Императорскому фарфоровому заводу — 275 лет! Что показывают на юбилейной выставке старейшего бренда города?

Императорскому фарфоровому заводу — старейшему бренду Петербурга — в этом году исполнилось 275 лет. В филиале Государственного музея истории Санкт-Петербурга в Петропавловской крепости показывают 1000 предметов хрупкого искусства: от императорских сервизов 18 века до статуэток по эскизам Михаила Шемякина. «Собака.ru» поговорила с куратором выставки Эльвирой Пияевой и узнала, как от копирования немецких образцов и «камуфлирования» ошибок отливки золотым порошком мастера завода пришли к оригинальным узорам и формам, например, «кобальтовой сетке».

  • Чайник из «Собственного» сервиза. Форма и роспись восстановлены в 2010 году по образцу декора «Собственного чайного сервиза» императрицы Елизаветы Петровны 1759–1762 годов. АО «Императорский фарфоровый завод»

Основоположником производства фарфора в России был Дмитрий Иванович Виноградов — соученик и товарищ знаменитого ученого Михаила Ломоносова. За небольшой срок Виноградов сумел изобрести надежный рецепт изготовления качественного белого фарфора и наладить производство мелких пластических форм, начав с небольших предметов. Среди них — чашка для горячего шоколада, украшенная цветочным орнаментом, которая навсегда вошла в историю русского фарфора. Чашка была изготовлена в 1749 году, и сейчас ее точную копию можно увидеть на выставке.

Одним из первых крупных произведений Виноградова стал «Собственный Ея Величества» сервиз, предназначенный для парадных обедов императрицы Елизаветы Петровны. Печи для обжига тогда были небольшими, поэтому и предметы изготавливались маленькие. Обжиг одной вещи не только требовал времени — сама процедура была рискованной, потому что рецепт фарфора все еще находился в стадии разработки и процент брака был высоким. Кстати, золотой порошок, которым покрыты предметы сервиза, был разработан Виноградовым не только из эстетических соображений. Он должен был скрыть дефекты, допущенные при отливке и обжиге формы. В 50-х годах конструкция печей для обжига была усовершенствована и началось производство крупных форм.

Сначала мастера «Невской порцелиновой мануфактуры» (так до 1756 года назывался ИФЗ) полностью повторяли изделия Мейсенской мануфактуры в Саксонии, которая до появления в Петербурге собственного фарфорового производства была основным поставщиком императорского двора. Мастера копировали не только форму посуды, но и орнамент. Знаменитый мейсенский сухой букет и «плетеночка» с точностью воспроизводились на столовых предметах богатейших семей России. Только с течением времени немецкий декор в исполнении отечественных мастеров стал приобретать русские черты и характер.

  • Бюст Екатерины II, Жан-Доминик Рашетт, 1793 год

  • Чайная пара, 1836–1855 годы

  • Реплики предметов «Гурьевского сервиза»

Во время правления Екатерины II началось  массовое производство фарфора, конечно, для придворных. На выставке представлены тарелки, которые шли массовым тиражом с маркировкой «придвор» и огромное блюдо с маркировкой «Екатерина». Это подлинная тарелка из «Ялтинского» сервиза, которая была сделана для путешествия в Крым, в сервизе было более 1000 предметов, потому что свита — большая, а всех нужно было накормить.

От вкуса и предпочтений российских императоров зависело то, как именно будет выглядеть фарфор, в какой стилистике мастера будут его расписывать. Эпоха Александра I — это время невероятной популярности стиля ампир. Работа над важнейшим фарфоровым шедевром той эпохи, «Гурьевским» сервизом, началась еще в 1809 году под руководством скульптора и модельмейстера Степана Пименова. Производство заняло 16 лет, в это время страна пережила Отечественную войну 1812 года. После победы над наполеоновской армией в искусстве господствовала народная тематика, а художники обращались к русским типам вместо античных героев. В «Гурьевском» сервизе ампирные формы и декор самих предметов поразительным образом сочетаются с изображением крестьянок, солдат и партизанов.  «Гурьевским» сервиз назвали по имени графа Дмитрия Гурьева, в ведении которого находился в тот период Императорский фарфоровый завод. Этот масштабный проект окончили к началу правления Николая I, которое в истории русского фарфора ознаменовалось нахождением особого способа золочения фарфора. Поэтому сохранившиеся изделия николаевского периода отличаются качеством, мягкой полировкой, блеском и прочностью позолоты.

В 1918 году завод был национализирован, вместо Императорского фарфорового завода он стал Государственным фарфоровым заводом. Изменилась и его официальная маркировка — отныне на тыльной стороне предметов значилось ГФЗ вместо ИФЗ. В 1925 году, в связи с 200-летием Российской Академии наук, заводу было присвоено имя М.В. Ломоносова, и предприятие получило официальное наименование Ленинградский фарфоровый завод имени Ломоносова (ЛФЗ). В честь этого события изготовили специальное блюдо, на котором все действующие на тот момент художники завода оставили свои подписи. Сейчас руководство завода думает о том, чтобы повторить подобную акцию в честь 300-летнего юбилея, который отметят в (не)далеком 2044 году.

