Как визажист Терри де Гинзбург придумала бьюти-средство, изменившее индустрию моды?

В ДЛТ приехала новая коллекция косметики от Терри де Гинзбург, гранд-дамы мира красоты, подруги Ива Сен-Лорана и Хельмута Ньютона. В специальном интервью «Собака.ru» она рассказала, как связана с Петербургом, почему не против мужчин бьюти-блогеров, и каким средством изменила модный мир. 

Смешно, что хороший чай в России называют английским. Я вот всегда привожу из Петербурга домой в Лондон ваш бергамотовый в желтой коробке. А бываю часто: семья моего мужа родом отсюда. Его прапрадед занимал должность советника по финансам в правительстве Николая II. Где-то в городе остался фамильный особняк — конечно, теперь там какое-то учреждение. Но у меня все равно здесь каждый раз такое чувство, будто вернулась домой.

И когда оно появилось?

Как только я впервые оказалась в Петербурге в 1987 году. В то время я еще работала в Yves Saint Laurent, мы приехали на выставку в Эрмитаже, посвященную Иву. Не могла тогда представить, что фото моей работы будет так же когда-нибудь висеть в музее. А недавно приятели прислали из MoMA снимок Touche Eclat – консилер стал одним из 111 объектов, которые изменили мир моды. 


Может, мы выкормили инстаграмом поколение голодных до короткой славы людей, которым нечего предложить миру?

Эстетские футляры by Terry тоже просятся на картину. С ними мейкап становится таким неспешным гедонистским процессом. При этом сами средства быстры и многофункциональны. Тут нет противоречия?

Боже, вот это да. Первый раз слышу, чтобы кто-то другой озвучил мои мысли! Я правда много думала об этом. И сформулировала так. Противоречие действительно мелькает, но тем не менее его нет. Потому что и футляры, и совмещение нескольких средств в одном — это все пазлы счастья. Счастье ощущать себя красивой и счастье в предвкушении этого ощущения. Считайте, что я его продаю. Не так благородно, как мой муж-химик, который дает миру антибиотики, но тоже кое-что.

А сами собственным счастьем пользуетесь?

Конечно! Хоть я и в индустрии, никогда не делала себе профессиональный мейкап. Нет ни времени, ни терпения. Поэтому и придумала такую косметику — не для визажистов, не для моделей, для нормальных женщин. Как вы, я, моя дочь, наша официантка и герцогиня Кембриджская. Быстрый мазок роскоши никому не повредит, знаете ли.

  • Терри де Гинзбург и Наоми Кэмпбелл 

  • Терри де Гинзбург и Карла Бруни

Даже мужчинам? Сразу несколько бьюти-брендов сделали кампании с визажистами и блогерами, которые не стесняются носить глиттер и накладные ресницы.

Отношусь к их экспериментам с большим интересом. И уж точно не чувствую себя оскорбленной, что мужчины покусились на помаду и хайлайтер. Во-первых, это не святыня. Во-вторых, случалось в разные века (вспомните подводку египтян и напудренных придворных в Версале). А в-третьих, будем честны, мужчины видят мейкап совершенно иначе. Для них он не рутина, а взрыв чистого творчества. Я иногда подсматриваю у парней отличные идеи для продуктов by Terry.

То есть бьюти-блогеры работают на пользу индустрии?

Даже те, кто демонстрирует в своем аккаунте только многослойный сценический грим. Пусть в реальной жизни без круговой вспышки такой мейкап не заиграет — все равно он достоин внимания. Если я не буду следить за трендами, то превращусь в свою бабулю, которая полвека подводит губы алой Helena Rubinstein и считает, что замечательно справилась.

Но вы-то своих пятерых дочек научили разбираться в косметике?

И внучек тоже. Восьмилетняя Эльза и четырехлетняя Виктория, когда приезжают в гости, идут прямиком к моей косметичке. Виктория при этом командует айфону «Maquillage!», и смотрит все выданные видео на ютьюбе. Когда она научится набирать запросы в поисковике, будет еще веселее.

Гугл уже выдавал ей ваше фото?

О да! Первый шок прошел, теперь внучки знают, что я немного в теме. Мне очень важно быть для них примером.

