Российские операторы связи могут ввести дополнительную плату за большие объемы трафика (свыше 15 Гб), приходящие из-за рубежа. Такую новость опубликовали в конце марта отечественные СМИ. Утверждается, что лимит может составить 15 Гб. Также крупные площадки вроде банков и маркетплейсов могут обязать жестче бороться с VPN-трафиком. В качестве альтернативы говорится о возможности введения административной ответственности за обход блокировок. Насколько все это возможно и что об этом думают эксперты телеком-рынка. Разбираемся!
Что случилось?
В течение последних дней российские СМИ опубликовали сразу несколько громких новостей, касающихся VPN-сервисов. Так, еще 28 марта издание «Код Дурова» написало, что Apple удалила ряд приложений для обхода блокировок из российского AppStore (позже это решение раскритиковал основатель Telegram Павел Дуров).
Вечером 30 марта журналисты Forbes сообщили: российские телеком-операторы могут ввести дополнительную плату за большие объемы международного трафика. Это сделает пользование средствами обхода блокировок экономически невыгодными. Как утверждается, лимит может быть установлен на уровне 15 Гб в месяц. Издание с ссылкой на источник в отрасли утверждает, что мера может начать действовать уже с 1 мая.
Вечером же 30 марта газета «КоммертсантЪ» написала: крупнейше цифровые платформы (такие, как поисковики, маркетплейсы, онлайн-кинотеатры, банковские приложения), которые не блокируют VPN-трафик, могут быть исключены из «белых списков». Это значит, что они окажутся недоступны в случае отключений мобильного интернета.
Наконец, уже 31-го числа на Forbes вышла новость, о том, что руководитель Минцифры Максим Шадаев фактически подтвердил планы по снижению VPN-трафика. Журналисты ссылаются на слова, якобы написанные министром в профильном чате IT-специалистов в мессенджере Max. При этом, утверждают авторы издания, министр «не исключил возможность введения административной ответственности за использование средств обхода блокировок, однако выразил надежду, что этого удастся избежать».
С 2024 года в России запрещена популяризация VPN-сервисов. «В соответствии с законодательством в России запрещена работа средств обхода блокировок доступа к противоправному контенту с февраля 2020 года. VPN-сервисы относятся к таким средствам, если при их использовании не ограничивается доступ к запрещенным ресурсам», — заявили тогда журналистам ТАСС представители РКН.
Давайте по порядку: разве можно отследить, что пользователь использует VPN?
Это сложный вопрос. В целом такие возможности существуют, утверждает в беседе с Собака.ru Денис Кусков, глава агентства TelecomDaily. «Оператор четко понимает, откуда идет трафик и где при этом физически находится абонент, в зоне действия какой базовой станции», — говорит эксперт.
При этом, добавляет Леонид Коник, главный редактор изданий группы компаний ComNews, у Роскомнадзора и других государственных органов нет возможности доподлинно отличить VPN-трафик от иного международного интернет-трафика. Технические средства противодействия угрозам (ТСПУ), которые по требованию Роскомнадзора стоят на сетях телеком-операторов и обеспечивают блокировку запрещенного в России контента, не могут это сделать со 100%-й точностью, полагает эксперт.
«Такие системы могут по каким-то поведенческим моделям пользователя "предполагать", что конкретный трафик относится к категории VPN, но это бесконечное соревнование замка и ключа, так как VPN-трафик постоянно маскируется под другие виды трафика. Что система сказать может, так это то, приходят данные с зарубежного сервера или с российского. Но очевидно, что не любой международный трафик относится к VPN. Если я, условно, покупаю билет на сайте турецкой авиакомпании, я тоже использую международный трафик», — поясняет Коник.
Могут ли крупные ресурсы надежно блокировать VPN-трафик?
Если коротко — нет. Проблема все в том же — владельцы маркетплейса, банка или сервиса не могут быть уверены, что имеют дело с пользователем VPN, а не просто пользователем, находящимся за пределами РФ.
«Единственный вариант сколько-нибудь точечных ограничений — попытаться отлавливать пользователей по IP», — объясняет Собака.ru Эдгар Сипки, IT-предприниматель, имеющий опыт работы в разработке инфраструктуры для маркетплейсов, онлайн-банкинга и мобильных операторов Большой Четверки. По его словам, есть несколько очень крупных компаний, сервера которых используют создатели VPN-сервисов (к примеру, компания Amazon или провайдер DigitalOcean).
