Как бы Пушкин, Чехов и Гоголь подписывали фото еды в Instagram: 8 практичных советов

Учимся подписывать свои фотографии с завтраков, обедов и ужинов, как великие русские писатели. Воскресили Пушкина, Гоголя, Лермонтова, Бунина и Чехова, чтобы избавить вас от мучений при создании интеллектуального фуд-порна.

1. Если долго думаете над подписью к фотографии с устрицами с французских или дальневосточных берегов – советуем обратиться к онегинской строке. Александр Сергеевич знал толк в роскоши.

А. С. Пушкин «Отрывок из путешествия Евгения Онегина»

Что устрицы? Пришли! О радость!

Летит обжорливая младость

Глотать из раковин морских

Затворниц жирных и живых,

Слегка обрызгнутых лимоном.

Шум, споры – легкое вино

Из погребов принесено

На стол услужливым Отоном;

Часы летят, а грозный счет*

Меж тем невидимо растёт.

*Устрицы в 1-й половине 19-го века были весьма дорогим удовольствием – стоимость сотни устриц доходила в ресторане до 100 рублей (например, армейский штабс-капитан зарабатывал тогда эти самые 100 рублей в месяц, а 1 кг свежего мяса стоил 40-50 коп.).

 

2. Если гастрономический ужин, за который вы выложили несколько тысяч рублей, не задался  – на помощь придет вечно печальный лирический герой Михаила Юрьевича Лермонтова. 

М. Ю. Лермонтов «Герой нашего времени»

«Максим Максимыч имел глубокие сведения в поваренном искусстве: он удивительно хорошо зажарил фазана, удачно полил его огуречным рассолом, и я должен признаться, что без него пришлось бы остаться на сухоядении. Бутылка кахетинского помогла нам забыть о скромном числе блюд, которых было всего одно…»

3. Если какой-нибудь багет или круассан вам показался не самым свежим, можно напрямую заимствовать обороты у Николая Васильевича Гоголя.

Н. В. Гоголь «Мертвые души»

«Покамест ему подавались разные обычные в трактирах блюда, как-то: щи с слоеным пирожком, нарочно сберегаемым для проезжающих в течение нескольких неделей...»

4. А это строчка поможет передать вашим подписчикам, что день не задался, особенно если они исключительно к позитивному и полезному контенту:

«День, кажется, был заключен порцией холодной телятины, бутылкою кислых щей и крепким сном во всю насосную завертку, как выражаются в иных местах обширного русского государства».

 

5. Эта строчка может быть полезна, если вы хотите описать аудиторию того или иного ресторанного проекта, так же из поэмы Н. В. Гоголя «Мертвые души»

«Для него решительно ничего не значат все господа большой руки, живущие в Петербурге и Москве, проводящие время в обдумывании, что бы такое поесть завтра и какой бы обед сочинить на послезавтра, и принимающиеся за этот обед не иначе, как отправивши прежде в рот пилюлю; глотающие устерс (устриц), морских пауков и прочих чуд, а потом отправляющиеся в Карлсбад или на Кавказ. Нет, эти господа никогда не возбуждали в нем зависти. Но господа средней руки, что на одной станции потребуют ветчины, на другой поросенка, на третьей ломоть осетра или какую-нибудь запеканную колбасу с луком и потом как ни в чем не бывало садятся за стол в какое хочешь время, и стерляжья уха с налимами и молоками шипит и ворчит у них меж зубами, заедаемая расстегаем или кулебякой с сомовьим плёсом («Хвост у сома, весь из жира» (Из записной книжки Н.В. Гоголя.), так что вчуже пронимает аппетит, – вот эти господа, точно, пользуются завидным даянием неба!»


«Мне лягушку хоть сахаром облепи, не возьму ее в рот, и устрицы тоже не возьму: я знаю, на что устрица похожа».

6. Если вы настроены патриотично, хотите передать всю свою любовь к русской или любой другой кухне – можете высказаться в подобном ключе: 

«Мне лягушку хоть сахаром облепи, не возьму ее в рот, и устрицы тоже не возьму: я знаю, на что устрица похожа. Возьмите барана, – продолжал он, обращаясь к Чичикову, – это бараний бок с кашей! Это не те фрикасе, что делаются на барских кухнях из баранины, какая суток по четыре на рынке валяется!»

7. Если вам по нраву почти все блюда, но какая-то позиция вас не устроила, а винное сопровождение совсем подкачало, советуем обратиться к Ивану Сергеевичу Тургеневу.

И. С. Тургенев «Отцы и дети»

«Обед, хотя наскоро сготовленный, вышел очень хороший, даже обильный; только вино немного, как говорится, подгуляло: почти черный херес, купленный Тимофеичем в городе у знакомого купца, отзывался не то медью, не то канифолью; и мухи тоже мешали».

 

8. Если перед вами сверхтрудная задача описать сельдь, обращайтесь к Антону Павловичу Чехову.

А. П. Чехов «Сирена»

«Самая лучшая закуска, ежели желаете знать, селедка. Съели вы ее кусочек с лучком и с горчичным соусом, сейчас же, благодетель мой, пока еще чувствуете в животе искры, кушайте икру саму по себе или, ежели желаете, с лимончиком, потом простой редьки с солью, потом опять селедки, но всего лучше, благодетель, рыжики соленые, ежели их изрезать мелко, как икру, и, понимаете ли, с луком, с прованским маслом... объедение!»

Текст: Дарья Гнашко, Сабина Каплан

Подписывайтесь на канал ресторанного обозревателя «Собака.ru» в Telegram — открытия, эксклюзивы и личные переживания по поводу петербургского общепита.

Комментарии (0)
Автор: daryagnashko
Опубликовано:
Смотреть все Скрыть все

Комментарии (0)

Авторизуйтесь
чтобы оставить комментарий.

Наши проекты

Читайте также