Эвелина Хромченко: « Мы в России вообще не привыкли, когда хвалят»

Первое десятилетие века завершилось проводами гламура и увольнением из фэшн-рядов главных персонажей: силиконовой блондинки и форбсовского олигарха. Настали новые времена, и они диктуют новые правила.Журнал «Собака.ru» созвал совет, чтобы решить, что определит стиль следующих десяти лет. Ведущая телепередачи «Модный приговор» и главный редактор журнала L’Officiel Эвелина Хромченко ставит диагноз миру моды. А девять лидеров мнений, которых прежде бы назвали трендсеттерами, раскрывают свои источники вдохновения и в один голос говорят: тенденций больше несуществует.

О трендсеттерах
Трендсеттеры – это люди с врожденным вкусом и стержнем внутри. Те, кто знает, что собой представляет, и прекрасно чувствует, как оформить свою роль. Хорошо выглядеть – не значит носить исключительно последние достижения главных дизайнеров мира. Достаточно уловить тренд, который они выпустили на подиум. Основная масса людей довольствуется новой вещью, которая выглядит так же, как старая. Небольшой отряд, который и принято называть трендсеттерами, наоборот, устает от вчерашнего наряда и стремится сменить его на более современный. Обстановка для них сейчас сложилась благоприятная: появилась масса профессий, которые не предполагают дресс-кода.
Есть люди, которые неизменно восхищают меня своим внешним видом. Это ювелир Алена Горчакова, галерист Айдан Салахова, дизайнер Вика Газинская, стилист Милена Зиятдинова, журналист Мирослава Дума, фотограф Гаранс Доре, фэшн-директор Lane Crowford Сара Рутсон, глава люксовых бутиков Maria Luisa Мария Луиза Пумайю. Актрисы Хлое Севиньи и Лу Дуайон одеваются забавно, модели Саша Пивоварова и Елена Перминова – роскошно. Мне в большей степени нравятся «сухие» комплекты. Многослойные эксцентричные эксперименты, которые демонстрируют, например, молодой блогер Тави Гевинсон или певица Леди Гага, чересчур «жирны», избыточны для меня, хотя с точки зрения образа небезынтересны.

О СМИ
Общественное мнение в мире моды формируют «большие ледоколы» – глянцевые гранд-журналы. А вот Интернет распространяет и живительную влагу правды, и смертельную пургу лжи одинаково резво. Соображения блогеров не могут формировать отношение к предмету, ведь по сути они любители и их мнение не должно подменять официальное заявление, сделанное профессионалами. Хотя сами по себе модные блогеры – явление, безусловно, интересное. Например, американка Тави Гевинсон: ей тринадцать лет, а выглядит она как умудренная жизнью бабушка от моды и обладает аналитическими способностями. Возможно, в будущем Тави станет профессионалом высокого полета, если будет развивать свои таланты, получая соответствующее образование, – может быть, кого-то это удивит, но образование и длительная практика – залог мастерства в любой профессии. Весьма репрезентативное средство на службе у моды – телевидение. Грамотные ТВ-программы распространяют полновесную информацию: дают возможность услышать, увидеть событие и получить его экспертную оценку. Но, к сожалению, у нас в стране новостная модная журналистика развития пока не получила.


