Целых 13 лет назад общественный деятель Юлия Копылова осознала простую истину: старая куртка может кому-то пригодиться (и даже спасти чью-то жизнь!). Социально-экологический проект «БлагоДарю» только за прошлый год обеспечил одеждой почти 8500 человек: причем благополучателями становятся жители не только города, но и сельских районов. С чего все началось? Почему решили заниматься именно одеждой? Какой путь проходит вещь после того, как ее опустили в контейнер? И что в людях сильнее: желание помочь или почувствовать себя хорошими? Откровенно и честно — для Собака.ru.
«У каждой вещи обязательно должен быть шанс на вторую жизнь»
Как появилась идея проекта «БлагоДарю?» Это было, скорее, эмоциональное решение или ответ на конкретную проблему?
Кто бы мог подумать, что куча мусора под окнами может стать началом большого экологического пути! Мы переехали жить на Сухую Самарку в 2010 году. Как сейчас помню: весна, десятый этаж, вид на Татьянку. По реке плавает пластик, в оврагах — горы бутылок. Очей разочарование… Даже новоселье пришлось отменить. Вместо праздника решили с друзьями устроить уборку, расклеили объявления, чтобы собрать побольше людей. Нам пришли на помощь 111 человек, и это был успех! Тогда мы поняли, что найти единомышленников не так уж и сложно. Как говорится, было бы желание. Сразу возникла идея заняться экопросвещением. Так и появилась организация «Свежий ветер».
Пять лет мы решали проблемы, связанные с благоустройством, и продолжали искать себя. Переломный момент случился во время очередной уборки. На одной из свалок я увидела детскую куртку, причем очень хорошую, почти новую. Такую, которую ребенок вполне мог бы носить еще несколько сезонов. Тогда я задумалась о том, что у каждой вещи обязательно должен быть шанс на вторую жизнь. Даже несмотря на то, что по каким-то причинам она оказалась не нужна своему хозяину.
А позже произошла еще одна история — уже в детском доме, куда мы привезли посуду. Там случился скандал: мальчик украл зарплату у сотрудницы и потратил ее (да, в это трудно поверить!) на нижнее белье для своей соседки. Вроде бы базовая вещь в гардеробе. А оказалось, что кто-то не может себе позволить даже этого! Тогда стало ясно: нужно перестать бояться и уже начинать что-то делать.
Быстро удалось реализовать задуманное?
От идеи до реализации прошло два года. Труднее всего было разобраться с бухгалтерией. Помню, мы с мужем под Новый год «дедморозили»: весь свой гонорар потратила на вебинар по документообороту, чтобы уже поставить первый контейнер (а могла бы купить себе новое платье!). Причем сделала я это осознанно. У меня такая установка: если во что-то вкладываюсь финансово, то обязательно довожу до конца.
Почему решили собирать именно одежду, а не что-то другое?
Вещи — это то, чем люди точно готовы делиться. Сама через это прошла: после рождения первого ребенка в шкафу накопилось полно одежды. Ее нам дарили все: и родственники, и друзья. Что-то покупала сама. Правда, дети растут так быстро, что просто не успевают ее носить. Продавать через интернет у меня никогда не получалось, спроса не было. Наверное, потому что мамочки стараются покупать своим детям все самое лучшее: им важно увидеть вещь, потрогать ткань и уже на месте определиться.
А вообще мы любим эксперименты. Даже пробовали несколько месяцев работать с ПЭТ-бутылками. Однако на тот момент у нас не было ни своего помещения, ни машины. Транспорт брали в аренду, и все деньги уходили на его обслуживание и бензин. Идея оказалась провальной. Кажется, что к лучшему: все-таки у нас женский коллектив. Одежда оказалась ближе по духу.
«Пришлось сделать строгие правила приема одежды и сократить количество контейнеров: мы не хотим тратить время и деньги, чтобы возить мусор»
Как сегодня устроен проект изнутри: сколько людей в команде и кто они?
«БлагоДарю» не просто история о нескольких людях, которые хотят делать добро. Это целая система, которая работает без праздников и выходных. За 13 лет у нас сформировался свой постоянный штат сотрудников, причем это не только сортировщики, но и координаторы, бухгалтеры, юристы.
