• Мода
  • Герои

Иван Ермолин: «Одно дело – выпустить коллекцию с неоновыми цветами, другое – объяснить, почему она такая»

Основатель streetwear бренда Molotov и магазина «Шкаф» Иван Ермолин создает культовую одежду и колаборации с брендами, блогерами, спортсменами, художниками, о которых говорят уже далеко за пределами Перми. Метит в бренды мирового уровня, помогает молодым дизайнерам в производстве и продаже их коллекций.

Расскажите, как вы увлеклись модой?

Все началось давно, еще до колледжа и университета. Я достаточно нестандартно одевался и искал вещи не в масс-маркете и центральных рынках, а в секонд-хендах – у меня был свой своеобразный стилек. Учился на технической специальности – технический ремонт и организация автосервисов – и в моем окружении были онли гопники, у которых отсутствовал хоть какой-то намек на фэшн и стиль, а я носил узкие джинсы, розовые футболки, худи, поясные сумки и, конечно же, модные кроссовки.

Тогда я начал понимать, что что-то есть в том, как я одеваюсь. Со временем у нас появилась школа танцев, и мой стиль начал развиваться и усиливаться. Я начал осознанней относиться к тому, во что одет, в секон-хэндах и стоках стал избирательнее относиться к вещам, подбирал хорошие луки, чтобы выглядеть стильно в своих кругах.

Продажа личной одежды переросла в магазин. Мы ездили в стоки, секонды и на распродажи, искали там модные вещи, собирали луки и продавали их через наши соцсети. Дальше – больше. Я начал увлекаться всем тем, что связано с вещами, в том числе отечественными брендами. Команда нашего магазина вообще первая, кто в Пермь привез русский streetwear: Anteater, CODERED, «Якорь», «Волчок», «Спутник». А чуть позже европейские бренды (опять же мы были первыми): Carhatt WIP, Dr. Martens.

Вскоре появился бренд одежды Molotov. Можно сказать, что с помощью него я восполнил свою детскую травму: я начал шить те вещи, которых мне не хватало в том возрасте, в котором сейчас находится наша целевая аудитория. Если мне в возрасте 16–18 лет нужен был анорак, либо куртка, либо поясная сумка, либо штаны, я искал эти вещи всеми возможными способами и не мог найти. В тот момент я понял, что нужно аудитории, вложил весь свой опыт, и мы начали шить то, что нужно молодежи. Molotov диктовал свои условия и задавал моду. Сейчас, наверное, мы входим в топ-5 русских молодежных брендов, при этом мы находимся в Перми, а остальное топ – в Москве и Петербурге.

Мое развитие в плане моды происходило в несколько этапов.

Первый – это абсолютно бесконтрольное непонимание того, в чем я хожу. Я полагался на стиль, поиск одежды в секондах, составление луков и абсолютно не принадлежал к какому-то бренду или культуре.

Дальше все немного поменялось. Я перешел на русский streetwear, начал восполнять свои потребности и работать с русскими дизайнерами. Чуть-чуть повзрослев, я начал предпочитать более кэжуал-бренды – Lacoste, Nike, C.P. Company, Stone Island.

Сейчас все это коллаборируется и оставляет отпечаток на меня и на наш бренд. Много трендовых тенденций я беру с крупных брендов, стараюсь их адаптировать под нашу публику, чтобы они увидели этот тренд и главное, чтобы они начали его поднимать. Одно дело – выпустить коллекцию с неоновыми цветами, другое – объяснить, почему она такая.

Откуда черпаете вдохновение, чтобы быть в одном потоке с молодежью, для которой делаете вещи?

Мы и есть эта молодежь. Первое, что нужно делать, и что мы делаем, – мы их поддерживаем, работаем с лидерами мнений, с самыми активными ребятами, которые рисуют граффити, катаются на скейтбордах, танцуют и просто стильно выглядят. Molotov состоит в тусовке с самого начала и до самого конца. Находясь внутри тусовки, мы прекрасно понимаем их потребности.

Благодаря тому, что бренд уже имеет какой-то вес, мы можем диктовать свои тренды и делать что-то новое, на что люди уже не смотрят сквозь пальцы, а пытаются это понять, оценить и принять.

Мы очень много путешествуем по миру и отслеживаем новые тренды. Но Пермь по тенденциям все же отстает на два–три года. Несмотря на то что появился интернет, в городе ничего толком не поменялось. Тренд появился, через год-два кто-нибудь из нас его сюда принесет, и только тогда люди начинают смотреть. У нас очень мало людей, которые возьмут на себя ответственность распространять что-то новое. Все боятся либо думают, что у них ничего не выйдет. Но когда тренд распространяется в сетях, все инфлюенсеры и блогеры начинают в этом ходить, только тогда люди понимают, что это круто и начинают подстраиваться. Мы – это промежуточное звено между трендами, которые уже появились, и людьми, которым нужно объяснить этот тренд и пустить его в массу.

Современный мир моды поменял ориентиры или по-прежнему бренды поменьше ориентируются на то, что делают мировые дома моды?

Все очень двояко: как крупные дома моды задают тренды, так и маленькие дизайнеры и вновь образовавшиеся бренды задают моду. Самое главное – это коллаборации. Крупные дома начинают коллаборироваться между собой, с маленькими дизайнерами, брендами, перенимать исторические ценности друг друга и выпускать эксклюзивные вещи.

Что касается нашего бренда, мы находимся в глубине России и очень сложно смотреть на крупные бренды. Если Louis Vuitton или Moncler запустит новый тренд, то люди воскликнут: «Вау! Круто! Нужно носить». Если то же самое сделаем мы или другой маленький бренд, то у людей возникнет вопрос: «Что это?». Внаглую брать у именитых брендов идеи и делать что-то похожее, – это, во-первых, не хорошо, а во-вторых, люди это просто не воспримут, потому что многие – приверженцы базовых, банальных вещей.

Текст: Кристина Бабушкина
Фото: Константин Кожевников

Комментарии

Наши проекты