О вдохновении
Вдохновить могут любые предметы, явления, люди. Что-то обязательно вызовет особый интерес – драконий фрукт на китайской улице в Сингапуре, ландшафт нью-йоркского Централ-парка с вертолета, парижский паркет, натуральные камни в оптовом магазинчике на Бали… А благодаря цифровой аппаратуре теперь не приходится покупать понравившиеся объекты, достаточно, чтобы их кто-то сфотографировал. Моя личная «доска вдохновения» – рубрика «Муза» на фронтальной странице журнала L’Officiel – постоянно обновляется. Вот Кейт Мосс что-то ищет в большой полосатой, под зебру, сумке, созданной ею для марки Longchamp: поза красивая, профиль хороший, виден каблук босоножек, которые я и сама нежно люблю, вся съемка полна характерным парижским светом. Смутила только зебровая расцветка, хотя бежевые экземпляры той же коллекции наверняка хороши для путешествия на самолете. В следующем номере это место заняла Наталья Водянова со своей первой коллекцией ювелирных украшений. На выдающиеся фэшн-съемки может вдохновить само пространство. Вот, например, гостиница Номе House в Лондоне на Портман-сквер, 21. Таксист поведал, что Портман-сквер – частное владение, которое принадлежит семейству Наташиного мужа, Джастина Портмана. Каждый номер этой совершенно фантастической гостиницы сделан в особом стиле. Назвать его эклектикой было бы слишком скупо: элементы оформления необыкновенно фактурные. Символ гостиницы – крокодил, на память о пребывании каждому гостю дарят эксклюзивную игрушку в зеленосиреневых тонах.

Одно из сильных впечатлений в области стиля – бомжиха, увиденная мною из окна машины на улице Петровка. До сихпор жалею, что не имела с собой фотоаппарата! Все, что было на ней надето, она скомпоновала в абсолютно точную конструкцию, которая изумила бы не одного дизайнера. Она опоясала пальто коричневыми ремнями, заправляя свободный конец за горизонталь, значительно раньше, чем так стали делать на подиумах. У нее было пальто уже не определяемых цвета и материала, драный воротник из меха непонятного происхождения и опять же этот потертый, послуживший пояс.

Облегающие брюки, тяжелые солдатские ботинки, платок, ушанка удивительно сидели на этой тонкой, астеничной женщине. Бывшая танцовщица кордебалета, видимо спившаяся, шла великолепной походкой, плечи широкие, развернутые… Она несла себя как по подиуму – бомжиха с какими-то мешками была эстетична, как настоящее произведение искусства.

Об авторитете
В моде очень важен человеческий фактор. Судьбы фэшн-бизнесов чаще всего решает видение конкретного человека. В качестве иллюстрации уместно вспомнить громкий успех модного дома Celine, связанный с возвращением в моду дизайнера Фиби Фило. Коллекции, показанные этим талантливым художником, настолько увеличилиспрос на вещи марки, что до обновления центрального парижского бутика компании пришлось открыть временный. Деятели моды далеки от образов, высмеянных фильмами «Прет-а-порте» и «Дьявол носит Prada». Профессионалы индустрии не акулы, а очень талантливые дети, у которых есть и негативные, и позитивные качества. Они искрящиеся, открытые к миру личности, которые прекрасно чувствуют флюиды других людей, настроенных на ту же волну. Я с большим уважением отношусь к чужим достижениям. Нет непреложных авторитетов, которым я слепо доверяю, но есть люди, которые меня искренне восхищают. К ним относится Мари-Жозе Саскинд-Жалю, директор и главный редактор французского журнала L’Officiel. Она открытый человек, который способен оценить работу других.

Это приятное качество, достаточно редкое в любой деловой среде, особенно в моде. Мне очень нравится Флориан де Сен-Пьер, знаменитый хедхантер. Тяжело переоценить то количество дизайнеров, которых она пристроила на работу. Именно благодаря ее усилиям дизайнер Альбер Эльбаз встретился с Lanvin, а Стефано Пилати – с Yves Saint Laurent. Мне очень импонирует Лариса Синельщикова, которая является шефом компании «Красный квадрат». Она рулит большим производственным процессом и при этом являет собой пример спокойной, абсолютно счастливой женщины, которая еще и великолепно выглядит. Глава арт-издательства Assouline Мартин Ассолин – прекрасный пример очень интеллигентной красавицы, которая умеет любого, даже самого искушенного автора похвалить так тонко и умно, что человек будет по-детски счастлив… Флер уверенного счастья не слишком частое обстоятельство среди деловых женщин. Все они – удивительные люди, которые готовы говорить окружающим добрые слова. Меня это всегда приятно удивляет. Мы же в России вообще не привыкли, когда хвалят.