Вот, например, разбор одежды. Кажется, что простая механическая работа. Однако, на самом деле, это целый интеллектуальный марафон. Ведь нужно буквально за несколько секунд решить, куда пойдет каждая вещь: на благотворительность, переработку или в социальный магазин, который мы обожаем. Именно поэтому наши сортировщики трудятся в две смены по три-четыре часа и успевают отдохнуть.
Теперь о цифрах: 175 рублей 73 копейки — себестоимость сбора одного килограмма одежды, а переработчик принимает его всего за 15 рублей. Итого: разница 160 рублей! И кто-то должен ее покрывать… Добавим сюда постоянно растущие тарифы, коммунальные расходы, горючее. Получается, что мы просто не успеваем выйти на себестоимость. Поэтому пришлось сделать строгие правила приема одежды и сократить количество контейнеров: мы не хотим тратить время и деньги, чтобы возить мусор.
Качество вещей в последнее время заметно ухудшилось. Помню, когда только начинали, люди отдавали нам добротную хлопчатобумажную ткань. Причем приносили ее прямо в рулонах, которые мы раздавали бесплатно. Сейчас бы оставила себе: купила швейную машинку и начала кроить те же простыни. А что? В магазине их покупаешь, а уже через три месяца они рвутся.
Кстати, все чаще попадается регенерированное полотно. Оно чем-то напоминает тонкий хлопок, но есть нюанс: переработке не подлежит. Жаль, что об этом почти никто не знает.
Какие вещи люди приносят чаще всего, а каких, наоборот, постоянно не хватает?
У нас полно детских и подростковых вещей — особенно для девочек. Жаль, что благополучателей столько нет. А вот в деревнях не хватает мужской одежды и вещей для мальчиков. Хлопчатобумажные майки и джинсы принимаем всегда, это то, в чем постоянно нуждаются люди. Если есть дефекты — не страшно, такие изделия всегда можно переработать. Также рады спортивным костюмам и пуховикам.
«Культура помощи — это не только желание избавиться от лишнего, но и умение передать дальше с уважением»
У вас довольно строгий отбор одежды. По каким критериям вы решаете, что подходит, а что нет? Что не примете никогда?
Экология — это не про «принять все подряд». К сожалению, не все, что в наших мусорных ведрах и шкафах, является вторсырьем. Многие старые вещи нужно просто выкидывать. Это стоит принять как факт.
Запах — это то, на что обращаем внимание в первую очередь. Если открываем пакет, чувствуем аромат чистоты и видим, что вещи сложены аккуратно — добрый знак. Как минимум 50% доверия к тому, кто их принес. Далее мы проверяем, чтобы одежда была современной: актуальной в последние десять лет. Нам важно, чтобы наши благополучатели оставались довольны. Ведь культура помощи — это не только про желание избавиться от лишнего, но и про умение передать вещи дальше с уважением.
А как правильно подготовить вещи к сдаче? Есть ли какой-то гайд, который может помочь?
В первую очередь, их нужно постирать. А если не пожалеете и добавите кондиционер, то это — однозначный плюсик в вашу карму! Не обязательно гладить одежду, так как в процессе сортировки она все равно помнется. Далее нужно аккуратно разложить вещи по крепким пакетам и обязательно их завязать. Что касается обуви, то ее в целях экономии места следует освободить от картонных коробок. В идеале — сдавайте вещи по сезонам. Так они быстрее найдут своего получателя. Но если принесете зимнюю куртку летом, то мы ее все равно примем (если, конечно, она в хорошем состоянии!).
Какой путь проходит вещь после того, как ее опустили в контейнер?
Она попадает на сортировку. Есть три варианта развития событий. Первый — благотворительность: мы будем искать ей нового хозяина. Если есть какие-то дефекты — отправим на переработку. Бывает, что нам приносят даже брендовую одежду: ее распределим в костюмерную (потом она может попасть в музей или Дом культуры!) или социальный магазин «Гардеробъ».
Пункты приема можно найти только в городе или за его пределами тоже?
