Владимир Потин

Он хотел стать художником, а стал доктором. Владимир Потин – заслуженный деятель наук Российской Федерации, профессор, автор множества исследовательских работ, руководитель отдела эндокринологии репродукции Научно-исследовательского института акушерства и гинекологии имени Д. О. Отта, на прием к которому едут женщины со всей страны.

Врач – это призвание или профессия?

Для меня это и профессия, и призвание.

Чем вы руководствовались, когда поступали в медицинский институт будучи еще очень молодым человеком?

У меня было много планов на будущее. Я собирался стать художником или литератором. Но вовремя передумал. Увидел, что есть более талантливые люди, чем я. Медицинский институт был единственным вузом, в котором у родителей не было никаких знакомых, а мне хотелось поступить самому. И я поступил. Не могу сказать, что этот выбор был полностью осознанным. Медицину я полюбил позже, уже являясь студентом этого замечательного заведения.

А почему именно эндокринология?

Меня всегда интересовала физиогномика – учение о связи между внешним обликом человека и его принадлежностью к определенному типу личности, а эндокринные железы оказывают наибольшее влияние на внешний вид. И я читал различные полуфантастические книги, посвященные этому вопросу. А на старших курсах судьба свела меня с крупнейшим эндокринологом нашей страны академиком Василием Гавриловичем Барановым, который предложил мне обучаться эндокринологии, чем я и занялся.

Вы никогда не жалели, что выбрали такую сложную профессию?

Нет. Эндокринология – одна из самых интересных, я бы даже сказал, экзотичных областей медицины. Я сталкиваюсь с редкими, уникальными заболеваниями, которые кардинально меняют внешний облик человека. Эндокринные заболевания крайне редко излечиваются полностью, но каждому пациенту можно оказать очень эффективную помощь. И это дает ни с чем не сравнимое чувство выполненного долга, удовлетворения.

Вам как эндокринологу приходится постоянно общаться с женщинами, обсуждая весьма интимные вопросы. Вы не разочаровались за долгие годы практики в прекрасной половине человечества? И такая ли уж она прекрасная?

Да, почти все мои пациенты – представительницы слабого пола. Женщины болеют различными заболеваниями эндокринной системы в десять раз чаще, чем мужчины. Но я считаю, что женщины лучше мужчин. Они более совершенны и внешне, и по внутреннему устройству.

Женщины испокон веков пытались сохранить свою молодость, обмануть годы. Вы, как высококлассный специалист, можете им в этом помочь?

Несмотря на то что мне приходится каждый день по многу раз спрашивать у женщин их возраст, я могу ошибиться на десять-пятнадцать лет как в ту, так и в другую сторону. Женщины умеют выглядеть моложе своих лет. Но многие эндокринные заболевания старят. А мы в процессе лечения постепенно возвращаем пациенткам их настоящий возраст. Понятно, что с возрастом все эндокринные железы работают хуже. В яичниках, увы, содержится определенное количество яйцеклеток. Они как деньги: закончились – и ничего не поделаешь. Это и есть климакс. Он приходит довольно быстро, обычно лет в пятьдесят. Так происходило и две, и три тысячи лет назад. И полная остановка процесса старения – это что-то из области научной фантастики.

Женщину можно назвать старой, если она более не способна родить ребенка?

Старость, особенно если речь идет о слабом поле, понятие относительное. В прежние времена где-нибудь на селе женщину сорока лет считали старухой. А сегодня Шерон Стоун, например, в этом возрасте позволяет себе сниматься нагишом.

Всегда ли вы легко находите контакт со своими пациентками?

С женщинами, которые действительно болеют, легко, потому что они очень конкретны. У них нет жалоб типа: «Доктор, у меня кольнуло в правом ухе и отдало в левую пятку». Когда начинаешь с ними разговаривать, создается впечатление, что они только что прочли медицинский учебник, – настолько четко и подробно описывают симптомы своего заболевания.

Вы преподавали в СПбГУ. На ваш взгляд, сегодняшние студенты сильно отличаются от студентов предыдущих поколений?

Нет. Сегодняшние студенты медицинских вузов, аспиранты и ординаторы – прекрасные люди. Я лично убедился, что все эти разговоры, будто молодежь деградирует, не соответствуют действительности. Как и в те времена, когда я сам был студентом, есть сильные, талантливые люди, встречаются лентяи и посредственности, причем примерно в том же процентном соотношении.

Правда ли, что сегодня в России в медицине, как в шоу-бизнесе, без связей и денег делать нечего?

Я так не думаю. Я уверен, что способный человек, имеющий определенную долю настойчивости, всегда добьется поставленных целей, найдет свое место в жизни. Его заметят преподаватели, ему окажут должное внимание. Способных и старательных всегда замечают.

Какое достижение в своей жизни вы можете назвать самым главным?

У меня такое же самое главное достижение, как и у других людей. Это моя семья, мои прекрасные дети и внуки.

Как вы представляете себе идеал семьи?

Идеал семьи всем понятен. Идеал семьи для меня лично – это семья моей дочки Маши. У нее с недавнего времени уже трое детей. И каждый из них окружен вниманием и заботой.

У вас очень хорошее чувство юмора. Вы цените чувство юмора в окружающих людях?

Гюстав Флобер сказал: «Чувство юмора – это и есть ум». Я с ним не совсем согласен. Я неоднократно встречал очень умных людей с полным отсутствием чувства юмора. В людях я больше всего ценю не умение шутить, а искренность, честность и творческое начало.


Наши проекты

Комментарии (0)

Авторизуйтесь
чтобы оставить комментарий.

Читайте также

По теме