Новейшая история. LMA

 

Сергей Луковский создал в Петербурге модную империю под названием LMA,
стал фэшн-диктатором и пустил своих моделей по миру в Dior и Jil Sander.
Текст: Алла Шарандина

Мир пикаперов обеднел на один безотказный прием: представляться директором модельного агентства в этом городе больше не имеет смысла. Каждая потенциальная жертва в силах сопоставить образ соблазнителя с портретом основателя LMA Сергея Луковского и найти как минимум десять отличий. Понимание пришло к школьницам, студенткам и другим представительницам целевой аудитории не вмиг, но бесповоротно. За шесть лет своего существования агентство собрало самый многочисленный штат моделей, которые заставили кастинг-директоров Парижской, Миланской и Нью-Йоркской недель моды выучить топоним Saint Petersburg, а город — запомнить их имена. LMA заручилось поддержкой местных дизайнеров, полностью доверяющих Сергею форму и содержание своих показов. Предприятие Луковского всегда на слуху: упорно кует кадры в фэшн-академии, представляет, выполняет, перевыполняет и демонстрирует — одежду и успехи. При живых по клиническим признакам конкурентах оно умудрилось стать монополистом и убедило всех, что именно эти три буквы указывают верное направление на пути в модельный бизнес.

 

БИО

Сергей Луковский — живая иллюстрация к его любимому афоризму «Научить нельзя, можно научиться». Будущий фэшн-режиссер не окончил ни одного вуза. После школы пытался поступить на хореографический факультет Университета культуры, но трогательные хэбэшные носочки вместо балетной обуви не оставили ему шанса понравиться экзаменаторам. После армии будущий режиссер танцевал в «Командор-Отеле», там же поставил мюзикл «Кабаре». Потом выступал в дипломных работах выпускников Консерватории. Спустя еще какое-то время стал танцором в труппе Александра Полубенцева, познакомился с Валерием Михайловским. Чтобы работать в его Мужском балете вместе с экс-солистами трупп Эйфмана и Мариинки, пришлось «грызть землю зубами» и пропадать в репетиционном зале сутками. В каких параллельных сутках Луковский находил еще и часы для постановки дефиле Котеговой и Парфеновой, науке неизвестно.

  • Сергей Луковский, солист Санкт-Петербургского мужского балета Валерия Михайловского
  • На репетиции
  • Сергей Луковский в роли черта в спектакле «Орфей в аду»

ФЭШН ДО НАШЕЙ ЭРЫ

Словосочетание «модный Петербург», и сейчас существующее в весьма условной реальности бодрых пиарщиков рекламных изданий, когда-то было невозможно вовсе: вместо Петербурга был Ленинград, а вместо моды — Дом моделей одежды. Сразу после окончания войны в бывшем доме Мертенса на Невском заработали производственные цеха: для массового пошива трудилась специальная группа промышленного моделирования, задающая тон всей советской моде (практичные комбинезоны строителей коммунизма и «костюмы курточного характера» из «яркой и современной болоньи»). А в перспективной группе работали художники-модельеры, которые могли не ограничивать себя в «фантазийных деталях». Их творения, например вещи Галины Светличной, звезды социалистического кутюра, шились для международных ярмарок в единственном экземпляре — на живую нитку прямо на обеспамятевшей от многочасовой примерки манекенщице. Купить их после дефиле могли бы сами демонстраторы одежды. Но для них эта покупка маячила как чисто теоретическая, зарплата 60–90 рублей подобных шалостей не позволяла. Манекенщицы приравнивались к разнорабочим последних разрядов и перебивались с кефира на сухарики вовсе не из-за диет. Богемного ореола они тоже были лишены напрочь: рабочий день с девяти до девятнадцати и абсолютная анонимность (на фото в советских журналах имена моделей не указывали даже самым мелким шрифтом) оставляли их безвестными конторскими труженицами. А отношение благодарного общества к профессии наглядно иллюстрирует образ Геши Козодоева в «Бриллиантовой руке» — и еще тот факт, что до начала 1990-х Никита Михалков представлял свою жену Татьяну исключительно как переводчицу с английского. Но с 1992 года, когда в треснувший по швам Союз хлынули видеокассеты с аэробикой Синди Кроуфорд Shape Your Body, манекенщицы стали ролевыми моделями для девочек и мечтами в ролевых играх для мальчиков. Спустя год московский модник Степан Михалков женился на модели Алле Сиваковой — и иначе как манекенщицу ее уже не рекомендовал.

