне интереснее выбирать предметы, чем продавать их.
Есть ли у Seletti глобальная миссия? Ваша компания чувствует, что вы делаете мир лучше или для вас это слишком громкое заявление?
Признаюсь, я немного пугаюсь этого слова. Мы не спасаем мир, мы создаем предметы. Но эти предметы как раз и остаются в домах людей на долгие годы. Если одна вещь способна изменить настроение человека утром, этого уже достаточно. Я не думаю, что дизайн должен кого-то воспитывать. Он должен просто вызывать реакцию.
Ты был в Москве примерно десять лет назад. Какие впечатления увез тогда? Что ощущается иначе в этот раз?
В первый приезд я ожидал от Москвы чего-то очень жесткого и монументального. А вместо этого встретился с очень трепетным отношением к интерьеру и предметам.
В этот раз чувствую меньше интереса к трендам и больше – к смыслам. Во многих западных странах люди меняют вещи очень быстро, а здесь, как мне кажется, они хотят выстраивать вокруг себя среду, а не просто украшать пространства. Москва кажется мне живой: она интенсивная, быстрая, но при этом очень культурная.
«Этот проект не про случайное смешение стилей: он нацелен на то, чтобы показать, как культуры естественным образом накладываются друг на друга»
Главное событие вашего визита в Москву – запуск русской коллекции серии Hybrid. Какие русские коды, орнаменты или визуальные отсылки вдохновили вас на это? Вы изучали историю каждого узора или это был чисто визуальный мэтч?
Мы тесно работали со студией CTRLZak и вместе пришли к тому выводу, что Россия исторически всегда была местом встречи разных народов. Особенно это заметно по Кавказу, где русский мир долгое время соприкасался с культурами, пришедшими из Малой Азии – ныне Турции, Кипра и Сирии. В советский период это сосуществование стало еще заметнее – не только в вопросах политики, но в плане визуала. Мы видим общие отсылки и похожие детали в декоре (даже если они происходят из совершенно разных культур!).
Для коллекции мы выбрали узнаваемый русский узор – хохломскую роспись – и поставили ее в диалог с изникской керамикой. Сам изник – уже синтез: эти узоры долгое время путешествовали из Персии через Османский мир, а затем разошлись по множеству других стран. Так что этот проект не про случайное смешение стилей: он нацелен на то, чтобы показать, как культуры естественным образом накладываются друг на друга.
Даже названия предметов работают на эту идею: каждый назван в честь города, где сосуществование разных культур было формально закреплено мирным договором. Это отсылка к мысли о том, что предметы могут содержать в себе разные идентичности – без каких-либо конфликтов.
Какой предмет из новой коллекции твой личный фаворит?
Тарелки Pruth и Niemieza! Обычно это именно те предметы, в которых я сомневаюсь в самом начале! Если мне сразу нравится тот или иной предмет, он, скорее всего, слишком нормальный. Самыми интересными оказываются те, которые сперва сбивают тебя с толку, а только потом ты начинаешь их понимать.
Сегодня в мире ощутима волна «культурной отмены» всего русского. На этом фоне запуск русской коллекции Hybrid выглядит смело, даже неожиданно. Это осознанное высказывание? Способ показать, что дизайн и культура выше политики? Или для вас таких барьеров просто не существует – вы делаете то, что чувствуете, независимо от контекста?
Я не думаю, что у предметов есть национальность. Политика разделяет людей, а культура обычно, наоборот, их объединяет. Если дизайн будет следовать политическим границам, он превратится в пропаганду, а мне это не интересно. Мы не делали русскую коллекцию, чтобы о чем-то заявить: мы выпустили ее потому, что любопытство не должно останавливаться! Чтобы спастись, нам нужно объединяться – и мы пытаемся делать это через Hybrid.
Если бы ты мог посотрудничать с любым русским художником – живым или ушедшим – кого бы выбрал и почему?
Это опасный вопрос: очень легко сказать что-то «умное», и это прозвучит фальшиво. Но если нужно выбрать одно имя, то я бы выделил Казимира Малевича. Он был радикален (во всех смыслах этого слова!), не украшал реальность, а пытался изменить правила. А еще это один из тех авторов, которые до сих пор актуальны.
Следишь ли ты за тем, как искусственный интеллект заходит в креативные индустрии? Можешь ли подпустить ИИ к созданию новых продуктов? Или для тебя важнее сохранить в дизайне «человеческое тепло»?
