Он знает, как превратить творческую авантюру в прецедент, открыть галерею без крыши и сделать ее мегасобытием в мире уличного искусства. Его «Окраина» в этом году празднует пятилетие, и цифры говорят сами за себя: 100 художников, 13 городов и более 120 работ. Но важнее другое — художник, основатель проекта «Аксометрия ЛАБ» и исследователь Антон Валиев (он же Арт Абстрактов!) поменял саму оптику, через которую город смотрит на собственную периферию. И пока его проект пересобирает ландшафт самарской «стошки», сам он выставляется в Европе — это и делает его неожиданным героем местной арт-сцены.
«Искусство — это сны наяву: художник, как никто другой, любит жизнь и продолжает заниматься творчеством, чтобы его сны увидели все»
В одном из интервью Собака.ru упоминается, что ты родился в Куйбышеве и считаешь, что появился в одной стране, а живешь в другой. Что поменялось в Самаре за эти годы, а что осталось неизменным?
Волжский вайб и гедонизм неизменны — я многое повидал в путешествиях по миру и с каждой поездкой все больше влюбляюсь в нашу природу, горжусь родными местами — волжанин внутри меня будет жить всегда.
Ты закончил Самарский университет путей сообщения. Как вышло, что инженерное образование стало фундаментом для уличного художника?
Да, я получил и среднее, и высшее техническое образование, но карьеру в железнодорожных структурах строить не стал, потому что с детства любил рисовать — мне хотелось проявляться творчески. И все же инженерия оставила на мне свой отпечаток — применяю полученные навыки в работе и всячески экспериментирую.
Галерея «Окраина» открылась 30 сентября 2023 года — это три зала на 116-м километре, в промзоне. Почему именно там? Что такого есть на окраине, чего нет в центре?
Проект галереи уличного искусства «Окраина» начал свой путь еще в 2021 году и первые два года вел деятельность под грифом секретности — даже жители соседних домов были не в курсе происходящего. За это время здесь сформировалось два зала, а к торжественному открытию и запуску в 2023 году посетителям было представлено уже три.
В этом году галерея отмечает свой первый юбилей — пять лет (и пять залов!). В общей экспозиции расположено более 120 стрит-арт-произведений от 100 авторов, как из Самары и области, так и из других регионов страны. Масштабы «Окраины» продолжают расти и поглощать гаражные массивы «стошки» один за другим, формируясь в единое творческое пространство, которое не имеет аналогов в нашей стране. Я вырос на «стошке» и считаю важным развивать культурное наследие своего района.
Как дальше будет развиваться галерея «Окраина»? Планируешь ли ты открытие новых залов?
Безусловно! Шестой и седьмой залы еще никем не покорены — я продолжаю искать таланты и приглашать новых художников к участию в проекте. Уже есть идея и для восьмого зала — это включение гаражного сектора в работу и создание масштабных муралов. Для ее воплощения нам нужна будет колоссальная поддержка — техническая и финансовая. А еще — и это важно! — человеческие ресурсы.
Ты вложил свои средства в проект «Окраина». Сегодня он окупается? Или эта история чисто про искусство, и ты не планировал, что галерея будет приносить деньги?
В самом начале проекта я даже не думал о финансовом успехе — основной целью была поддержка начинающих локальных художников. Также стояла задача показать социальную значимость стрит-арта, поэтому меня можно считать не только художником и куратором, но еще и меценатом в области современного уличного искусства.
Художники, как правило, создают свои работы, чтобы оставить что-то в вечности. В интервью «Кому на Волге» ты говорил, что стрит-арт недолговечен, и уличный художник должен привыкнуть к тому, что его работу могут испортить. Что в таком случае движет уличными художниками? Желание высказаться?
Скажу так: искусство — это сны наяву: художник, как никто другой, любит жизнь и продолжает заниматься творчеством, чтобы его сны увидели все. Творец жив, пока продолжает создавать, а художник вечен, пока его творчество обсуждают и покупают.
Продается ли вообще стрит-арт? Его можно выставлять на аукционах?