Основной пункт расположен в Самаре на ул. Венцека, 56. По городу еще стоят десять контейнеров. Все они находятся на закрытых площадках или в торговых центрах. Также есть пункты сбора в Тольятти. В деревнях и селах контейнеров нет. Мы отвозим туда уже собранные вещи раз в три-четыре месяца.
Вы запустили «Благомобиль». Что это за формат и зачем он понадобился проекту?
Эта система просуществовала два года при поддержке Фонда президентских грантов. Тогда мы взяли «газель» для сбора контейнеров и доставки их в села. Машина постоянно ломалась: десять дней работали, 20 — ждали для нее запчасти. Терпение лопнуло: решили продать. Сейчас у нас другой автомобиль, уже не такой большой.
Когда-то мы даже сами приезжали к людям, чтобы помочь вывезти одежду. Поняли, что это слишком дорого. К тому же в наших дворах проблемы с парковкой. Оказалось, что зря старались: дарителям гораздо выгоднее заказывать доставку одежды до нашего пункта на ул. Венцека, 56, через специальные сервисы.
Первая суббота каждого месяца — это своп. Расскажите, как это работает.
Если честно, то мы это дело подзабросили. Тема была популярной до открытия социального магазина. Сейчас у нас постоянно проходят встречи и конкурсы, связанные с экопросвещением. Причем благополучатели сами предложили эту идею. Им особенно нравится разбирать вещи. А происходит это вот как: мы привозим мешки, а клиенты на несколько часов становятся нашими сотрудниками. За столько лет они уже научились оценивать вещи и знают все наши правила. Мы, конечно, за такую работу людям делаем скидки. Нам помощь, да и им приятно!
«Для многих это единственный способ купить себе что-то достойное без удара по бюджету»
У вас есть социальный магазин на улице Венцека. Чем он отличается от обычного секонд-хенда?
Я открыла его в 2021 году. Честно говоря, жалею только, что не сделала этого раньше. Огромное подспорье рабочему классу населения — там вещи в десять раз дешевле своей реальной стоимости. Понимаю, что для многих жителей города это единственный способ купить себе что-то достойное без удара по бюджету.
Выручка с продаж идет на зарплаты сотрудникам, оплату коммунальных услуг, вывоз мусора и развитие проекта «БлагоДарю». Иногда помогаем нашим партнерам — в прошлом году больше двухсот тысяч отправили в благотворительные фонды.
Есть отдельная категория граждан, которая получает вещи бесплатно, — это погорельцы. Обыкновенные люди, которые неожиданно потеряли все. К ним мы относимся с особым трепетом, стараемся сразу оставлять для них все самое новое. Причем собираем не только вещи, но и строительные материалы.
Вас поддерживают какие-то организации? Как выстраиваете систему помощи?
Мужскую одежду мы в основном поставляем в рабочие дома или фонды, помогающие алко- и наркозависимым. А наши благополучатели, в свою очередь, помогают загружать и разгружать машины. С благотворительными организациями работаем по заявкам.
Мы на связи с администрацией города и правительством области. Самостоятельно пишем гранты, конкурсы (причем как городские, так и федеральные!), на полученные деньги и развиваемся. Текущую деятельность поддерживает выручка с продажи вещей в социальном магазине: благодаря этим покупкам мы продолжаем существовать.
«Как же странно и в то же время прекрасно устроена жизнь вещей»
Есть ли история, которая особенно вас тронула?
Как же странно и то же время прекрасно устроена жизнь вещей. С этим у меня связана личная история. Несколько лет назад решила отдать в наш центр свой золотой пуховик 46 размера: верой и правдой он прослужил мне три года, просто разонравился. Иногда я выезжаю на нашей «газели» в деревню. Чувствую себя в такие моменты пусть и не олигархом, но доброй волшебницей точно. Люди всегда очень ждут этот «ларчик с сюрпризами»: улыбаются и искренне встречают. Для нас это часть работы, а для них — элемент чуда.