 

Юрий Грымоврежиссер

При приеме на работу в московский центр моды «Люкс» в 1985 году я читал стихи Петрарки и танцевал. В то время демонстратор одежды — так называлась профессия — должен был не только уметь правильно ходить, а нести определенный образ, настроение. Мы стояли на примерках по пять-шесть часов, после этого можно неплохо прочувствовать, как именно носить вещь. Сегодня образ манекенщицы — это надутые губы и безразличное лицо. А раньше, надевая одежду, манекенщик надевал и новый характер. В центре моды состоялась моя первая съемка, и оттуда же я попал в клип Валерия Леонтьева «Маргарита», где играл Воланда.

 

Александра Андреева, модный обозреватель, «Санкт-Петербургские ведомости»:

«В начале 1990-х я работала в журнале Ленинградского дома моделей одежды на Невском. И в первые дни своей деятельности попала туда на показ моделей перспективной группы, тогда они были закрытыми. Увидела коллекцию “Золотая орда” Александры Соколовой — зеленое и красное сукно с ситцем, “Английскую охоту” Нонны Меликовой и Светланы Челышевой, еще какой-то впечатляющий блок. В эпоху пустых прилавков, тотального, а не только модного, дефицита нам показали феерический по энергетике спектакль. Манекенщицы в ЛДМО— некоторые из них позже создали первые модельные агентства — были профессиональны, великолепно обучены, имели царственную осанку и спины без признаков сколиоза… Короче, вечный идеал гордой красоты».

КРАСОТКИ И ЧУДОВИЩА

В эти годы популярнее профессии было не найти: каждая девочка записывала в клетчатые «анкеты» подружек мечту стать манекенщицей. Впрочем, где на нее учат и надо ли вообще учиться или достаточно надеть ботфорты и мини, никто толком не знал. Дополнительную сумятицу внес Ричард Гир. Сыграв архетипическую любовь с красоткой-проституткой, в тот же год он женился на красотке-манекенщице, чем закрепил слияние обоих профсоюзов в постсоветском сознании, истерзанном терабайтами хлынувшей из-за занавеса информации. В столице тезис «Модель — вторая древнейшая» усердно подкреплял дом моды «Александр Бородулин», совладельцем которого стал Петя Листерман. 

А в Петербурге за честь манекенщиц вступились бывшая модель ЛДМО Татьяна Санаева и ее подруга, одна из первых визажистов страны Ольга Симонова. Вдвоем они основали модельное агентство Modus Vivendi. Оно открылось в 1991 году, но окончательное название было выбрано только в 1996- м. Запомнить оборот на латыни многим оказалось не под силу, и в трех случаях из четырех имя агентства журналисты писали на манер алхимического заклинания: «Модус Вивендис». 

Единственной негосударственной базой петербургских манекенщиц предприятие Санаевой оставалось недолго — по ее следам отправились другие сотрудницы Дома моделей, бывшие демонстраторы одежды и их начальницы. Названия своим детищам они подобрали менее затейливые: Наталья Пурвин основала агентство Cats, а Людмила Белевич — «Фея». Затем, почуяв тренд, бизнесвумен всех мастей открыли еще десяток агентств: «Регион», «Боль Ви», «Северная Корона», «Модерн-моделз»… В итоге предложение сильно превысило спрос, и в получении тендеров на съемку буклета фабрики «Первомайская заря» или рекламы пейджеров решающую роль стали играть многозначительные связи. По слухам, у основательницы «Феи» оставались хорошие знакомства на государственном производстве, а у Татьяны Санаевой нашлись друзья среди руководства частных банков. Эти два агентства все 1990-е фактически и делили рынок. 