Об обществе
Во всем мире сейчас очевидна тенденция к очеловечиванию. Настоящая жизнь теперь протекает не на виду, на первое место выходят дружеские и семейные связи: все возвращаются к домашним праздникам, приглашают гостей, готовят и музицируют дома. Отчасти это происходит потому, что светские мероприятия приобрели слишком маркетинговый характер. Другая важная причина в том, что сорокалетнему поколению мужчин-дисижнмейкеров вдруг стали интересны их дети. Любой мужчина разделяет интересы тринадцатичетырнадцатилетнего мальчика до конца жизни. И как раз в данный момент их детям ровностолько – папы наконец обратили на них внимание. Теперь они смотрят одни и те же фильмы, играют в одинаковые игры, покупают похожие гаджеты, мечтают о машинках, ходят на футбольные матчи. Третья причина – многих стукнула по носу экономическая ситуация, и они пошли плакать в семью. За последние годы огромное количество подруг перешло в категорию жен: вакханалия заканчивается, ранее приемлемое становится неприличным. Четким индикатором общественных сдвигов служит приход на российский рынок таких марок, как Ralph Lauren, – марок старых денег, семейных связей, нормальных человеческих отношений, красивого быта. В обществе вызывают интерес простые радости и понятная активность, даже в ресторанах хочется, чтобы тебя знали по имени и помнили твои любимые блюда. Тема человечности, ближнего круга звучит сейчас особенно остро. Когда человек теряет уверенность, он хочет всего знакомого, родного, теплого и близкого. Ничего удивительного, что в этом сезоне множество примеров тенденции «ню».

Своеобразная «голая правда» наконец вышла на подиумы. Недооцененные в прошлом сезоне пудровые оттенки, нежные, женственные цвета этой весной и летом будут эксплуатироваться очень активно. Тема тела говорит об определенном обнулении. Если только что доминировали широкие, почти регбистские плечи сильной женщины, штурмовавшей Уолл-стрит в начале 1990-х, то теперь женщина подчеркивает свое изначальное предназначение телесными платьями. Два дополнительных момента – это милитари и пасторали. Из сезона в сезон переходит одна и та же база, которая видоизменяется согласно требованиям времени. В рамках антикризисных мер возникли сначала реминисценции 1980-х, потом начала 1990-х, а теперь, что характерно для общественной ситуации, доминируют темы «войны и мира». Если говорить о тенденциях, которые меня немного смущают, то это юноши на каблуках – те, которые не на званом ужине с дресскодом, а на улицах и в клубах. Отечественная индустрия развлечений вообще вызывает у меня ужас. Наши клубы – чистое безобразие, там чувствуешь себя небезопасно. Эти места никак не похожи на развлекательные заведения во всем мире.


Об индустрии
Описывать ландшафт модного сообщества мне неинтересно: у каждого есть право на собственное понимание ситуации, но я знаю о ней больше. Могу лишь обозначить определенные константы и тенденции. К первым относятся дизайнеры старой школы, несомненные явления, не потерявшие актуальности. Это, например, Вячеслав Зайцев с его великолепным кутюрным кроем и филигранной отделкой, удивительными нарядами, которые при всей их глубине может себе позволить каждая женщина. Что до тенденций российского рынка, то новшество в индустрии – раздробленность. Дизайнеры ищут не инвесторов и партнеров, а спонсоров. То есть чтобы давали деньги и не просили их вернуть. Для этого дизайнеры выходят из модных недель и делают показ отдельным шоу, если сами нашли спонсора, или мини-мероприятием, если спонсор нашел их. Они пытаются заработать на показе, будучи не в состоянии получать доход от продажи вещей. Эти неизбежные последствия кризиса очень мешают скорости развития индустрии. Курьезом можно назвать наличие дутых звезд. Их когда-то раздули специально, дабы заполнить пустующую нишу, потому что не было альтернативы, но потом в этой нише появились дизайнеры настоящие. А те, искусственно созданные кадавры от моды, все никак не поймут: почему же про них не пишут журналы? Переживают, что показались не в том месте, бегают по неделям, изливают бессильный яд в блогах, ищут виноватых… А ответ прост: журналы про них не пишут и не снимают их одежду потому, что они плохие дизайнеры. Смотреть на это лично мне очень занятно, ведь я являюсь ровесником юной российской индустрии моды, представителем, так сказать, старшей группы детского сада. Я – одна из немногочисленных патронов, которые приложили руку к взбиванию нынешних сливок российского модного рынка, но поверьте, доскональное знание реальной истории каждого бренда – ноша не из легких.