Продается даже воздух! Если захотеть, на аукционы можно выставлять вырезанные бетонные стены со стрит-артом, можно продавать элитное жилье с рисунками на стенах в апартаментах — такие кейсы есть в истории. Если говорить о работах «Окраины» — можно купить гараж с понравившимся артом. Конечно, в теории, андеграунд и манифесты — это одна сторона творчества уличного художника, другая — это коммерциализация и институализация стрит-арта. Большинство стрит-артистов создают и студийные работы, применяя уличную технику и материалы на арт-объектах — переносят картины на полотно или текстиль. Такое искусство более доступно для приобретения.
Ты участвовал в арт-шоу Pre-Basel Colour Senses в Майами, работал в Азии и Голландии. Что объединяет условного художника из Самары и из Голландии? А что в них разного?
Искусство везде говорит на одном языке, просто с разной интонацией, и она задается не только эстетикой — есть еще и система, и законы, и традиции, и ожидания общества, и возможности, которые дает среда. В разных культурных контекстах — разные правила игры, но искусство непоколебимо держится на двух опорах — трудолюбии и искренности.
«Зрителя всегда нужно удивлять, а художнику — давать возможность попробовать новый формат, чтобы гульнуть кистями пошире»
Ты основал «Аксометрию ЛАБ». Что это — сообщество, бренд, философия? И зачем художнику объединять других художников? Кто с тобой в команде?
В 2007 году я основал граффити-команду «АКС» («Ацетон Кожу Сушит»), со временем группа начала трансформироваться, мы сохранили первые три буквы в названии и сегодня «Аксометрия ЛАБ» (Aksometry LAB) — это творческое объединение, которое состоит из художников Самары и других городов, преимущественно с уличным бэкграундом. Нас всех объединяет неутолимая жажда создавать что-то новое, экспериментировать и искать свой стиль как в студийном, так и в уличном форматах. Этим мы и выделяемся на общей арт-сцене Самары и за ее пределами — каждый участник «Аксометрии ЛАБ» получил свою долю медийности и признание.
У нас в «Аксометрии ЛАБ» многочисленный коллектив, хочется упомянуть всех! Алексей Батькович (фотография, графика), Андрей Брауде (живопись, арт-объекты), Вовас Крутас (графика), Ваня БВ (живопись, графика, арт-объекты), Екатерина Оленина (фотография, графика, арт-объекты, текстиль), Екатерина Скворцова (графика, диджитал-арт), Кирилл Зырянов (живопись, графика, арт-объекты, диджитал-арт), Наташа Валиева (графика, арт-объекты, диджитал-арт), NGC_1797 (живопись, графика, арт-объекты, диджитал-арт) — это все самарские ребята. А Санкт-Петербург представляют Alex. Voploty (графика, арт-объекты, диджитал-арт), Рома UOFX (графика, дудл-арт, керамика).
В 2025 году «Аксометрия лаб» совместно с Самарским художественным музеем организовала выставку «Все ботинки в краске», а лично ты курировал несколько выставок в «ЗИМ Галерее». Получается, что ты с «улицы» возвращаешься в культинституцию? Это было запланировано или просто так сложилось?
Для меня улицы — это отправная точка в работе над собой и своим именем: они сформировали во мне смелость, решительность, умение работать с большими масштабами, скорость — без этого я бы не нашел себя. Благодаря своим первым стрит-артам я получил признание, а сегодня мое увлечение переросло в дело, которое приносит еще и доход.
«Все ботинки в краске» в Самарском художественном музее — это продолжение проекта «НеКлише», который в 2019 году стал первой в истории музея выставкой современного уличного искусства (за это огромная благодарность Алле Леонидовне Шахматовой!), задействовав под экспозицию пространство музея и внутренний дворик, где были созданы стрит-арт-работы.
В 2025 году проект вырос и занял уже два зала музея — мы показали творчество не только локальных авторов, но и художников из Нижнего Новгорода, Москвы, Пензы и Бангкока. Выставка имела большой успех — людям действительно интересно современное искусство, в том числе и стрит-арт.
