«Источник счастья для меня — артист» — Владимир Варнава и Сергей Полунин о будущем балета

Самый востребованный российский хореограф выпустил два балета в Мариинском театре — «Ярославна. Затмение» и «Петрушка».

У хореографа Владимира Варнавы берет интервью танцовщик Сергей Полунин

  • На Тимуре: плащ Michael Kors (ДЛТ), плащ Space Lock (Space Lock); на Артуре: бомбер Gucci (ДЛТ), кимоно «Ваня Борисовна» («Ваня Борисовна»); на Владимире: жакет и брюки Celine (ДЛТ), сандалии «Ваня Борисовна» («Ваня Борисовна»), часы Rolex (Mercury/ДЛТ); на Яне: шуба Space Lock (Space Lock); на Кристине: комбинезон Saint Laurent Paris, серьги Marni (все — ДЛТ), босоножки Space Lock (Space Lock)

  • Сергей Полунин

Сергей Полунин: С моей точки зрения, самое главное в балете — идея. Но ее тяжело найти: я, например, могу показать зрителю движение, а концепцию — это уже задача посложнее. У тебя есть универсальный рецепт, откуда взять замысел?

Владимир Варнава: Это интересный вопрос, с чего в принципе начинать спектакль: с музыки — популярное мнение, что она во главе угла, — или с выбранного сюжета, без которого многие художники легко обходятся. Я сомневался, пока не прочитал в мемуарах Михаила Фокина «Против течения», что танец может начинаться с чего угодно. А я верю своему любимому хореографу. Фокин очень разнообразен: у него есть и воздушная «Шопениана», и чувственная «Шахерезада», и дикие «Половецкие пляски». Я вижу, что эти спектакли имели различные по своей природе творческие источники и причины, чтобы появиться на свет.


Можно поставить спектакль, имея в виду себя одного, но постоянно работать так — безрадостно

Сергей: Слова Фокина придали тебе уверенности или ты все равно преодолеваешь каждый день ступени, чтобы убедиться в своей правоте?

Владимир: Конечно, ты борешься с собой ежеминутно. Вот сейчас я придумываю какую-нибудь сцену для «Айседоры» — балета об Айседоре Дункан и Сергее Есенине на музыку «Золушки» Прокофьева, который я ставлю в Америке. А потом во время работы с артистом оказывается, что все это никуда не годится и надо начинать сначала: заново бороться со своими сомнениями. Бывает, что тебя в этот момент подхватывает артист и ты отталкиваешься от его энергетики.

Сергей: Один хореограф сказал мне, что ваша профессия — «одинокая» и многие от этого страдают.

Владимир: В моем случае отстраненность возникает, когда работаешь в агрессивных условиях выпуска: мало времени для репетиций и уставшие артисты. Тогда приходится рассчитывать исключительно на себя. Но все же моя любимая форма взаимодействия во время постановочного процесса связана с тотальным доверием к артисту, у которого есть желание что-либо создавать совместно. Мы обмениваемся мыслями, идеями, и возникает определенная сцепка.

  • Плащ Space Lock (Space Lock), свитер Jil Sander (DayNight), часы Rolex (Mercury/ДЛТ) На предыдущем развороте слева направо: на Тимуре: плащ Michael Kors (ДЛТ), плащ Space Lock (Space Lock); на Артуре: бомбер Gucci (ДЛТ), кимоно «Ваня Борисовна» («Ваня Борисовна»); на Владимире: жакет и брюки Celine (ДЛТ), сандалии «Ваня Борисовна» («Ваня Борисовна»), часы Rolex (Mercury/ДЛТ); на Яне: шуба Space Lock (Space Lock); на Кристине: комбинезон Saint Laurent Paris, серьги Marni (все — ДЛТ), босоножки Space Lock (Space Lock)

Сергей: Ты знаешь, для танцовщика — это большой подарок, если хореограф интересуется его мнением.

Владимир: Все просто: мне нужны артисты, а артистам нужен постановщик, и это нормально. Можно поставить спектакль, имея в виду себя одного, но постоянно работать в таком качестве безрадостно. Танец — это диалог, и на пересечении энергий каждого участника рождается что-то новое.

Сергей: Когда ты решил стать хореографом?

Владимир: Первое воспоминание, связанное с профессией, — детство. Мои родители — художники, и в возрасте пяти-шести лет я представлял: папа рисует декорации, мама — костюмы, а я что-то придумываю на сцене. Это все было очень неосознанно. Чуть позже в колледже, где я учился по классу «артист народного танца», был предмет «искусство балетмейстера», самый любимый, который помогал разобраться с разными жизненными вопросами и с собой.

 

 

Сергей: Я всегда ставлю перед собой цели, а достигнув их, придумываю что-то новое: в школе хотел быть золотым медалистом, в театре — стать солистом. Так устроен мой мозг. Как ты ставишь себе цели?