О молодых дизайнерах
Молодые дизайнеры делятся на две категории: одни могут о себе позаботиться, а другие – нет. Впрочем, это деление справедливо и для признанных талантов. Ив Сен-Лоран, к примеру, не мог быть собственным управляющим, а Коко Шанель это удавалось прекрасно. Дизайнерам, которые лишены деловой жилки, в России очень тяжело. Им не найти движущую организационную и финансовую силу, которая могла бы помочь их таланту реализоваться, своего Пьера Берже. Поэтому на первый план часто выходят менее одаренные, но более предприимчивые. Мне нравятся интересно организованные человеческие сущности, мне приятны всякие проявления таланта, любые искры. Я отношусь к той категории дисижнмейкеров, которые видят чужой нимб. Даже если дизайнер еще маленький, делает студенческую работку, сразу понятно: зацепило – не зацепило, нравится – не нравится. Харизма – космическое явление, она просто ощущается и все. Я очень рада, что мне удалось открыть двери многим талантливым людям и заставить весь рынок обратить на них внимание. Среди самых любимых примеров могу привести дизайнеров Вику Газинскую и Дмитрия Логинова. Алену Ахмадуллину я активно проталкивала еще на студенческих конкурсах, а маленький мальчик Александр Терехов на моих глазах участвовал в своем первом серьезном конкурсе – его устраивал журнал Burda – и рассказывал о себе детским голосочком в моей программе на радио «Европа плюс».


О профессии
В моде важны совершенно неочевидные нюансы, этим она и интересна. Модельер Коко Шанель говорила, что настоящая роскошь – это когда изнанка прекрасна так же, как внешняя сторона костюма. Если понимать высказывание буквально, то иногда действительно подкладка – это шедевр. Например, в работах Вячеслава Зайцева я видела один из самых красивых в мире внутренних швов: встречная строчка, обтачанная золотым краем. Сложные решения неизменно восхищают. Фантастическое впечатление произвела на меня японская кутюрная коллекция Джона Гальяно. Она напоминала тайваньскую открытку, где серьезные красавицы, изображенные на обложке, будучи повернуты боком, подмигивали тебе. Похожим образом диоровская классика сочеталась на подиуме с традициями японского национального костюма, драпировками, сделанными в технике оригами. Зимняя коллекция прет-а-порте того же Джона Гальяно была проникнута европейскими представлениями о русской теме. Там были татаро-монгольские и узбекские мотивы, флер эпохи Пуаре, мода в исполнении русских аристократов, которые взялись за шитье и вышивание в постреволюционный период. Неудивительно, что Джон с удовольствием принял такие комплименты своей работе: его до сих пор приятно удивляют люди, которые могут читать подобные вещи и произносить после шоу что-то помимо навязшего в зубах Amazing! Gorgeous! Incredible!  


  • Автор: sobaka
  • Опубликовано:
  • Материал из номера: МОДА

Наши проекты

Комментарии (1)

Авторизуйтесь
чтобы оставить комментарий.

  • Гость 7 июля, 2014
    Комментарий удален

Читайте также