С чем, на твой взгляд, связан тренд на то, что уличное искусство заходит в галереи и музеи? Как ты думаешь, возможен ли обратный вариант, когда классическое искусство мы будем видеть не только в выставочных залах, но и на улицах? Как, например, работу художницы Яны Арбузовой, которая есть в галерее «Окраина».
Сегодня улицы становятся музеями, музеи — улицами. И уличные, и классические художники смело работают с актуальными темами и инфоповодами, и это сохраняет пристальное внимание коллекционеров и аукционных домов к их произведениям. Я предложил Яне Арбузовой нарисовать что-то для «Окраины», потому что, на мой взгляд, это свежо — зрителя всегда нужно удивлять, а художнику — давать возможность попробовать новый формат, чтобы гульнуть кистями пошире.
Выставку «Субстанция» в «ЗИМ Галерее», куратором которой ты являлся, анонсировали как «искусство без пояснений и скрытых слоев». Почему концептуалист, который десять лет вкладывал смыслы в свои текстовые работы, вдруг убирает пояснения?
Иногда громоздкий текст никому не интересен, он может оттолкнуть зрителя или ввести в другой контекст — именно поэтому мы не стали давать пояснений к первой персональной выставке Кирилла Зырянова, и считаю, что она удалась — все было в ажуре.
Можно ли сказать, что коллаборация «Аксометрии ЛАБ» с Самарским художественным музеем и «ЗИМ Галереей» про то, что стрит-арт окончательно перестал быть «вандализмом» и стал легитимным искусством?
Первая попытка признать права граффити-райтеров и интегрировать их работы в официальное выставочное пространство была предпринята в Нью-Йорке в 1973 году, и арт-критики встретили ее восторженными рецензиями. А первая выставка граффити как самостоятельного изобразительного искусства состоялась в 1979 году в Риме, и это событие стало важным шагом в признании уличного искусства. И хотя теоретики долгое время не рассматривали стрит-арт как полноправную составляющую современного мира искусств, в начале 80-х в Нью-Йорке при поддержке Энди Уорхола стрит-арт художники Жан-Мишель Баския и Кит Харинг начали выставлять свои работы в галереях.
«Я человек-институция»
В 2026 году ты все еще считаешь себя в первую очередь художником или уже больше продюсером, куратором и предпринимателем?
В современных реалиях художнику недостаточно просто создавать — он должен быть многофункциональным (как швейцарский нож!) и сочетать в себе менеджерские, кураторские, бухгалтерские и блогерские функции — такова эпоха цифрового контента. Так что я человек-институция. Художник во мне, конечно, преобладает, но коммерческая деятельность в области искусства и дизайна сегодня для меня основная ветка.
В интервью Собака.ru ты говорил, что «нужно давать зеленый свет искусству». Если бы ты мог одним решением изменить культурную политику в Самаре — что бы это было?
Я выделял бы больше финансирования на культурную составляющую города: свободные мастерские для творчества, льготы и квоты в социальной сфере для художников.
Какой комплимент твоей работе запомнился тебе больше всего? И насколько важно для тебя получать обратную связь от зрителя?
Из последнего — про экспозицию «Все ботинки в краске» в Самарском художественном музее многие посетители говорили, что подобного рода масштабные выставки современного искусства сопоставимы со столичным уровнем и удивлялись — как мне это удается в Самаре? Люди восхищаются, благодарят, следят за моим творчеством, и все это, безусловно, подогревает мою деятельность.
Каким главным достижением из своей профессиональной жизни за последний год ты гордишься больше всего?
В этом году 20 лет моей художественной деятельности, и я стал членом Союза дизайнеров России и Союза художников (чем сильно порадовал маму!) — для меня это маленький шажок от того, кем я начинал.
Чего ждать Самаре от Арт Абстрактова и «Аксометрии ЛАБ» в следующем году?
Я и сам боюсь от себя чего-то ожидать — лучше делать. Но, думаю, что будут проекты в других городах, где я смогу представлять наш город. В планах также продолжать сотрудничество с «ЗИМ Галереей».
Текст: Ирина Никифорова
Фото: Максим Монахов
Комментарии (0)