Думаю, вы ролевая модель для многих в бьюти-мире.

Мало иметь модель. Надо знать, что с ней делать. Недавно на одном мероприятии ко мне подошла девушка и с придыханием сказала, как она мечтает со мной сотрудничать. Я спросила, чего именно она хочет, а в ответ получила: «Хочу стать знаменитой!». Меня это жутко расстроило. Девушка не знает, как ей прийти к славе, но главное, понятия не имеет, что с ней потом делать. Может, мы выкормили инстаграмом целое поколение таких голодных до короткой славы людей, которым особо нечего предложить миру? Надеюсь, что нет.

Вы сплетничаете об этом с другими гигантами бьюти-индустрии?

Между прочим, да! С Бобби Браун мы всегда на связи — в основном по мейлу и в директе, потому что встречаться все-таки удается редко. С Шарлот Тилбери и Мэри Гринвел абсолютно так же. Может, мы не лучшие подружки, но знаем друг друга десятки лет, никакой конкуренции не чувствуем и очень любим поболтать. Еще мы близки с Оливье Эшодмезоном, и с Пэт Макграт не скупимся на взаимные комплименты.

  • Карандаш-корректор Yves Saint Laurent Touche Eclat, придуманный Терри де Гинзбург 

  • Выставка MoMA «Items: Is Fashion Modern?» со списком 111 объектов, изменивших модный мир

Но у вас есть то, чего нет у них — неоконченное высшее в области химии. Это преимущество в работе над косметикой?

Это преимущество в том, чтобы наладить коммуникацию с лабораторией, которая производит формулы для моей косметики. Удобно, когда можешь сказать, что тебе нужна не «бархатистая, тающая на коже текстура», а просто эмульсия. Язык химиков очень четкий, так что я здорово экономлю время на переводе.

С ароматами Terry de Gunzburg та же история? Даете парфюмеру Мишелю Альмераку заказ на конкретный набор аккордов?

Тут сложнее. Я не «нос», и, пожалуй, не различаю ноты по отдельности. Но по ольфакторным семействам разделю все запахи с легкостью. И если в сэмпле мне не хватает пудровости, дыма или шипра, смогу это донести до Мишеля без лишних экивоков. Даже в начале этого пути пять лет назад я не пудрила ему мозги маркетинговыми сторилайн: этот аромат должен быть о том, как я красивая сажусь в «Феррари» на вершине Альп. Нет, я просто просила парфюмера связать цветок и некую ассоциацию с ним. Например, пион и ртуть, белую розу и простор. Получала от него примерно тысячу сэмплов и тестировала каждый на протяжении полугода. Косметику, будьте уверены, тестирую еще дольше!


Терри де Гинзбург 62 года и, по ее утверждению, она ни разу не прибегала к услугам косметологов. Бьюти-хаки Терри выдала специально для «Собака.ru»:

«У меня полно ритуалов. Утро я всегда начинаю с залитого кипятком имбиря. Бывает, что после тяжёлого перелета добавляю к нему ристретто. Муж уверяет, что это отличная профилактика Альцгеймера и проблем с сердцем, и у меня нет причин ему не верить. Съедаю любимую сырую морковку (а вот это сводит его с ума!), круассан и немного темного шоколада.

Потом семиминутная зарядка. Если времени совсем в обрез – трехминутная. Плюс пешие прогулки каждый день. У меня нет машины, да и зачем она нужна, если я прекрасно езжу на автобусах по своему пенсионному удостоверению?

Вечером никогда не халтурю с ватными дисками. Систему ежедневного тройного очищения я подсмотрела у японок много лет назад. Сначала снимаю мейк маслом, потом кремом и, наконец, мицеллярной водой. Промокаю кожу горячим полотенцем, держу его хотя бы три минуты. Затем растягиваю на все лицо очень тонким слоем каплю сыворотки и каплю крема.

А по субботам у нас с мужем второе студенчество — берем отличный сыр, красное сухое и устраиваем вечеринку на двоих».

Текст: Алла Шарандина
Фото: архивы пресс-служб

Комментарии (0)

Авторизуйтесь
чтобы оставить комментарий.

Наши проекты

Читайте также