В декабре 2025 года в Перми открылся кампус «Школы 21» — бесплатно, без оценок, без возрастного потолка, с огромными возможностями для каждого, кто рискует изменить свою жизнь. На старте — 128 человек, 45% девушек. Среди студентов — промышленный альпинист, флорист, бывший арт-директор печатных изданий. Школа могла бы стать просто еще одним хорошим проектом в сфере цифровых технологий. Но стала гораздо большим: точкой разворота. Потому что у директора этого кампуса и номината премии «ТОП30. Самые знаменитые люди Перми» — 2026 в категории «IT и робототехника» Анны Светлаковой трое детей, восемь профессий, Эльбрус, триатлон, MBA, и она каждый день доказывает: «бассейн» — это не двухнедельный интенсив, это вся жизнь.
Почему в Перми доля девушек в ИТ выше, чем в среднем по стране. Как вы объясняете этот феномен?
Для нас это предмет гордости. В других кампусах девушек учится около трети, а у нас — почти половина. Пермь — технологичный город, здесь всегда были сильные инженерные традиции, хорошие университеты, успешные компании. Но главное в другом. В «Школе 21» мы создали безопасную среду. Здесь не оценивают, не ставят двоек, не говорят «ты не справишься». Когда нет страха ошибиться, ты можешь выбрать то, что действительно интересно. Мы хотим, чтобы ИТ перестало ассоциироваться с мужской профессией, чтобы это стало просто профессией для тех, кто хочет. Без стереотипов, с равными возможностями. И у нас получается.
Зачем сегодня учить людей кодить, если нейросети делают это быстрее и дешевле? Нет ли опасений, что цифровые ремесленники через два года останутся без работы?
Мы часто слышим этот вопрос. И я каждый раз отвечаю одно и то же: мы учим не программированию. Мы учим думать, разбирать сложные задачи, проверять гипотезы, не сдаваться, договариваться с людьми. Нейросеть — инструмент, как фотошоп или эксель. Она может написать код или письмо, но не понимает, зачем вы это делаете, не проверяет результат, не сомневается. Все, что нас окружает — дома, музыка, приложения — создано человеком, а не нейросетью. Человеком, который придумал, переделал сто раз, пока получилось. Что мы готовим людей с инженерным мышлением, плюс тренируем мягкие навыки, умение учиться и адаптироваться. Я не боюсь, что наши выпускники останутся без работы. Человек, который умеет думать и не бояться нового, будет нужен всегда. ИИ тут не конкурент.
К вам приходят люди в пограничном состоянии: после увольнений и жизненных тупиков. Откуда у вас этот навык — быть «социальным реаниматологом»?
Я знаю, как это страшно. Знаю, как хочется, чтобы кто-то сказал: «Да, сейчас тяжело. Но ты справишься. Давай разбираться». К нам приходят те, кто уволился, в кризисе, боится, что технологии оставят его за бортом. Или просто устал от того, что делает. Кто-то хочет сменить профессию, кто-то — прокачать цифровые навыки, кто-то просто соскучился по живому общению.
Приходят интроверты, и здесь они совершенно по-другому раскрываются: начинают взаимодействовать, у некоторых случается первый опыт проведения лекции или организации мероприятия, люди заводят друзей. Атмосфера как в пионерском лагере для взрослых. А еще здесь невероятная поддержка участников друг друга.
Когда человек понимает, что он не один и у него есть шанс, он перестает тонуть и начинает плыть. А мы просто создаем для этого среду. И каждый раз, когда я вижу, как у человека загораются глаза, как он начинает верить в себя, я понимаю: вот зачем мы это делаем. О такой работе я всегда мечтала.
Что в вашей собственной биографии стало тем самым «бассейном», который научил вас прыгать в неизвестность без страха утонуть? Был ли момент, когда вы начинали все с чистого листа?
Много раз. Я за свою жизнь поменяла больше восьми профессий. Пошла на MBA беременной. Родила — не бросила, возила сына с собой, бегала кормить в перерывах. Закончила с пятерками, мой диплом был в тройке лучших. Потом — новые перемены. Уже двое детей. Я начала собирать проекты с нуля: консалтинг, стратегические сессии. Пошла преподавать без всякого опыта, прямо с улицы. Провела пробный мастер-класс, всем понравилось. Семь лет преподавала: в Высшей школе экономики, в ПГНИУ, даже в Йошкар-Оле в новом ИТ-вузе.
А еще спорт. Не умела плавать — в феврале пришла в группу, в июле переплыла Тургояк. Ненавижу бег и боюсь велосипеда — поехала на триатлон в Сочи. Никогда профессионально не занималась альпинизмом — взошла на Эльбрус. «Бассейнов» было много. И каждый раз они заканчивались одинаково: я оказывалась сильнее, чем думала.
Текст: Людмила Рычина
Фото: Татьяна Костарева
Комментарии (0)