Соответственно, для российского сайта запрос пользователя с VPN, идущий через такой сервер, фактически выглядит, как запрос от Amazon. «Вы можете ограничить все запросы, приходящие от серверов Amazon, но это не гарантия — в мире миллион ноунеймов из разных стран, которые сдают в аренду сервера», — констатирует Сипки.
Единственный надежный способ заключается в том, чтобы полностью ограничить любой трафик из-за рубежа, что уже делает ряд компаний. «Несколько раз, находясь за рубежом, я пытался зайти на сайт Ozon и не мог этого сделать, — приводит пример Леонид Коник из ComNews. — То же самое РЖД. Вы не можете, находясь, скажем, в Турции в отпуске, взять билет на российский поезд. В целом другим платформам ничего не стоит последовать этому примеру. Да, они потеряют часть клиентов (тех, кто временно находясь за рубежом, решил что-то купить на российском маркетплейсе), но, вероятно, не очень большую».
А плату за VPN правда можно ввести?
Ввести повышенный тариф за пользование VPN не получится, уверен Леонид Коник из ComNews. «Если регулятор дойдет до ограничения VPN-трафика "рублем", по факту это будет введение платы за весь международный трафик. Туда попадет все: и VPN, и заходы на любые ресурсы за рубежом: будь то сайт иностранной авиакомпании, зарубежный интернет-магазин, игровой сервис и др.», — говорит он.
При этом, оговаривается эксперт, обсуждающийся в СМИ лимит в 15 Гб — очень большой для обычного пользователя. С этим же согласен и IT-предприниматель Эдгар Сипки: «очень грубо говоря, 15 Гб — это примерно просмотр TikTok в режиме 24/7». Однако, добавляет собеседник редакции, ограничение более чувствительно для людей, которые работают с очень большими объемами данных, например по работе.
А что там про административную ответственность?
Дистанционно уличить человека в использовании средств обхода блокировок практически невозможно, уверены собеседники редакции. «VPN постоянно маскируется под обычный трафик, а также, как мы уже обсуждали, есть масса трафика из-за рубежа, который не относится к VPN. Если пользователей начать штрафовать просто за факт получения данных, приходящих на телефон из-за рубежа, с водой можно выплеснуть очень много младенцев», — говорит Леонид Коник из ComNews.
«Гипотетически можно попробовать определять с помощью какого-то специального ПО, которое будет отслеживать использование VPN. Но, к примеру, на устройствах Apple для этого сам пользователь должен разрешить доступ этого ПО к приложениям. Потому что если анализировать только трафик, то для гаджета или оператора VPN трафик не отличается от визита на иностранный совершенно легальный интернет-адрес», — добавляет Эдгар Сипки.
Леонид Коник
Главный редактор изданий группы компаний ComNews:
«В сегодняшних условиях единственный способ уличить человека в использовании средств обхода блокировок — взять за шкирку в момент использования VPN. Однако тогда нужна тайная полиция, которая в автобусах или ТЦ будет заглядывать через плечо россиян и смотреть, использует ли этот конкретный негодяй VPN. Но это мне кажется утопическим сценарием».
Кстати, а меня могут попросить показать телефон, чтобы проверить, что я не использую VPN? Сейчас — нет. Как объясняет адвокат Анастасия Пилипенко у сотрудников правоохранительных органов сейчас нет таких полномочий. Более того, даже у подозреваемого или обвиняемого могут изъять телефон, но не могут заставить его разблокировать. «Это нарушает сразу несколько конституционно защищаемых прав: и право на тайну переписки, и неприкосновенность частной жизни и право не свидетельствовать против себя и своих близких», — говорит собеседница редакции.
С этим же согласен адвокат Сергей Подольский. По его словам «в рамках правового поля» обязать человека передать разблокированный телефон нельзя.
А что с домашним интернетом?
Сложный вопрос! «Если государство действительно борется с VPN, то гоняться нужно по всем фронтам. С другой стороны, технически это куда сложнее. Если воздействовать на 4 мобильных оператора можно, то регулировать работу почти 5000 операторов домашнего интернета почти невозможно», — полагает Леонид Коник.
С другой стороны, 31 марта издание «Код Дурова» написало, что один из провайдеров домашнего интернета в Ростове внедрил «белые списки». Хотя изначально речь шла о том, что они необходимы для доступа в сеть при отключении мобильного интернета. Позднее в Ростелекоме опровергли эту информацию.
Комментарии (0)