Да, я наблюдаю за развитием искусственного интеллекта: он везде, его нельзя игнорировать. ИИ – это инструмент, как камера или карандаш. И, конечно, мы используем его на некоторых этапах нашей работы. Но я не хочу, чтобы искусственный интеллект заменял идею. Реальный риск кроется в том, что люди начнут лениться (в самой технологии ничего плохого нет!). Предметам все еще нужен человеческий взгляд.
У Seletti потрясающее чутье на грань между «вау» и «вау, это уже слишком». Как вы ее чувствуете? Есть ли внутри компании какое-то «стоп-слово»?
Никакого «стоп-слова» у нас нет. Иногда мы переходим эту грань. Бывает, что создаем предметы из категории «слишком» – и меня это устраивает! Если все сбалансировано, все автоматически становится нормальным. Моя мама, например, ненавидит все, что я делаю!
«Маленький город удерживает связь с простыми людьми и обычными домами, в которых и живут предметы»
Seletti выросла из маленькой семейной компании и стала мировым брендом. Насколько за эти годы изменился ваш подход к управлению? Вы стали более «корпоративными»? Или удалось сохранить спонтанность и творческую дерзость, с которых все начиналось?
Да, компания выросла, и, конечно, ей стала необходима структура. Но я стараюсь защищать и иррациональную часть! Компания естественным образом становится эффективнее, а креативность – хрупче. И вот моя работа как раз состоит в том, чтобы защитить эту хрупкую часть. Если все становится идеальным, оно становится предсказуемым.
Сейчас у тебя две дочери. Хотел бы ты, чтобы они продолжили твое дело?
Думаю, если они когда-нибудь и придут в Seletti, они должны сделать это извне – со своим личным опытом. Семейный бизнес должен быть местом, которое ты выбираешь осознанно, а не по умолчанию. Но я бы хотел, чтобы они занимались тем, чем хотят. Передо мной не стоит цели превратить их жизнь в некий бизнес-план.
Ты чувствуешь себя в большей степени гражданином мира или итальянцем до мозга костей? И что для тебя значит быть итальянцем в контексте глобального дизайна?
В Италии даже в самых обычных вещах присутствует внимание к эстетике. Дизайн смешивает элитарную и массовую культуру – и я стараюсь сохранять этот микс. И еще быть итальянцем – это значит учиться импровизировать. Зачастую это очень полезно в дизайне.
В одном из старых интервью ты говорил, что, приезжая в Милан, иногда останавливаетесь в хостелах, хотя легко мог бы выбрать пятизвездочные отели. Сейчас, когда компания выросла, твои привычки изменились? Что для тебя настоящая роскошь?
Для меня роскошь – это свобода. Время, а не цена. Иногда пятизвездочный отель изолирует тебя сильнее, чем самое простое место. Мне по-прежнему нравятся такие локации: там мне удается наблюдать за окружающими людьми и обретать новые знакомства.
Ты продолжаешь жить с семьей в маленьком городке, в ста двадцати семи километрах от Милана. Почему? Это сознательное решение оставаться ближе к корням? Способ не стать снобом? Или просто любовь к тишине?
Потому что именно там – настоящая жизнь. Если бы я жил только в аэропортах и на ярмарках, то разрабатывал бы дизайн для дизайнеров. Маленький город удерживает связь с простыми людьми и обычными домами, в которых и живут предметы. И да, для меня важна тишина.
Когда смотришь на продукты Seletti, видишь в них бунт, провокацию, дерзость. Но ты производишь впечатление спокойного и уравновешенного человека. Признавайся, внутри тебя живет бунтарь, и ты выпускаешь его наружу через предметы?
В жизни я не бунтарь. Я любопытный человек. И это любопытство иногда рождает провокацию. Я не пытаюсь шокировать, скорее, стараюсь слегка нарушать привычный ход вещей.
Ты когда-нибудь делал в жизни что-то по-настоящему безумное или безрассудное?
Построить дизайн-компанию, не будучи дизайнером, уже немного безрассудно. А еще я слишком часто говорил «Да». За всю историю бренда мы создавали множество вещей без всяких гарантий, опираясь на интуицию. Иногда это срабатывало, иногда – нет, но по крайней мере это давало жизнь нашему делу.
Ты часто говоришь, что ты не дизайнер, а человек, который работает с эмоциями. Какая эмоция в мире сегодня самая дефицитная?
Наверное, удивление. Сейчас мы реагируем на все мгновенно, а удивлению нужна пауза. Мне нравятся предметы, которые заставляют на секунду остановиться, а после – посмотреть на них еще раз.
Что для тебя абсолютное счастье?
Очень простые вещи: ужин с друзьями или семьей и путешествия без расписания.
Текст: Наталья Мартынова
Фото: Артем Голяков
Перевод: Вера Стеценко
Комментарии (0)