Интервью с Кириллом Сергеевым (Kito Jempere)

Музыкант и продюсер Kito Jempere, известный по электронным проектам Uniquetunes и Saint Petersburg Disco Spin Club, создал свой лейбл Fata Morgana, выпустил альбом Objects в коллаборации с участниками групп On-the-Go и Tesla Boy, а к лету готовит новый сборник.

В андеграундной тусовке вы заметный персонаж. Благодаря чему вам удалось выстрелить?

«Выстрелить» — это очень петербургское слово. Раньше было узкое пространство предварительного отбора: СМИ и музыкальные магазины формировали музыкальную индустрию. А сейчас Интернет предоставляет огромный выбор, где решает твоя тусовка друзей. Ты листаешь ленту «Фейсбука» и считаешь, что мир на этом заканчивается. Но это не так. И релиз на лейбле, который очень ценится среди знакомых, оказывается незамеченным широкой аудиторией. Поэтому в современном мире выстрелить практически невозможно. Из-за обилия информации слушатель уже ничего не хочет получить от музыки. Из зоны искусства она перешла в сферу обслуживания и представляет собой нечто среднее между тем, что человек хочет услышать, и тем, что ему дают клубы и медиа. Сегодня путь становления музыканта, нужный для ощущения сопричастности к чему-то глобальному и успокоения собственного эго, стал быстрее и легче, но явно потерял в объеме.

Расскажите тогда про свой путь становления.

С шести лет я занимался на фортепиано, и тогда я музыку не любил — она представлялась мне математикой. У меня нет чувства ритма, а слух я испортил расстроенным инструментом. В 1995 году отец повел меня в магазин компакт-дисков, и я выбрал Atom Heart Mother группы Pink Floyd просто по обложке. Тогда же я услышал Something Against You Фрэнка Блэка: он играл на раздолбанной гитаре и просто орал. Я понял, что это тоже музыка, она точно меня трогает и я хочу так же. В исполнении Блэка сошлось все: как человек говорит, ведет себя на сцене, как выглядят обложка и видеоклип. С тех пор я принимаю только такой подход. В десять лет я начал писать песни, где-то до сих пор хранится тетрадь с четырьмя сотнями песен на русском и английском. В двенадцать играл в моей первой школьной группе «Фикалии», нашей «фишкой» было сильное ускорение записи с использованием простейшей программы 486-го «Пентиума». Потом я увлекся Sonic Youth и собрал новую рок-группу. После выступал в «Орландине» с коллективом Naked Lunch. Самое забавное, тогда я думал: гитары рулят, а синтезаторы для лохов. Прошли годы, я пересел на синтезатор и переключился на электронную музыку. Собралась группа Uniquetunes, просуществовавшая семь лет, — мы делали драмн-бейс, и я был уверен, что прямая бочка для лохов. А сейчас я пишу условный хаус под именем Kito Jempere и играю в составе электронного проекта Saint Petersburg Disco Spin Club. В 2012 году с группой SPDSC мы записали альбом в студии «Галерная, 20». И недавно отыграли концерт, из записи которого возьмем два трека в следующий сборник. Мне нравится наш непринужденный формат: в первую очередь мы рады повидать друг друга, потому что большинство ребят живут в Москве. У нас нет никаких амбиций, кроме как записать классную песню. Но самое значительное, что я сделал в своей жизни, — это самостоятельный альбом Objects, вышедший в мае прошлого года.

Выходит, каждый раз, меняя свои предпочтения, вы совпадали с временем и модой на музыкальные течения?

С Uniquetunes мы делали очень сложную музыку на восемь человек. Но однажды я взял дома семплер и сочинил самую простую конструкцию с простыми барабанами 4х4 — позже я понял, что это хаус. Получается, мой первый удачный трек Love Spin был придуман не специально, а случайно. В то время slomo house был на пике, но я об этом просто не знал. Я не читаю прессу, не копаю, не интересуюсь. Мне нравится ничего не знать, чтобы сохранять свой почерк. И еще я ленивый, причем настолько, что, если хочу послушать что-то определенное, вместо просматривания роликов на YouTube пишу свою композицию. Мне говорили, что мое звучание напоминает саунд афроамериканцев из Детройта, а я просто беру схожий инструментарий и делаю нечто исходя из своего вкуса. Трек выходит простой и неправильный, но из-за этого кому-то интересный. Зато у меня развиты менеджерские качества: я могу себя заставить дожать сделанное. Задача музыканта — попасть в радар обывателя. При этом я хорошо отношусь к слову «обыватель», я сам такой. Вечером прихожу домой к жене, включаю старую серию «Что? Где? Когда?» и стараюсь дать ответ раньше знатоков. Моя жизнь никак не похожа на жизнь рок-героя, для которой необходима огромная сила воли. Еще в школе я понял, что никогда не стану суперзвездой, буду сидеть серой мышью, но зато стану профессионалом в своей нише. Я четко понимаю, для чего создаю музыку: чтобы кто-то в будущем послушал ее и сделал что-то значительное.

А вам нужно знать, что именно благодаря вам кто-то открыл Америку?

Нет, не надо. И даже догадываться не хочу. Музыка — это совершенный вид искусства, потому что оставляет место для воображения и самоопределения. Если книга дает конкретные визуальные образы, то здесь ты сам устанавливаешь значения, с которыми будешь идти по жизни. Так музыка становится твоей памятью. И я здесь ни при чем.

Имея диплом продюсера музыкального шоу-бизнеса, сегодня Кирилл — промоутер бара «Дом быта». Вместе с группой Uniquetunes он участвовал в спектакле «Медея», поставленном Джулиано Ди Капуа. Над альбомом Objects работали Александр Лестюхин из техно-дуэта Poima, диджей Леонид Липелис, Сергей Липский из Simple Symmetry, вокалистка Яна Блиндер, Дмитрий Мидборн из On-the-Go, эскиз обложки рисовал Александр Рипли из Esquire.


Текст: Наталья Наговицына
Фото: Алексей Костромин


Наши проекты

Комментарии (1)

Авторизуйтесь
чтобы оставить комментарий.

  • Demetrius Korotkov 12 марта, 2015
    отличное интервью!

Читайте также

По теме