Только "Наказание"

Александр Загораев, приглашенный режиссер спектакля «Наказание»

Александр, с чего началась история этого спектакля?

В 2012 году я перечитал «Преступление и наказание», и мне захотелось поставить этот спектакль. Два месяца мучался, и потом что-то щелкнуло — две недели каждую ночь я взахлеб печатал. Нашел идею спектакля — получилась экзистенциальная драма. Еще черновой вариант отправил своему другу, актеру и художнику Леониду Пантину. Отправил в три ночи, и уже в шесть утра он мне присылает: «Это гениально!» И еще через три часа присылает художественное решение спектакля. В том же году в томском ТЮЗе мы поставили этот спектакль, и зрителю он очень понравился. Тогда 20‑летний Антон Черных сыграл роль Раскольникова. Там и состоялось рождение спектакля. И сейчас Антон пригласил меня в Сочи поставить заведомо успешный спектакль на базе его театра.

В вашей версии название сокращается до «Наказания». Что для вас принципиально важно в таком прочтении?

У нас в спектакле — только наказание. Старухи-­процентщицы не будет. Меня как режиссера интересует больше внутренняя работа главного героя, чем само деяние. На сцене всего пять персонажей: Родион Романович, Сонечка, Дунечка, Порфирий Петрович и Свидригайлов. Это главные ключевые фигуры. Длительность — час сорок, без антракта.

Вы говорите, что это современный спектакль. В чем для вас его современность?

Это очень современный спектакль, прочтение — на века. Классика бессмертна, и все смыслы, заложенные в этом произведении, более чем актуальны сейчас. Раскольников — молодой, темпераментный, с оголенной кожей и нервами. Душа этого человека испытывает муки и терзания. Он человек неглупый, но потерявшийся в собственном сознании. Гаджетов и современных костюмов на сцене не будет. В этом спектакле будет много пластики, аллегорий, метафор… Плюс великолепное актерское мастерство. Я бы хотел, чтобы зритель получил эмоциональный заряд и выходил со спектакля немного ошарашенным. Чтобы еще некоторое время размышлял и думал: а что это со мной произошло?

Как вы работаете с артистами?

В работе с труппой я мягкий деспот. Я влюблен в этот коллектив, мне с ними очень комфортно.

Какую главную задачу вы ставите перед спектаклем?

Цель такова — чтобы после просмотра человек захотел перечитать или прочитать произведение. Для разного возраста придет разное понимание происходящего на сцене.

Антон Черных, директор театра, исполнитель роли Порфирия Петровича

Антон, в первой версии спектакля вы сами играли Раскольникова. Почему сейчас решили передать эту роль другому актеру?

Когда я играл Раскольникова в той первой версии, я был сильно дружен с артистом, который играл Порфирия Петровича. Он мне очень помогал — был моим ментором и наставником. Сейчас происходит некое Колесо сансары: теперь я могу передать свой опыт, и мне интересно посмотреть на себя со стороны. То, что происходит с Никитой, происходило со мной десять лет назад. Изначально мы должны были работать с Никитой в составе — то есть по очереди исполнять роль Раскольникова. Но я подумал, что будет мудрее передать эту роль ему как более молодому актеру. Есть персонаж — Порфирий Петрович, которому 35 по произведению, и я как раз подхожу по возрасту. Получается театральная преемственность.

Как устроен репетиционный процесс?

Театр — дело коллективное, и мы работаем с режиссером в сотворчестве: можем предлагать, привносить что-то свое в спектакль. По-другому не работает, иначе получается театр марионеток и Карабас-­Барабас. Шесть дней в неделю мы репетируем. Вначале проходит так называемый застольный период — читка текста, мозговой штурм. А потом начинается основное — мы идем в действие.

В чем для вас главное противоречие Раскольникова?