Владимир: Они возникают постоянно — мне интересно браться за работу разного калибра, за что-то неизвестное. В балете «Петрушка» одной из задач было освоение сложной музыки Стравинского. В «Ярославне» — создание трехактного балета на шестьдесят артистов с хором и оркестром, где я открывал новые для себя приемы взаимодействия с большой формой. Последний мой челлендж заключался в создании бессюжетного балета «Ткани» на музыку Red Hot Chili Peppers cо Златой Ялинич в главной партии — и это тоже было непросто, но интересно. Получилось концентрированное высказывание в стиле контемпорари дэнс — как я его вижу. Если в детстве у меня была мечта поставить спектакль, то сейчас — научиться ставить хорошие спектакли. Мне кажется — я еще в начале пути.

 

 

Сергей: Что в твоей жизни становится источником вдохновения и счастья?

Владимир: Импульсом для вдохновения может быть что угодно: авангардная живопись, парады, которые напоминают о фотографиях Родченко, искусство Кандинского, высокие технологии и даже комиксы. Я очень люблю кино. Когда-то больше обращал внимание на актерскую игру, анализировал индивидуальный почерк, считывал движения. Сейчас баланс сил в моей жизни распределился таким образом, что меня затягивает общая режиссура, работа камеры, свет, композиция в кадре. А источником счастья может стать артист, с которым я могу развивать новые идеи. Считаю, хорошо бы ввести в балетных училищах для будущих артистов предмет «хореография». Думаю, понимание между танцовщиком и хореографом будет тогда на другом, подкожном уровне.


Источник счастья для меня — артист

Сергей: У тебя есть мечта? Пусть даже она неосуществима.

Владимир: Возможно, мы доживем с тобой до времени, когда профессия хореографа станет совершенно иной и можно будет ставить, например, в абсолютной невесомости — я, конечно, хотел бы поучаствовать в таких проектах. А если говорить о более реальном — хочется открыть свой театр и уже поработать с тобой!

Сергей: Я думаю, ты сделаешь свою труппу совсем скоро. А что касается меня, то я потому и решился взять это интервью, чтобы лучше тебя понимать.

Владимир: У меня тоже есть к тебе вопрос. Известный факт, что ты на несколько лет покидал балет. Почему?

Сергей: Я был очень разочарован индустрией, в которой живет нездоровая атмосфера постоянной борьбы всех против всех. Даже была зависть к футболистам, которые очень объединены внутри команды, потом — к кино, где все работают ради общей цели. А ушел я из-за слабости, не пытаясь поменять порядок внутри балетного мира. Спустя же шесть лет у меня появилась уверенность, что все можно изменить. Я бы хотел создать хорошую инфраструктуру для балета с отличными менеджерами, директорами, юристами, агентами — этого не хватает. Тогда появятся деньги, чтобы платить артистам, строить хорошие декорации, нанимать лучших композиторов, и качество самого искусства повысится: просто не будет лишних бытовых мыслей. Но для этого всем нужно объединиться.

Владимир: Готов подписаться под каждым словом.


Владимир Варнава дважды получал премию «Золотая маска» в номинации «Лучший артист балета». В балетах хореографа танцевали Диана Вишнева и Иван Васильев, он ставил спектакли в Мариинском театре, Балете Монте-Карло и Пермском театре оперы и балета. Премьера трехактного балета «Ярославна. Затмение» Бориса Тищенко была показана в июне прошлого года на фестивале «Звезды белых ночей», а «Петрушка» Игоря Стравинского — в ноябре на открытии Культурного форума. Оба спектакля в Мариинском театре идут в насыщенной гэгами и отсылами к поп-культуре сценографии художника-постановщика Гали Солодовниковой. В этом году хореограф готовит балет «Айседора» на музыку «Золушки» Сергея Прокофьева с прима-балериной Ковент-Гардена Натальей Осиповой в заглавной партии — мировая премьера этого проекта, продюсируемого агентством Ardani Artists Сергея Даниляна, состоится в калифорнийском Сегерстрем-центре в августе.

МЕСТО СЪЕМКИ

Здание штаба второго корпуса ПВО

Басков пер., 16

Во время блокады штаб второго корпуса ПВО был одним из самых важных стратегических командных пунктов обороны Ленинграда. Во дворе долгое время засекреченного здания находится подземный бункер, доступ в который закрыт до сих пор.

Благодарим КГИОП и лично Ксению Черепанову; Филиал ВГУЮ (РПА Минюста России) и лично Александра Солдатова за помощь в организации съемки

Благодарим фокусника Тимура Казакова, ходулистов Яну Кузнецову и Артура Шестакова; Prana Group за помощь в организации съемки

Фото: Юлия Плахотникова
Текст: Ольга Угарова
Стиль: Эльмира Тулебаева
Грим: Елизавета Лисоводская, Татьяна Перова
Визаж и прическа: Ника Баева


«Собака.ru» благодарит за поддержку партнеров премии «ТОП50 Самые знаменитые люди Петербурга 2018»:

главный универмаг Петербурга ДЛТ,

Испанский Ювелирный Дом TOUS,

Nespresso

andrey,
Комментарии

Наши проекты