Покорительницы и, особенно, покорители подиума в те годы работали моделями преимущественно за идею. Доход им приносил честный труд «челноков» и милиционеров. Доподлинно известно, что среди манекенщиков начала 1990-х нередко встречались фактурные участковые. Но если к большим гонорарам catwalk на фоне пластиковых баннеров Промстройбанка и «Недапейджинга» привести пока не мог, то дорогу в телевизор некоторым обеспечивал: многие модели Modus Vivendi, не снимая золотых танкистских шлемов и пятнистых треуголок дизайнера Владимира Бухинника, стали активно сниматься в клипах: Никита Алексеев и Александр Спесивцев составили компанию «Зайке» Филиппу Киркорову, а Галя Силичева подпевала «Иванушкам International» в видео про жестокие тучи. В конце 1995-го звезды сложились для модельного бизнеса в Петербурге самым оптимистичным образом. За два последних месяца года сюда приехали с показом уходящий с модной орбиты кутюрье Пьер Карден, Nina Ricci и две, без оговорок, супермодели — Клаудиа Шиффер и Ева Херцигова. 

Карден прибыл по личному приглашению мэра Собчака. Его задачей было выступить гарантом того, что город способен стать столицей Олимпиады. Логическая цепочка между Карденом и спортом выстраивалась слабо, но в 1995 году это никого не могло смутить. После визита на швейную фабрику «Первомайская заря» (где в 1960-е, кстати, выпускали модели выходных платьев по его эскизам) кутюрье отправился на показ собственной коллекции в Александринский театр. Дефиле публику озадачило. В особенности комментарий Кардена, что коллекция всесезонная и называется «Времена года». Прозрачные платья, отороченные мехом, демонстрировали манекенщицы «Феи» — и этот факт до сих пор значится на сайте агентства как одно из его главных достижений.

Через несколько дней в торжественно украшенном БДТ прошел благотворительный показ семидесяти пяти расшитых хрусталем — в рифму театральной люстре — и надежно застрахованных платьев Nina Ricci. А под занавес года состоялось событие еще более помпезное — шоу-показ «Праздник мировой моды» в Мариинском дворце. Клаудиа и Ева, чередуясь с моделями Modus Vivendi, показывали одежду прет-а-порте из бутиков Escada и Vanity. Шубы «Рот-Фронта» супермодели не надели с диковинной аргументацией «We are green». Восхищенная публика с радостью отметила, что супермодели тоже люди: Шиффер в одном из первых выходов споткнулась, а Херцигова вышла в колготках с зацепкой.

По итогам этой феерии было усвоено еще несколько истин. Во-первых, мода рядом. Во-вторых, мода — это театр. В-третьих, мода — это очень, очень дорого.

 

Татьяна Санаева, основательница модельного агентства Modus Vivendi:

«Когда мы начинали, то понятия не имели о том, как функционирует этот бизнес, опыта был полный ноль, так что учиться приходилось на собственных ошибках. Первые контакты с зарубежными модельными агентствами меня обнадежили: французы, немцы, итальянцы в один голос говорили комплименты, как красиво ходят мои манекенщицы, какая интересная манера показа, а агент Клаудии Шиффер во время ее визита в Петербург предложил контракт трем девушкам из Modus Vivendi. Они, впрочем, отказались надолго уезжать по личным причинам. Обо всех модельных агентствах города ходили настойчивые слухи, что манекенщицы подрабатывают более верным способом. За других не скажу, но мне приходилось очень осторожно лавировать, чтобы иметь спонсорскую поддержку от директоров банков и, получив от них вопрос “Таня, ну когда ты меня познакомишь с кем-нибудь из твоих?”, не подставлять девочек. Таких историй было очень много. Я негодовала и защищала манекенщиц, особенно в первые годы, когда был разгул бандитизма. С вечерних мероприятий уводила через служебный вход, следила, чтобы их развезли по домам. Мы стремились доказать, что модель — это профессия, которая заслуживает уважения. И кажется, достигли определенных успехов. Правда, последние спонсоры, оплачивавшие офис Modus Vivendi в начале 2000-х, такой подход не оценили и разорвали отношения с аргументом “Год платим, а с твоего агентства проку как с козла молока”».

 

Наталья Сиверина, модный обозреватель

На хрупкие плечи манекенщиц Modus Vivendi легла задача приучать городскую общественность к тому, что между понятиями «модель» и «продажная женщина» вовсе не обязательно ставить знак равенства, что это профессия, причем тяжелая. Тогда-то она и получила нормальный социальный статус. В Петербурге появление именно этого агентства положило начало цивилизованным отношениям в сфере модельного бизнеса. У дизайнеров появились новые возможности, публику стали приглашать на дефиле хорошего уровня. Но многие недолюбливают моделей из Modus из-за низкой дисциплины.

