Утром 18 января 1943 года в ходе операции «Искра» войска Ленинградского и Волховского фронта смогли прорвать кольцо осады, которое держалось с 8 сентября 1941 года. Несмотря на то, что со времени окончания войны прошло восемь десятилетий, точное число жертв Блокады до сих пор так и неизвестно — называются оценки от 600 тыс. до 1,5 млн человек. Одним из тех, кто пытается заполнить этот пробел, является историк и сотрудник РНБ Анатолий Разумов, который более 20 лет ведет проект «Возвращенные имена». Сейчас в его базе данных насчитывается более миллиона погибших. Специально к памятной дате «Собака.ru» попросила его рассказать об этой работе.
Ваш центр «Возвращенные имена» на базе РНБ давно собирает поименные списки жертв блокады. Почему вы занялись этой работой?
В марте исполнится 20 лет нашему Центру и сайту «Возвращённые имена. Книги памяти России». При создании сайта мы понимали, что все беды, будь то политический террор, война, блокада (осада) нашего города — достойны памяти. Память у нас одна.
Имена надо отыскивать и возвращать. Всегда дружил с выжившими во время Второй мировой войны. Мой многолетний друг и соратник по работе над «Ленинградским мартирологом» и сайтом — Юрий Петрович Груздев — был и комбатантом-артиллеристом с боевыми наградами, и блокадником. Мы оба хорошо понимали, что ничего гаже войны человек не придумал.
Книги памяти о войнах с именами погибших и пропавших без вести разрешили готовить и издавать в Советском Союзе (СССР) лишь во время Большой оттепели, через 40 лет после войны. Книгу памяти «Блокада» разрешили готовить только в новой России, в 1992-м.
Для меня нет вопроса, почему нужна память. Еще не названы публично сотни тысяч имен погибших, пропавших без вести и переживших Блокаду.
Почему при этом вы решили сохранять эту память именно в виде списка имен погибших?
Люди ищут сведения о своих родных, о тех, кто им интересен как исследователям биографий. И начинают с простых списков имен. Так и мы. Начали с публикации 35 томов Книги памяти «Блокада» и 14 томов Книги памяти «Они пережили Блокаду». Затем от Минобороны получили тысячи сведений о военнослужащих, погибших от истощения (дистрофии 3-й степени), обморожения, дизентерии... То есть, умерших «в поле» и в госпиталях...
Что самое сложное при работе при возвращении имен?
Ряды имен репрессированных и погибших в Блокаду перекликаются. При изучении списков оказалось, что в Книге памяти «Блокада» много имен тех, кто был расстрелян во время Большого сталинского террора, а позднее учтен как умерший от вымышленных болезней в годы войны. С другой стороны, множество умерших в тюрьмах или расстрелянных в Блокаду, а впоследствии реабилитированных, - в печатной Книге памяти «Блокада» отсутствуют.
Кроме того, десятки тысяч жителей города погибли от истощения и сопутствующих болезней не в Ленинграде, а по пути в эвакуацию или уже в эвакуации. Этих имен в печатной Книге памяти «Блокада» почти нет. Так, нам удалось включить в электронную базу более 10 тысяч имен вологодского «Реквиема», в котором упомянуты те, кто скончался в Вологодской области.
Сейчас в поименном списке на сайте вашего проекта 1 023 459 записей. Это те, кто погиб в блокаду, умер в эвакуации или пережил осаду города. Можно ли сказать, что на этом работа завершена?
Нет. Мы постоянно редактируем и дополняем общий ряд имен с помощью тех, кто к нам обращается. Сейчас эту работу ведут со мною мои коллеги: Дмитрий Борисович Азиатцев и Татьяна Эдуардовна Шумилова.
Все имена людей, вырванных из жизни и погибших преждевременно и подло, важны.
А о чем вы спрашиваете тех, кто приносит вам сведения о погибших родственниках?
Обычно я никого не расспрашиваю. Только выслушиваю. Это практика работы с болевой темой.
Как вам кажется, удастся ли когда-то подсчитать имена всех жертв Блокады Ленинграда?
Мы должны верить, что имена будут названы. Тогда перенести боль легче. Спасибо всем, кто приходит, пишет, звонит. Светлых дней!
Комментарии (0)