Еду и вижу, что по дороге идет человек. В моем пуховике! Его я сразу узнала по отсутствующему воротнику: забыла пристегнуть, а нашла только через год. «Как же классно, скорее бы посмотреть на эту девчонку, кому он достался», — подумала я. Поворачиваю голову, а там… пожилая женщина. Нет, ни капли не расстроилась. Просто очень удивилась. Я подошла и призналась, что это мой пуховик. Женщина так обрадовалась! Сказала, что ей очень нравится эта вещь, она буквально в нее влюбилась. Это было очень трогательно.
Была и еще одна ситуация, связанная со старыми очками, которые долго пылились на полке. Мы тогда базировались на Некрасовской, были новичками, принимали все подряд. Сотрудники даже шутили между собой, что хозяин очков никогда не найдется. К нам пришла женщина. Оказалось, что почти ничего не видит и по всему городу ищет очки. Мы предложили ей примерить наши. И каково же было наше удивление, когда они идеально ей подошли! Она даже расплакалась от радости. Это были настоящие слезы счастья. А для нас знак, что мы занимаемся правильным делом.
Как вы проверяете, что помощь доходит до тех, кому она действительно нужна?
Мы организация, и у нас очень строгая система отчетности. Есть даже делопроизводитель, который следит за документами. Выдаем вещи всегда под подпись. Обязательно нужно указать свой номер телефона, прислать фото- и видеоотзыв.
Заметили ли вы, что за все время существования проекта у людей поменялось отношение к теме повторного использования вещей?
«БлагоДарю» — это не только про вещи, но и про людей, которые их отдают. За 13 лет мы воспитали своих вип-дарителей. Они приносят действительно качественную одежду, аккуратно ее упаковывают, оставляют милые записочки, иногда угощают наших сотрудников. Не зря говорят, что «встречают по одежке, а провожают по уму!». Вещи реально могут многое рассказать о человеке. Жаль, что не все это понимают. Решили попробовать это исправить: написали проект «Экостиль». Пока он на рассмотрении в Фонде президентских грантов. Планируем ходить в школы города со стилистами и рассказывать детям, как одежда влияет на внутреннее самоощущение, на успеваемость и дальнейшую судьбу. А еще мы учим детей стирать: работаем с первоклассниками, потому что говорить об этом с ребятами постарше и с их родителями — бесполезно. Ох, какие у нас отзывы! После уроков часто звонят мамы и папы со словами: «Я в шоке: мой ребенок пришел со школы и учит меня стирать!» Причем это не претензия, а, скорее, какое-то доброе замечание.
Что в людях сильнее — желание помочь или почувствовать себя хорошими?
Добро тоже может быть очень разным: кто-то приходит и отдает «что не жалко», а кто-то — с настоящей заботой о будущем владельце. Я очень рада, что ответственных людей все-таки больше. Тех, кому не все равно.
«Наш проект держится, в первую очередь, на умении смотреть на людей и на вещи через любовь»
Что для вас важнее: масштаб проекта или качество помощи конкретному человеку?
Для меня важна системность: помогать как можно большему числу людей. И главное — чтобы вещей хватило всем. У нас были благополучатели с «синдромом Плюшкина», которые постоянно забирали одежду. Даже случалось, что их соседи приходили к нам в гуманитарный центр и просили больше ничего им не выдавать, потому что коммунальная квартира была просто захламлена. После таких случаев мы поставили условие, что можно приходить за одеждой раз в два месяца. Однако схема оказалась неэффективной. Поэтому нам ничего не оставалось, кроме как закрыть гуманитарный центр и переквалифицироваться в сортировочный.
Есть ли у «БлагоДарю» свой главный принцип, которому вы не измените никогда?
Если случается беда — пожар, инсульт, любая другая тяжелая ситуация — мы всегда поможем бесплатно. Это не обсуждается. Потому что наш проект держится, в первую очередь, на умении смотреть на людей и на вещи через любовь. И чем больше ее в человеке, тем сильнее он ее транслирует. Уважайте себя: покупайте качественные вещи, ухаживайте за ними — и пусть они служат как можно дольше.
Текст: Ксения Баканова
Фото: Дарья Мищенко
Стиль: Masha Goryacheva
Макияж и прическа: Виктория Фокина
Комментарии (0)