ВЕЗДЕСУЩИЙ

К миллениуму фэшн-жизнь города оформилась в «Дефиле на Неве» — первую регулярную неделю моды, по итогам которой можно было купить или заказать вещи с подиума. 30 марта 2000 года коллекции показали Таня Котегова, Олег Бирюков, Елена Бадмаева, Лариса Погорецкая и Наталья Меклер. Проходило действо по установившейся петербургской традиции во дворце, на этот раз в Строгановском. На первом «Дефиле» (как, впрочем, и на последующих) торжественность соседствовала с декадансом: в те годы дворцу вполне подошло бы название торта «Графские развалины». Реконструкция здания подошла к завершению только через десять лет.

В 2002 году, когда «Дефиле на Неве» исправно и не сбавляя темпов отработало две весны и две осени, у модельного бизнеса в городе обозначилась колея. Манекенщицы и дизайнеры начали ориентироваться на сезонный график, строить рабочие планы и серьезнеть на глазах. А у показов появился главный режиссер. Теперь официально. Постановщиком всех выходов «Дефиле на Неве» был выбран Сергей Луковский. Фактически в его руках аккумулировалась власть над тем, как будет выглядеть модный процесс Петербурга и какой походкой девушки и юноши устремятся по подиуму в светлое модельное будущее. 

Род его занятий и сегодня невозможно объяснить в двух словах. Иностранцу же не объяснить и в целой поэме. Профессии «режиссер модных показов» просто не существует — и в общероссийском классификаторе, и в трудовом договоре, и в словарях. Но это тот случай, когда громкое название скрывает не пустоту, а десяток сваленных в кучу и хаотично переплетенных функций. «Я могу зваться, например, директором проекта, — рассуждает Луковский. — Потому что сам занимаюсь всеми организационными вопросами вплоть до поиска необходимой техники. И кастинг-директором, потому что отбираю моделей для дефиле, самые яркие, востребованные, но не намозолившие глаза на европейских неделях лица. Не будет ошибкой считать меня хореографом показа: я работаю с девчонками на подиуме». Бродит шутка (возможно, самоироничная), что Сергей Луковский — это мероприятие «под ключ», от идеи до реализации: сценарий, декорации, музыка, поиск подрядчиков, технические задания, кастинг, разводка на подиуме, встреча и проводы гостей с хлебом, солью и поцелуем.

Слиться воедино все эти задачи могли, пока модная индустрия Петербурга только зарождалась и осторожно ощупывала себя. Где будут ручки, где ножки, а где голова, станет ясно спустя пять-семь лет — к тому времени, когда Луковский будет похозяйски расторопно отвечать за целый организм. Почему именно он Журнал «Мир модных», похожий по форме и наполнению на обложку CD, в начале века дал ответ одним случайным эпитетом в светской хронике: «вездесущий Луковский». Каким-то образом он успевал все: вести по два десятка показов на неделе «Дефиле на Неве», устраивать внесезонные шоу — ретросантехнический показ (с ванной и будуаром) бутика Joop! во дворце Белосельских-Белозерских, прогулку по пляжу в Манеже Кадетского корпуса на дефиле Котеговой (пять тонн песка и корабельные снасти), музыкально-драматический спектакль Princess and Frogs в Молодежном театре на Фонтанке (трехметровые кубики Рубика). А еще ставить вместе с Тамарой Москвиной номер «Калинка-малинка» для фигуристов Бережной и Сихарулидзе и самолично крутить фуэте в образе Эсмеральды в спектаклях труппы Мужского балета Валерия Михайловского.

Слева направо, сверху вниз: Анна Ерешко (PR-директор LMA, FALMA), Светлана Мельникова (event-mаnаgement), Елена Крыгина (make-up), Гоша Карцев (style, pro photo), Татьяна Мазина (style), Алсу (body language), Алексей Осипчук (beauty-прическа), Галина Голованова (директор Fashion School, куратор FALMA), Александр Нагорный (директор LMA), Ольга Либец (defile, training), Юлия Художникова (beauty-прическа), Сергей Луковский (босс)

Преподаватели FALMA и Fashion School Олег Романенков (fashion food), Наталья Шалыгина (beauty-визаж), Майя Попова (body language) со своими учениками.

