Каким получился новый роман Виктора Пелевина «Возвращение Синей Бороды»? И при чем тут Джеффри Эпштейн, аниме и симулякры?

«Гераклит не зря сказал, что нельзя войти в одну реку дважды — но в нее нельзя войти даже единожды, потому что через полшага это будет уже другая река. То же относится и к девушкам…», — пишет Виктор Пелевин в «Возвращении Синей Бороды». Если развить эту мысль, то можно сделать неожиданный вывод: строго говоря, неважно, сколько раз ты пытаешься войти в реку. Всякий раз водоем будет немного иным. Так что нет повода не попробовать снова.

Если отбросить метафизику, то именно этим литератор-энигма и предлагает заняться своим читателям. После несколько нетипичных декораций фантастической антиутопии цикла Transhumanism Inc. он возвращает нас на более привычные берега. Новый роман повествует о приключениях русского писателя Константина Параклетовича Голгофского (считается, что он пародия на реального автора Дмитрия Галковского!), который уже известен поклонникам Пелевина по «Искусству легких касаний».

Вновь Пелевин предлагает читателям постмодернистскую игру. Перед ними как бы не авторский текст, а «краткий» пересказ монструозного труда Голгофского — «титана русской конспирологической мысли». Опять же, все как в книге 2019 года. Этим приемом он не только добавляет тексту ироничной интонации, но и одновременно усложняет жизнь своим критикам. Любой спорный пассаж — от дежурных выпадов в сторону феминисток до комплиментов Трампу — высмеивается самим пересказчиком: «От кринжовости набросов нашего автора [Голгофского] зубы сводит». А стало быть, все это не всерьез. Почти не всерьез.

Сюжетные повороты тоже покажутся фанатам Пелевина не то чтобы уже виденными, но некоторым образом родными и привычными. Голгофский во время ретрита на своей подмосковной даче вдруг понимает, что он реинкарнация французского рыцаря Жиля де Рэ — сподвижника Жанны д’Арк и прототипа сказки о Синей Бороде.

Пытаясь разобраться в загадках прошлой жизни, конспиролог отправляется во Францию, слушая буддийские песнопения. Там, бродя среди развалин средневековых замков, Голгофский встречается с агентом ЦРУ, который просит у него помощи в расследовании особо важного дела. Оно и приводит писателя к выяснению истинной личности Джеффри Эпштейна, за преступлениями которого, разумеется, кроется куда более серьезная, эзотерическая тайна. Именно ее главному герою и предстоит разгадать.

Действие Пелевин обильно пересыпает буддийскими размышлениями, отсылками к Карлосу Кастанеде и Жану Бодрийяру, а также упоминаниями фильмов «Такси», «Собачье сердце» и интернет-мемов 2010-х годов. В целом книга выглядела бы порождением совсем другой эпохи, если бы не пассажи про MAGA (трампистский лозунг Make America Great Again!), коронавирус, нейросети, третий сезон «Очень странных дел» и, собственно, Джеффри Эпштейна.

Впрочем, Пелевин обгоняет любого критика, который попытается подловить его на самоповторах, вновь высмеивая их. По сути, он обвиняет во всех грехах своего героя. «Про современность вы последний раз спели лет двадцать назад», — иронизирует пересказчик над Голгофским.

Окончательно автор запутывает дело пространным рассуждением о fake simulacra и troll simulacra, не то размышляя, не то издеваясь над учением социолога Бодрийяра. В романе приводится простой пример: если вы разместили на острове секретную базу ВВС, то лучший способ ее спрятать — нанять аборигенов, чтобы они построили такую же из соломы. Теперь никто не сможет всерьез воспринимать рассказы о настоящих самолетах и взлетно-посадочных полосах. Если же добавить какую-то странную деталь — скажем, настоящие шины на соломенном лайнере, то действо и вовсе превращается в театр абсурда.

Самое главное, что после таких фрагментов сложно что-то предъявить Пелевину. Вот он цитирует надпись на потолке научной лаборатории: «Богатство позволяет тратить на женщин деньги вместо спермы. Так открывается дорога к долголетию». Да еще приписывает фразу Джорджу Оруэллу Соросу! Что это? Позиция писателя? Мысли Голгофского? Проблески подлинной мизогинии или пародия на нее? Реальность или fake simulacra?

Или же, к примеру, Пелевин описывает сцену изнасилования ослицы духом Абрахама Маслоу (в сообщничестве с тенями Альбера Камю и Жана-Поля Сартра!). Да еще и помещает ее в отдельный рассказ «Пирамида Абрахама», идущий как бы приложением к основному роману. Это плод больной фантазии Голгофского? Сатира над правыми мыслителями? Провокация? Troll simulacra? Мы не поймем, а Пелевин и не признается.

Единственный раз, когда писатель кажется по-настоящему серьезным, так это в последнем дополнении к книге: пародии на горьковскую «Песню о Буревестнике» под названием «Песня о Пúнгвине». В ней Пелевин дает ответ на тревоги существующего мира (а заодно на призывы о них высказаться!):

«Шумели волны, кричали чайки, и в буйном крике пернатой стаи печать открылась непостоянства. И вновь увидел премудрым оком блаженный пúнгвин, что нет ни чаек, ни скал, ни моря, ни бед, ни горя — а лишь ниббана, лишь берег дальний».

В некотором роде Пелевин все больше напоминает авторов японской манги и аниме, о которых он говорил в интервью и писал в книгах. Суть их произведений нередко сводится к тому, чтобы радовать поклонников тем, как знакомые герои оказываются в понятных им ситуациях и справляются с ними привычным образом. Нечто подобное предлагает и Пелевин своим верным фанатам. И, судя по всему, те не останутся в обиде.

18+

Текст: Константин Крылов

Электронная и аудиоверсии «Возвращения синей бороды» будут доступны по подписке в «Яндекс. Книгах» и на платформе «Литрес».