Путь на Берлин

В клубе «Лед Лимон» играл Supa DJ Dmitry – один из авторов международного гимна Groove is in the Heart, бывший участник американо-японской группы Deee-Lite. Родной украинский Кировоград Дмитрий покинул давно, но его словарного запаса хватило, чтобы рассказать Евгению Шаповалову новости мирового фанка.

– Вы следите за творчеством бывших соратников по группе?

– Я больше слежу за Това Теи. Леди Кир долгое время делала драм-н-бэйс, сейчас я потерял ее из виду.

– У вас есть свой рекорд-лейбл?

– Я открываю фирму под названием Prime 23. На этом лейбле будут выходить мои только что законченные работы.

– На что это похоже?

– Funk и tech-house. У меня есть несколько певиц и партнер – DJ Mitja Prinz.

– Группа Deee-Lite у многих ассоциируется с песней Groove is in the Heart. Вас это раздражает или радует?

– И то и другое. Радует потому, что мне до сих пор нравится эта песня. Но то, что люди судят о тебе по одной песне, – это немножко неприятно, потому что помимо этой песни у меня большой диапазон и как у музыканта, и как у диск-жокея.

– Как вы ее сочинили?

– Музыку написали мы с Това, потом Кир записала вокал, и мы послали кассету – тогда были кассеты – Бутси Коллинзу (бас-гитарист группы Parliament Funkadelik. – Е.Ш.). Ему песня очень понравилась. Он сказал: «Когда будете записывать, позовите меня в студию, я сыграю для вас несколько партий». Он записал несколько басовых партий, несколько гитарных, а еще привел Horny Horns – Фреда Уэсли и Мэттью Паркера, это духовая секция Джеймса Брауна и P-Funk. Они записали духовые.

– Что вы испытывали?

– Я чувствовал себя школьником, ведь они – мои идолы. Но они были настолько приятными, никаких плохих вибраций – сплошной позитив. Мне казалось, что они играют сверхъестественно, однако Бутси сказал: «Не так играют, но сейчас я им кое-что покажу, и они сыграют получше!» Потом он вынул свой альбом, а там на обложке женская попа, и показал его им сквозь стекло, и они заиграли еще лучше! (Смеется.)

– Это было в Нью-Йорке?

– Да.

– А сейчас вы где живете?

– В Берлине. Я уехал из России в 1979 году с моими родителями. Мы жили в Австрии, в Италии, потом попали в США. Там я прожил большую часть жизни, но сейчас живу в Берлине. Музыкальная сцена в Берлине в настоящее время намного лучше, чем в Нью-Йорке, где она истощилась, потому что поднялись цены – за квартиру и прочее – и всем богемным людям пришлось уехать.

– Значит, Сохо больше не богемный квартал?

– Нет, теперь это квартал финансистов и бизнесменов.

– Давно это происходит?

– Последние десять лет. Нью-Йорк потерял свой колорит, а без колорита какой интерес в городе? А в Берлине есть колорит, и там громадная сцена – много интернациональных диск-жокеев и продюсеров. В данный момент Берлин нравится мне даже больше, чем Лондон.

– Из Лондона музыканты тоже эмигрируют в Берлин?

– Да, по той же причине. Люди могут иметь в Берлине нормальный уровень жизни, работая не так интенсивно. Конечно, работать надо, но не под таким большим давлением.

– А как вообще в Берлине обстановка? Нет беспорядков?

– Берлин в этом отношении тихий город. Каждый год 1 мая в определенном месте происходит драка межу анархистами и полицией. Это смешно – организованный хаос.

– Вы что-нибудь коллекционируете?

– Я коллекционирую фантастические фильмы, и очень хотелось бы внедриться в эту индустрию, чтобы писать музыку для кинолент. Я вообще считаю, что электронная музыка – это идеальный саундтрек к фантастике. Это как правильная свадьба.

– Какой самый лучший фантастический фильм?

– Наверное, «2001», хотя он, конечно, уже старенький. Я только что смотрел (смеется) русский бутлег «Эон Флакс»! Очень понравилось – в Европе он выйдет только в феврале, а в России уже продается!

– Он слабее, чем мультфильм.

– Любую картину трудно сделать лучше мультфильма; я не видел фильма, который получился бы лучше. Но в «Эон Флакс» даже история немножко другая, мне понравилось.

– Что вы делали в Москве?

– Играл в клубе Jet Set.

– Ну и как?

– Всегда очень приятно играть в России, но все-таки хотелось бы видеть больше андеграунд-сцены. Пять лет назад, когда я был в Петербурге, здесь был клуб «Мама», помните?

– Да уж помним.

– Тогда было более андеграундное чувство, чувство свободы, ощущение, что можешь играть что хочешь. А в Jet Set публика консервативнее. Но я все равно не играю то, что играют все.

Наши проекты

Комментарии (0)

Авторизуйтесь
чтобы оставить комментарий.

Читайте также

По теме