Возможно, именно своим кручением Луковский довел модную жизнь города до кипения и пузырей. Появилось еще несколько модельных агентств, которые начали рассылать на уличную охоту скаутов: Avanstudio, Status (оно действует до сих пор) и «Арт-модель» (через несколько лет поглощено нагулявшей аппетит «Феей»). Проснулась активность и в «зоне сумрака»: на ТВ запустило рекламу агентство Vidi Vici, представитель нью-йоркского «Макларен, Ламберти и Гарсия», о котором в Нью-Йорке, впрочем, никто не слышал. За курс в школе моделей девчонки и мальчишки, а также их родители отдавали внушительные суммы. Когда цифры показались слишком серьезными и налоговой инспекции, фирма растворилась и возникла спустя время уже в Екатеринбурге. Интерес к миру моды проявляют теперь даже на государственном уровне: в мае 2004 года на показе в Нижнем парке Ораниенбаума меховые шляпки на манекенщицах с интересом разглядывает губернатор Валентина Ивановна. Город готов, и Сергей Луковский решается основать «еще одно» модельное агентство. По примеру родителя — вездесущее.

 

Александра Андреева:

«Сегодня, кажется, никого уже не раздражает, что LMA практически монополист, хотя это нехорошо для любой индустрии. Впрочем, интерес к моде упал, сама модная жизнь, на мой взгляд, сжимается, превращаясь в маленькие кружки по интересам вокруг каждого дизайнера — друзья, приятели, сочувствующие, немного клиентов. Наверное, это логично. Вспоминаю масштабные показы пятишестилетней давности: например, шоу Лены Бадмаевой в декабре 2005 года (ставил, естественно, Сергей Луковский), когда пол Молодежного зала Мухинского училища был выстлан натуральным газоном, засажен цветами и кустами, а манекенщицы дефилировали с живыми кроликами. При  этом смысл мероприятия — показать возможности дизайнера, получить заказы — терялся. Впрочем, ландшафтная фирма их, вероятно, получила. Сейчас такой размах уже вряд ли уместен, хотя стремление к театрализации по-прежнему существует. Но модельер уже не больше чем модельер. И мода уже не символ свободы. Все должно снова стать соразмерным своему значению».

 

Татьяна Санаева:

«Я обанкротилась как раз к моменту открытия LMA. И если бы захотела вернуться, то мечтала бы о таком партнере, как Сережа Луковский, — может быть, жестком, резком, немного фамильярном, но очень сильном и профессиональном. А конкурировать с ним — никогда и ни за что! Луковский молодец, его лидерство основано на том же, во что верю я: на активности, способности инициировать события. Вместо того чтобы сидеть и ждать у моря контрактов, я сама организовывала вечеринки, показы, приглашала молодых дизайнеров (например, Чапурина), находила спонсоров, просила, объясняла, рассказывала, звала прессу. Луковский тоже не сидит на месте. И если он, как говорят, переманил моделей у других агентств в начале своего пути, то честь ему и хвала. Значит, нашел, чем манить!»

 

Александр Нагорный, генеральный директор LMA:

«В 2005–2006 годах мы делали настоящие театральные шоу — сколько фантазии и сил на них уходило! Сейчас с фантазией и силами тоже все в порядке, но тех бюджетов уже нет. Сегодня Vertu, сигаретам, водке и прочим богатым спонсорам русская мода не особенно интересна. Скорее всего, потому, что изменилась публика. Пять, десять и тем более пятнадцать лет назад билет на дефиле, как на премьеру в Мариинский, был частью мира состоятельных людей. Показы шли во дворцах, и каждый был, без преувеличения, событием. Быть модным значило быть богатым. Обратная формула силы не имела, но вот эта была законом. Сейчас на показы в основном приходят блогеры, хипстеры, студенты — модные и бедные. Началась совсем другая история».