К моменту национализации на складах осталось большое количество «белья» — чистых белых тарелок без росписи. Однако все эти предметы были уже промаркированы. На тыльной стороне их донец стояла печать николаевского времени, что делало их непригодными для использования в рамках новой идеологии. При этом советская власть рассматривала продукцию завода как потенциальный способ массовой агитации, поэтому было решено не пускать заготовки в расход. Место со старой маркировкой закрашивалось, и на ее место ставилась новая — серп, молот и шестеренка. Печати николаевского времени исчезли, зато изображения революционных героев тех лет украсили посуду. И персоналии пяти декабристов отлично подходили на эту роль.

После национализации изменилось не только имя завода, но и задачи — «сохранив лучшие традиции русского художественного фарфора, выработать агитационный фарфор в высоком смысле этого слова». Художественным руководителем ЛФЗ назначили Сергея Чехонина — «мастера советского ампира». Художник создал собственную школу росписи по фарфору, а на агитационных тарелках появились его шрифты. Шрифтовые работы мастера вы можете увидеть во многих знаменитых книгах тех лет, например, на обложке издания Джона Рида «10 дней, которые потрясли мир» 20-х годов. Визитная карточка Сергея Чехонина — орнамент «Роза и маска», реплика которого представлена на выставке. Под руководством Чехонина в разработке агитационного фарфора принимали участие ведущие художники того времени. В разное время на заводе работали Борис Кустодиев, Кузьма Петров-Водкин и Казимир Малевич. Последний изобрел знаменитую авангардную форму «Чайник Малевича». Современная художница ИФЗ Инна Олевская взяла за основу эту форму и изобразила на ней знаменитые черный и красный квадраты Малевича.

  • Чайник из состава сервиза Кобальтовая сетка» по образцу 1950-х годов. АО «Императорский фарфоровый завод»

После Великой отечественной войны в силу вступает принцип «фарфор в каждый дом». Все помнят эпоху сервантов, когда люди с удовольствием покупали статуэтки зверушек. В 50–60-е годы фарфор становится украшением интерьера, а люди начинают уделять больше внимания эстетике собственных домов и квартир. Популярными стали сервизы формы «Тюльпан», которую Серафима Яковлева разработала еще в 1936 году. Еще один бренд ИФЗ — это орнамент «Кобальтовая сетка», придуманный в 1946 году. Его создательница Анна Яцкевич использовала мотив, который прослеживается еще в сервизах времен Елизаветы Петровны, но именно Яцкевич придала ему завершенную форму. В своих воспоминаниях она пишет, что орнамент — ее впечатление от перекрещенных лучей прожекторов в блокадном городе. Сочетание формы «Тюльпан» с кобальтовой сеткой дало тот самый знаменитый до сих пор сервиз.

Целый раздел выставки посвящен типам людей, населявших Санкт-Петербург в разное время. Здесь представлены реплики на фарфоровые статуэтки 18–19 века — дамы в парадных платьях с кавалерами, советский фарфор 50-х годов — ученики, суворовцы, дети на елке, купальщицы, юные балерины, и современные вариации на тему городского жителя — скейтеры, модели, бодибилдеры, дамы с собачкой в версии 21 века. Знатоки петербургской арт-сцены узнают в одном из фарфоровых портретов Александра Боровского — заведующего Отделом новейший течений Русского Музея. Композиция художницы Инны Олевской с говорящим названием «Тусовка» выделяется не только ярким колоритом, но и технической сложностью исполнения. Технология фарфора такова, что каждый элемент отливается и обжигается отдельно, потом соединяется, потом глазурируется. Каждая форма музыканта состоит как минимум из 20 отдельных элементов — кепка козырька, прическа, носок ботинка.

Многие удивятся, увидев на выставке знакомое имя Михаила Шемякина, ведь прославленный художник работает еще и с фарфором. Эти статуэтки — часть «Фарфорового театра» — проекта, который он реализовал совместно с ИФЗ и представил на международной парижской выставке несколько лет назад. Балет «Щелкунчик» Чайковского, поставленный в Мариинском театре с декорациями и костюмами работы Шемякина, вдохновил автора на создание коллекции фарфоровых персонажей, любимых всеми с детства. Эти статуэтки отличают филигранная проработка деталей в традициях европейского фарфора 18 века и особый колорит росписи.

Текст: Виктория Григоренко
Фотографии: Предоставлены пресс-службой музея, Виктория Григоренко


Государственный музей истории Санкт-Петербурга
Петропавловская крепость
Невская куртина
27 мая –15 сентября 2019 года

Александра Генералова,
Комментарии

Наши проекты