Александр Кан

/джазовый критик, промоутер, ведущий программы "Открытая музыка" на Русской службе Би-би-си/

Крепкий русоевропеец под 50 из курехинских друзей. Наш человек на Би-би-си, знаток и пропагандист музыкальных маргиналий, "добрый зритель за девятым столиком" любого джаз-клуба глобализованного мира.

– Как вы стали джазовым критиком?

– Да я не только джазовый критик, это просто одно из занятий. И музыку я разную люблю, и, кроме радиожурнализма, я еще и промоутер, и арт-директор фестивалей. Мы выросли на "Битлз", а где-то с середины 70-х я всерьез увлекся джазом. Тогда мне казалось, что арт-рок и прогрессив-рок умерли, и от King Crimson перекинулся легкий мостик к авангардному джазу. С 1978-го я начал ходить в джаз-клуб "Квадрат", тогда же познакомился с Сережей Курёхиным. Мы с ним одного года (1954), у нас общая музыкальная генеалогия и одного типа эволюция. Он тогда играл у Вапирова. А еще я встретил тогда Ефима Барбана – тот был лет на 20 старше нас, один из тех, кто все это у нас начинал в 1950-е. То, чем мы занимались, было андеграундом, чистым самиздатом. В 1979-м мы открыли "Клуб современной музыки" в ДК им. Ленсовета – как альтернативу "Квадрату" с его мейнстримом. Я быстро стал председателем этого клуба, вышел на западные журналы и стал туда писать по-английски про нашу полуподпольную джазовую жизнь.

– А как попали в Лондон?

– Я вообще родом из Херсона. В 1976-м закончил Тульский Иняз. По распределению в Каргополе встретил свою теперешнюю жену. И в 1978-м мы поженились в Ленинграде. У меня уже тогда была масса знакомых в джазовых кругах, в том числе и на Би-би-си. В 1989-м, когда я приехал на "Русскую службу" и познакомился с Севой Новгородцевым, меня уговаривали остаться, но тогда я не захотел. Слишком все интересно было в России. В 1993-м я стал помощником американского атташе по культуре. Сидел в Мраморном дворце на хорошей зарплате. Но постепенно эта работа начала меня угнетать. Американцы потеряли интерес к культурным проектам. Им уже казались гораздо важнее политики, адвокаты, хозяйственники. Хотелось куда-то уйти. Но от хорошей зарплаты уходить трудно. И тут я в газете "Известия" прочел объявление о вакансиях на Би-би-си.

– И какие там были требования?

– Не самые сложные. Экзамен по английскому, последовательный перевод с английского на русский и общее собеседование на знание политических реалий.

– То есть назовите первого секретаря Камбоджийской компартии?

– Нет, что вы, не так, как у нас перед поездкой за границу. Просто, чтобы избежать ненужных ляпов. Плюс голосовой тест. Голос не обязательно должен быть красивым, но хотя бы без слышимых дефектов речи. Нужно правильно артикулировать, говорить уверенно. Недавно набрали профессиональных дикторов, что значительно облегчило нашу работу. Теперь нам не надо читать новости в эфире. А то, знаете, полуминутное опоздание может оказаться критичным.

– Какие журналы вы читаете в Лондоне? Time Out?

– Time Out не читаю, хотя рекомендую его всем, кто приезжает в гости. Проблема в том, что там слишком много информации, много мелочей. Это вообще проблема современного общества. Всего не охватить. Для себя я выбираю альтернативные источники, например, Metro – приложение к Evening Standard.

– И какое главное различие между британским и русским дискурсами? Пишут же везде по-разному.

– Давно известно, что на Западе от журналиста ждут сухих фактов, а не оценки или анализа, если это, конечно, не колонка opinion piece. А именно для англичан характерна предельная язвительность, придирчивость, беспощадность – особенно к знаменитостям. Споры о журналистской этике и границах privacy часто перетекают в залы суда. Но общее мнение – за известность нужно расплачиваться утратой частной жизни.

– Вы устали от Лондона?

– Если иметь в виду отсылку к известной максиме Сэмюеля Джонсона, то сложно ответить утвердительно. Но Лондон очень непростой город. Это одна из двух культурных столиц мира, там удивительно богатая культурная жизнь, а я ненасытный потребитель культурных ценностей. И тут меня все идеально устраивает. Плюс то, что я как журналист имею ко всему этому бесплатный доступ. А иначе дорого. Невозможно на зарплату Би-би-си поддерживать желаемый ритм жизни. Разве что раза два в месяц в театр и раз в неделю в кино, где билет восемь с половиной фунтов.

Что в Лондоне сложно, так это транспорт и социальная жизнь. В Лондоне тусовка для меня почти отсутствует. На концертах знакомых мало. Бесконечно далеко от советской ситуации "второкультурья", когда одни и те же люди встречались на выставках, концертах, поэтических чтениях. В Петербурге выше социальный комфорт, город меньше и нет такой разобщенности. Поэтому я, конечно, скучаю.


Наши проекты

Комментарии (0)

Авторизуйтесь
чтобы оставить комментарий.

Читайте также

По теме