Противоречие фигуры Раскольникова в том, что он убил, но при этом чувствует себя тварью дрожащей. В спектакле мы должны сопереживать главному герою. Если ты играешь отрицательного персонажа — ищи его положительные стороны. И наоборот, ведь не бывает идеально хороших и идеально плохих людей. Раскольников — это человек-боль. Ему больно на физическом и душевном уровне. Он убивает старуху и заболевает физически: у него поднимается температура, начинаются бредовые мысли, ему снятся тяжелые сны, он сам с собой разговаривает… Его организм дает сбой.

Вы сами прошли через эту роль. Что осталось в памяти от того опыта?

Я как исполнитель роли Раскольникова могу сказать, что для меня это был ад. Как будто спектакль длился не полтора часа, а все пять.

Сейчас вы играете Порфирия Петровича. Как вы понимаете его природу?

Как известно по роману, никаких улик оставлено не было. Квартиру Раскольникова обыскали, причем не в его присутствии, и ничего не нашли. Но Порфирий Петрович убежден, что это он, и у него нет вообще никаких доказательств. И начинается психологическая игра — для меня это как шахматы. Он где-то блефует, где-то косит под дурачка, провоцирует Раскольникова и даже глумится над ним, смотрит, как тот будет реагировать.

В этом смысле «Преступление и наказание» можно назвать детективом наоборот?

Да, именно. Когда мы читаем Агату Кристи, то до конца пытаемся понять, кто убийца. А здесь Достоевский написал детектив, где мы сразу знаем, кто убийца. И мы сразу видим, что человек, который ищет убийцу, его уже нашел. Между ними происходит некая дуэль — этакие кошки-­мышки. Порфирий Петрович хочет, чтобы Раскольников раскаялся сам. Он предлагает ему разные варианты, предлагает «сбавку» за явку с повинной. Действует через какую-то любовь к нему как к человеку.

Вы обращались к другим трактовкам романа?

Да, но советский фильм, где Раскольникова играет Тараторкин, а Порфирия Петровича — Смоктуновский, я посмотрел только спустя полтора года после премьеры томского спектакля. Мне советовали как молодому артисту: лучше заранее не смотреть, иначе можно начать копировать. Сериал «Преступление и наказание» 2007 года, в котором Порфирия играл ныне покойный Андрей Панин, на мой взгляд, был слабоват.

Никита Соколец, исполнитель роли Раскольникова

Никита, как вы узнали, что будете играть Раскольникова?

Еще в сентябре я узнал, что приедет режиссер с материалом, и мы начали заочно знакомиться — делать видеовизитки. Один из вопросов был: какую роль я хочу исполнить? И я сказал: Раскольников. Потом мы ждали приезда режиссера с нетерпением. Когда я узнал его идею спектакля, я очень был рад, что буду исполнять главную роль. Но в то же время мне, конечно, было очень страшно.

Что именно вас испугало в этой роли?

Когда начинаешь копаться в этом человеке и понимаешь, что ты сам не такой… У этого молодого человека есть определенная идея, в которую он свято верует. Он заперся в квартире ото всех, придумал ее и считает, что может помочь миру. На мой взгляд, у многих молодых ребят бывает депрессия, им бывает сложно найти себя и свой путь. Но чтобы вот так радикально мыслить… И ради этого совершать злодеяние…

Вы уже «нашли» своего Раскольникова?

Я еще в поиске своего рисунка, поведения. Не существует никаких формул, чтобы выйти и сделать роль идеально. Каждая роль делается по-своему, по интуиции. Мой герой — полярная личность. Он слабый, он сильный, он болен во всех проявлениях этого слова, он слеп.

Есть ли между вами и Раскольниковым что-то общее?

Я не такой обиженный, озлобленный. Но мы с ним и похожи: я тоже считаю, что все в руках человека. И я так же молод, горяч и конфликтую с миром. Но что-то я могу принять как предначертанное судьбой, а этот человек не может. Ну и если рассуждать в контексте Родиона Романовича, то я, скорее, тварь дрожащая, потому что я бы не смог отобрать жизнь у человека.

Спектакль рекомендованы для лиц старше 16 лет