РОМАН ВОСПИТАНИЯ

 

Сергей Луковский, создатель LMA:

«Я часто думал о том, почему у LMA получилось. Некрасиво, наверное, так говорить, но я почти уверен, что все сложилось благодаря моему трудолюбию и желанию создать что-то интересное. Хотя я не люблю воспитывать моделей и давать уроки нравственности, иногда все же говорю им, что мы живем прежде всего для себя. И каждую секунду должны получать удовольствие от того, чем занимаемся. Причем в случае с работой это правило действует еще вернее: от с удовольствием сделанной работы удовольствие получат и все вокруг. Поэтому рядом со мной одни больные люди. Они одержимы своим делом».

Насчет «болезней» и методов воспитания Сергея Луковского ходят легенды: перед дефиле моделей оглушают криками, стегают плетьми, а особо провинившихся отправляют пылиться на склад. Про крики — правда. Но раз манекенщица — это пластилин, то она должна быть податливой, считает глава LMA и добивается нужного результата, надавливая на пластилин то тут, то там. После показа материал для лепки превращается обратно в милых девушек и юношей, перед которыми Сергей не забывает душевно извиниться. 

«Меня называют самодуром, устраивающим скандалы, еще по одной причине: я никогда не буду подстраиваться под публику, хотя шоу в любом случае делается для зрителей. Если при разработке идеи мне скажут, что это слишком сложно и “наши люди” не поймут, я скажу в ответ “извините” и еще “до свидания”. Будет так или никак. После сложного представления никто не признается, что ничего не понял. Особенно когда рядом журналист, культуролог или историк моды, готовый принять нечто нестандартное, охарактеризовать шоу словами “было круто”. Так что непонявшие скорее всего пойдут и почитают, что же именно крутого они увидели».

Луковский не считает, что его услуги стоят слишком дорого, и даже клянется, что интересный лично ему проект может осуществить бесплатно. А в остальном деньги как гарантия качества: «Под тем, что я делаю, всегда ставлю подпись — показ это, открытие магазина или презентация новой сигаретной пачки. Меня слишком хорошо знают в городе, чтобы я мог позволить себе обосраться».

Вообще, глава LMA не может себе позволить многого. К примеру, повторяться. На Aurora Fashion Week, как когда-то на «Дефиле на Неве», он делает в один день пять показов, и они должны быть разными. Потому что первый ряд на всех заполняют одни и те же критики, байеры и конкуренты. «Я обязан их раздразнить, — говорит Луковский. — Для этого мне каждый раз нужно найти один главный прием, с помощью которого будет отыграна структура шоу. Двум тысячам парикмахеров на показе Estel покажу театр призраков, почти мюзикл. Для клиентского дня Татьяны Котеговой прямо в магазине поставлю камерный подиум в десять метров и театральные профили, которые красиво и резко вырезают световую дорожку. Когда только начинаешь работать — у тебя свежие, пустые мозги. Идеи внутри них перемещаются вольготно, и кажется, что они очень яркие. Сейчас, после пятнадцати лет постановок, не все идеи находятся мгновенно. Но я знаю законы. Ищу новые приемы, технологии, покрытия, материалы, приборы. На заре LMA многое в постановке выполнялось за счет моделей. Они пели, плясали, приседали — было фэшн-кабаре. Сейчас театрализации достигаем благодаря декорациям, свету, звуку, реквизиту, инсталляциям. А модели работают достаточно сухо и просто. Для недавнего показа в честь столетия дома Trussardi в рамках Elle Fashion Days мы только декорации строили пять суток: покрытие подиума проклеивали в несколько слоев и неоднократно прокрашивали».

Впрочем, и сегодня моделям иногда доводится плясать: на шоу Estel шестьдесят манекенщиц смешались до полной диффузии с полусотней артистов балета. Луковский уверен, что координация и умение владеть телом для модели первостепенны: «Научишься складывать фиги на ногах — тогда и станешь профессиональной моделью». Это полезный груз его личного балетного прошлого: «Есть мнение, что балерина на пенсии рыдает, прижав к груди пуанты. Не сказал бы. Семь лет назад я ушел из труппы Валерия Михайловского и стал заниматься другим, не менее любимым делом».

