Плазма переболевших COVID-19 спасает самых тяжелых пациентов. Вот как устроено экспериментальное лечение

Врачи сообщают: плазма крови переболевших COVID-19 может спасти жизнь тяжелым больным с коронавирусной инфекцией. В Петербурге только готовятся использовать этот метод лечения, в Москве донорами стали уже 60 человек. В их числе чемпион мира по кайтсерфингу Петр Тюшкевич, который сам боролся с коронавирусной инфекцией. 

Сегодня стало известно, что в Москве после переливания плазмы крови переболевших выздоровели трое тяжелых пациентов с коронавирусом. Двоих выписали из стационара уже на 10-й день после проведения процедуры, еще одного — на 14-й. Кровь переболевших COVID-19 может содержать антитела, которые при введении в организм другого человека позволяют бороться с заболеванием. Это не вакцина: когда мы получаем прививку, в ответ организм формирует активный иммунитет, вырабатывает антитела самостоятельно. Тут же речь идет о заместительной, пассивной иммунотерапии. Однако чиновники от здравоохранения видят в методике большой потенциал. 

Она применяется не только в России, но и в Китае, Германии, США. FDA (главный американский медицинский регулятор) разрешил использовать переливание плазмы крови только в исключительных случаях, когда существует угроза жизни для пациента. То есть эффект от процедуры должен превышать возможные риски от нее. В Москве донорами стали уже 60 человек, перенесших коронавирусную инфекцию.Один из них— чемпион мира по кайтсерфингу Петр Тюшкевич, которого выписали из больницы после перенесенного COVID-19 три недели назад. Вот что он рассказал «Собака.ru»: 

 


Петр Тюшкевич

 

«Утром сдал 600 миллилитров плазмы, которая требуется взрослому пациенту с тяжелым течением COVID-19 в Клиническом госпитале Лапино. У нас обоих — третья положительная группа, ее искали по всей Москве на протяжении нескольких дней. Мне упало около 10 писем на почту по этому поводу от совершенно разных людей.

Не могу сказать, что сдача крови переносится в моем случае совсем безболезненно. Но, несмотря на сохраняющуюся слабость после пневмонии, я все равно чувствую себя лучше, чем тот мужчина в критическом состоянии. Так что проигнорировать просьбу о помощи я не мог.

Кстати, когда я только выписался из больницы, в моей крови было малое количество антител к коронавирусу — недостаточное для того, чтобы быть донором. Но буквально за неделю этот показатель вырос в 5-6 раз. Такая ситуация, как я понимаю, наблюдается у многих переболевших — у одного из моих знакомых титр антител подскочил в 60 раз за время восстановления.

Это не первая моя сдача крови, я уже сдавал ее и для донорства, и для различных научных исследований. Наверное, окажусь в кресле с внутривенным катетером еще не раз. В принципе у меня яркий клинический случай: когда я лежал в Коммунарке, меня досконально проанализировали, плюс было точно подтверждено, что я болел именно COVID-19. Так что врачи ко мне обращаются за помощью, когда ищут кровь переболевших. Ну и я достаточно покладистый. Не все соглашаются по 300 раз приезжать в лабораторию, поэтому они меня и мучают. Надеюсь, это кому-нибудь поможет!»

А что в Петербурге?

Петербургские врачи также сообщали о том, что переболевшие дадут шанс на спасение пациентам с тяжелыми коронавирусными пневмониями. Но на сегодняшний день сбор крови для этих целей еще не стартовал — во всяком случае, официальных сообщений по этому поводу не было. «Мы проработали организационную и юридическую схему осуществления данной процедуры, готовится соответствующий приказ», — рассказывала главврач городской станции переливания крови Татьяна Засухина.

Глава рабочей группы по противодействию распространению коронавируса в Петербурге, академик Евгений Шляхто на прошлой неделе объяснял, что до Петербурга пока не дошли сами тесты на определение антител и иммунитета к COVID-19. Когда они появятся в городе, врачи смогут исследовать переболевших петербуржцев, а также у доноров крови — тех, кто сталкивался с тяжелыми пневмониями за последние три месяца. Возможно, кто-то из этих людей уже переболел коронавирусом, и их плазму также можно использовать для лечения тяжелых больных.

Откуда взялся метод и в чем его подводные камни? 

рассказывает Оксана Станевич, врач-инфекционист ПСПбГМУ им. Павлова

Это далеко не первый случай применения плазмы или иммунной сыворотки (так называют плазму, лишенную фибриногена и содержащую антитела к возбудителю инфекции) для пациентов с инфекционными заболеваниями — основанием к нынешнему экспериментальному лечению стал опыт использования таких препаратов крови в прошлом. 

Так, метод применяли еще для лечения гриппа испанки в 1918-1919 гг, позднее — для лечения Аргентинской геморрагической лихорадки (ареновирусы) в 1970-х годах, геморрагической лихорадки Эбола в 1995 году, гриппа H1N1 в 2009 году, коронавирусной инфекции SARS в 2003-2004 гг. Во время всех этих эпидемий применение иммунной сыворотки показывало хорошие результаты — выживаемость больных, получивших ее, несмотря на возможные побочные эффекты от такого лечения, намного улучшалась. 

Кроме того, существует налаженное производство гипериммунных сывороток от конкретных инфекционных заболеваний. Речь идет о противодифтерийной, противоботулинической, антирабической (против бешенства) сыворотках. Они настолько эффективны, что их применение — это вопрос спасения жизни пациента. Существует и иммунные сыворотки против яда змей.


Метод применяли и во время пандемии «испанки» 100 лет назад, и для лечения гриппа H1N1 в 2009 году.

Однако, говоря о лечении плазмой или иммунной сывороткой, следует иметь в виду и вероятные побочные эффекты терапии. Они как раз и ограничивают моментальное одобрение таких препаратов организаторами здравоохранения. В частности, при введении иммунной сыворотки должны учитываться совместимость по группе АВО и резус-фактору для исключения краткосрочных осложнений введения препарата. Должно быть сопутствующее пристальное наблюдение за больным с постоянной готовностью введения больших доз глюкокортикостероидов из-за риска анафилактического шока. Должна быть, наконец, тщательная проверка плазмы от донора так, чтобы в ней точно не оказалось возбудителя инфекции — для этого нужно применить наиболее чувствительные тест-системы. 

В связи с перечисленными проблемами — одобрять иммунную сыворотку для лечения пациентов с COVID-19, например, FDA не торопится. Но, понимая важность любой терапии (несмотря на побочные эффекты) в случае тяжелой или скоротечной формы болезни, FDA одобрила несколько легитимных форм лечения пациентов антисывороткой против SARS-CoV-2: 1) в рамках клинического испытания у пациентов со среднетяжелой формой болезни, 2) у тяжелобольных вследствие отсутствия этической возможности включения их в клиническое испытание, 3) по запросу лечащего врача в каждом индивидуальном случае.

Что касается российского опыта: думаю, что до официального включения иммунной сыворотки в клинические рекомендации по лечению COVID-19, пройдет какое-то время. Так или иначе, даже если разрешение от Минздрава будет получено, пассивная иммунизация такой сывороткой будет правильно и эффективно действовать лишь при назначении ее группам риска тяжелого течения в ранние сроки заболевания, и длительность эффекта будет около 2-3 недель.

Катерина Резникова,
Комментарии

Наши проекты