Готовясь к показу, Луковский заказывает своим сотрудникам ресерч: один ищет информацию по истории костюмов, другой подбирает музыку в заданном стиле… «Лего» будущего дефиле собирают всей командой. Начальник подбрасывает в общий котел данные о личности дизайнера, потому что именно она, по мнению Сергея, будет определять стиль будущего показа. «Дизайнер —художник. Вокруг того, что он создал, все и будет вертеться. У нас этим часто пренебрегают. Модельеры устраивают шоу, но забывают сшить классную одежду».

Впечатливший Луковского пример эталонного дизайнера — Антонио Маррас. За час до дефиле он сидел в уголке и вырезал коллаж из фотографий: делал из моделей многоруких Шив в странных костюмах. И ни малейшего внимания не обращал на примерку, которая полным ходом шла рядом. Его работа была выполнена, коллекция готова. Дальше — дело постановщика.

 

Леонид Алексеев, дизайнер

Жил да был балетный персонаж Сергей Луковский и активно работал в этой сфере. Однако ему было тесно оставаться в рамках балета, и он очень стремился стать своим в моде, делал первые пробные показы, но пока еще не имел громкого имени. И на этой почве мы с ним познакомились: он хотел стать известнейшим фэшн-режисером, а я — из-вестнейшим фэшн-дизайнером. И так, взявшись за руки, мы и пошли с ним по жизни, пообещав во всем друг друга поддерживать. Я стоял у истоков создания LMA. Помню, в какой-то момент Сережа пришел и сказал, что хочет делать модельное агентство, и тогда я согласился ему помочь. Признаюсь, именно я поведал тот самый секретный рецепт, который позволил ему стать монополистом в Петербурге и «убить» всех. Естественно, я не признаюсь, что это за рецепт! Все, безусловно, держится на личной харизме и энтузиазме Сергея и его сотрудников, а также на полном спектре предоставляемых агентством услуг. Мало предоставить моделей, нужно сделать шоу. Вот чем уникален Луковский — он предлагает показ «под ключ»! Сережа отнсится к той категории людей, которые сами под себя создают индустрию.

 

Наталья Пурвин, бывшая манекенщица ЛДМО, директор модельного агентства Cats

LMA может считаться конкурентом только лишь потому, что забирает у нас часть показов. Я практически уверена, что оно очень скоро сойдет с дистанции, потому что таких, как Луковский, за время становления моей карьеры было действительно очень и очень много. Бизнес требует огромных сил и вложений, и не всегда это выражается в денежном эквиваленте. Он сейчас на волне, потому что якобы модный. А мода, как известно, меняется очень быстро.

Основатель LMA за своими многочисленными подвигами не забывает, что самые главные в его бизнесе люди — собственно модели. Сейчас в агентстве числятся больше двухсот пятидесяти юношей и девушек. Есть те, кто работает с Луковским по десять лет и кого он почтительно называет «актрисами». Есть тринадцатилетние малышки-самородки, которых можно выпускать на подиум без подготовки — и через пару месяцев они уже будут нужны на нью-йоркских показах.

МОДЕЛИ ДЛЯ СБОРКИ

Одно из самых ярких приобретений LMA — Василиса Павлова. Прошедшей осенью она отработала в общей сложности на полусотне показов недель моды в Париже, Милане и Нью-Йорке. Одно дефиле открывала, два закрывала. На балу модельных дебютанток очевидно стала королевой и на американских форумах проходит под кодовым именем Red-hot Russian. Сокровища сами плывут LMA в руки. Скаутинг агентство не практикует: «Мы очень заняты. В прошлом месяце было три-пять мероприятий в день, по сотне человек на каждом. Но существует заведенный порядок: по субботам в агентстве день открытых дверей. Каждую неделю на такой стриткастинг приходят около тридцати человек». Зато скауты работают у AFM — Andy Fiord Models. Это агентство основал год назад, отсняв композитки всем моделям Луковского, фотограф Андрей Фиорд. У AFM c LMA — кросс-маркетинг и судьбы сплетенье: модели первого представляют за границей интересы второго и наоборот. «Мы просто разорвемся, если будем пытаться поддерживать отношения с Токио и Парижем. А с AFM у нас очень длинные руки».

Надо сказать, что с AFM у Луковского еще и дружба. «Порядок такой: сначала личные связи, потом работа. Я зануда, очень постоянный человек и буду сотрудничать только с теми, кого хорошо знаю и кому доверяю на все сто». Такое постоянство долго оставалось невостребованным — Луковский признается, что до тридцати пяти лет у него вообще не было друзей, как у Мымры из «Служебного романа». Первым оборону прорвал дизайнер Леонид Алексеев, «интеллектуал, который иногда помогает оформлять бредовые идеи во что-то конкретное».
Самым сложным на тернистом пути господина оформителя петербургских мод Сергей Луковский считает человеческие отношения. Забраться на ту точку, с которой ему видны все фэшн-процессы города, основателю LMA, по его признанию, помогла «пси-хо-ло-ги-я». И умение, без которого невозможно крутить фуэте, — не поддаваться головокружению. Фиксировать взгляд на точке в прекрасном далеко.

 

Татьяна Санаева:

«Когда в середине 1990-х я впервые отправила моделей в Париж, то из агентства позвонили с беспокойством: “С вашими девочками что-то не то. Они всегда грустные, может, им не нравится?” А девочки не понимали, что мода — это бизнес, в котором важнейшей частью является умение продавать себя как картинку, как пластилин. Надо быть божественной на подиуме и невероятно обаятельной на бэкстейдже. Сколько бы раз я ни прошла на европейском кастинге мимо моделей — столько раз мне подарили сверкающую улыбку. А мои манекенщицы сидели квелые и надутые: “Мы что, дуры, целый день улыбаться?” Если на съемках фотограф спрашивал западную модель, все ли о'кей и не устала ли она, та отвечала, что все супер, а наша могла честно сказать: “Ну да, пожалуй, на сегодня хватит”. Многие девчонки выдумывали себе образ русской королевы, а получалась царевна Несмеяна. Потому что королева всегда открыта, доброжелательна, приветлива. Та же Шиффер на приеме в “Европейской” была наверняка ужасно уставшей — после перелета, репетиций, показа. Но она фотографировалась со всеми, кто к ней подходил, и от улыбок не чувствовала себя дурой. Надеюсь, сейчас выросло новое поколение моделей — владеющих языками, общительных, позитивных».

 

Александра Андреева:

«Основательницы первых модельных агентств не успели за временем. Не смогли перестроиться на новые реалии и составить правильную конкуренцию компании Луковского. Хотя, когда он свое агентство организовал, несколько моделей из “Феи” к нему перешли, видимо, он предложил более выгодные условия. Тогда говорили, что Сергей долго не продержится, что его затея — авантюра. Однако оказалось, он способен набрать опыт, учиться на ошибках. Забавно: теперь в LMA уверяют, что модная история города началась именно с их агентства. А те, кто делал ее до Луковского, наоборот, полагают, что на них-то как раз все и кончилось. Умеем мы разрывать связь времен…»

 

Василиса Павловамодель

Еще совсем ребенком, в четырнадцать лет, я впервые пришла на популярнейший в Петербурге кастинг агентства LMA, который проходит по субботам на 6-й Советской улице. Помню, как Сережа Луковский с важным видом рассказывал всякие небылицы и выглядел настоящей Снежной королевой. Я почувствовала себя очень маленькой, а все вокруг вызывало трепет. Тогда меня отшили и отправили домой, но через год я сильно выросла, пришла снова, и с той поры началась моя работа с Луковским. Только не знакомому с ним человеку кажется, что он холодный, — на самом деле Сережа очень чуткий, всегда объяснит тебе задачу и даст советы, как вести себя с коллегами и посторонними. Его часовые репетиции, конечно, всех изматывают, ведь Луковский перфекционист, но так и должно быть. Сейчас я редко участвую в показах и снимаюсь в Петербурге, только за границей, однако к LMA у меня сохранилось теплое родственное чувство. Благодаря опыту, полученному в LMA, мне легко работать в Европе. Так называемая фэшн-индустрия в Петербурге довольно уныла, люди устраивают показы, только чтобы разнообразить свою жизнь. Луковский же превращает эти дефиле в яркие, уникальные шоу. Во-первых, потому что доводит все до идеального состояния, а во-вторых, у него хорошие модели! (Смеется.)


  • Автор: Лена
  • Опубликовано:

Наши проекты

Комментарии (1)

Авторизуйтесь
чтобы оставить комментарий.

  • Гость 3 авг., 2014
    Комментарий удален

Читайте также

По теме