Как пластиковые бутылки перерабатываются в одежду? Рассказывает петербуржец

Петербуржец Артем Артюшенков открыл в Новом Девяткино цех, который ежемесячно перерабатывает 100 тонн пластиковых бутылок. В результате у него получается материал «флекс», который используется в производстве одежды, стреп-лент, технических емкостей и других бытовых предметов. «Собака.ru» поговорила с Артемом о том, как он получает такое количество бутылок, почему их важно (и выгодно!) сдавать на переработку, как это сделать максимально правильно, и чем для Петербурга может обернуться «мусорная реформа».  

  • Артем Артюшенков. Фото: личный архив

Я никогда не интересовался экологией. Единственное — участвовал в акциях раздельного сбора. В начале 2017 года, когда был в гостях у родителей в другом городе, увидел сетки для пластиковых бутылок и заинтересовался, зачем они стоят, что из них делают, что в итоге получается, кому все это нужно. Вернувшись в Петербург, обнаружил, что у нас таких сеток практически нет, то есть ниша была не занята — можно и природе помочь, и денег заработать. На тот момент я восемь лет проработал инженером и решил сменить сферу деятельности. 

В конце 2017 года я арендовал цех по переработке бутылок — они очищаются от примесей и загрязнений, а затем дробятся и превращаются в материал под названием «флекс». В день — это две смены общей сложностью 20 часов работы — мы перерабатываем порядка пяти тонн бутылок, после чего отправляем получившийся флекс на другие заводы. 5% уходит на изготовление технических емкостей, листов для блистеров и геотекстиля, который используется для гидроизоляции при дорожном строительстве. 15% — на создание стреп-ленты, которая применяется при жесткой фиксации груза (например, в магазинах бытовой техники). А 80% — на производство волокна, из которого и получается синтетическая полиэфирная нить, то есть полиэстер. Одним словом, вся цепочка выглядит так: бутылка — флекс — волокно — полиэфирная нить — одежда. 

  • Процесс переработки ПЭТ во флекс выглядит так: поступившие бутылки попадают на сортировочный стол, где отделяются от прочего случайно попавшего мусора, а оттуда — в измельчитель, который рубит их на мелкие частицы. Здесь и далее фото экотакси.спб

  • Далее частицы отправляются в ванну флотации (от англ. «float» — держаться на воде, плавать), где отделяются от измельченных вместе с ними крышек и колец. Бутылки остаются на дне, крышки и кольца — всплывают

  • Затем частицы попадают в ванну с каустической содой, где очищаются от этикеточного клея и органических остатков пищи, а далее — в еще одну ванну, где отмываются уже от каустической соды и поступают в сушильную камеру. Просохнув, измельченные бутылки складируются в сумки для дальнейшей передачи заказчику

Нашими клиентами являются «Комитекс» из Сыктывкара, «Воскресенск-Химволокно» и «Технопласт» в городе Вязники Владимирской области. Какие бренды используют произведенное ими вторичное волокно, я не знаю, но оно так или иначе используется у многих, так как снижает затраты на производство одежды, но при этом не влияет на качество. Кто-то на этом не акцентирует внимание, а кто-то, наоборот, пиарится. Как, например, «Зенит», который в июле этого года объявил о том, что его новая форма сшита из переработанных пластиковых бутылок. 

Когда я начал заниматься переработкой бутылок, понял, почему ниша долгое время была пуста. Подобные цехи открывались и сразу же закрывались — не в силах справиться с огромным количеством трудностей, о которых поначалу даже не задумываешься. Основная проблема — это отсутствие качественного сырья, бутылки, которая не смешана с другими отходами, а именно является результатом раздельного сбора. Раздельный сбор в нашем городе находится в зачаточном состоянии, поэтому нужный для производства объем бутылок (мы можем загружать до 100 тонн бутылок в месяц, а каждая из них весит всего 30 граммов!) собрать не получается. Приходится иметь дело либо с полигонами, где мусор раскатывается бульдозерами, либо с сортировочными станциями, где он разделяется на разные категории (стекло — отдельно, макулатура — отдельно, алюминиевые банки — отдельно). В обоих случаях мусор еще на этапе поступления в контейнеры пачкается друг об друга и об пищевые отходы, а значит, из тонны таких пластиковых бутылок можно получить максимум 400 кг флекса. Для сравнения при раздельном сборе, когда бутылка ни с чем не перемешивается и ее гораздо проще отмыть от примесей (и при этом использовать меньше чистящих средств, воды и электроэнергии), может выходить 700-800 кг флекса, хорошего качественного сырья. 


Вторичное волокно в производстве используют многие бренды. Просто одни не акцентируют на этом внимание, а другие — пиарятся  

Все это побудило нас заняться развитием раздельного сбора в Петербурге. Сейчас мы не только принимаем бутылки из сеток «Экологики» в Невском районе и «Экосферы» в Калининском, но и устанавливаем сетки во дворах сами. Они называются «Среда» и располагаются в Приморском районе: сейчас сеток немного — 146, но нам бы хотелось увеличить их количество до 1000. 

В этом тоже есть определенная проблема: зачастую ТСЖ требует деньги за открытие точек раздельного сбора во дворах, хотя площадь около мусорной площадки к ним вообще никак не относится. Кроме того, с 1 января 2019 года во многих городах России заработала мусорная реформа. Согласно ей, все мусорные площадки перешли в распоряжение регионального оператора, без ведома которого организации ставить свои сетки не имеют права. Они должны направить ему уведомление о своих планах и дождаться разрешения или отказа. Например, в Самарской области, Ставропольском крае, Волгограде и Уфе региональный оператор выгнал всех раздельных сборщиков и установил на территории собственные сетки. В Петербурге, Москве и Севастополе реформу перенесли на следующий год, но мы надеемся, что у нас такие операции не прокатят — по крайней мере, мы планируем объединятся и отбиваться! Ведь в самой этой инициативе заложено противоречие: государство хочет развивать раздельный сбор, отбирать ликвидные фракции мусора для переработки, чтобы не забивать им и без того полные полигоны, но понимает, что ему это невыгодно. Когда около дома стоит сетка для раздельного сбора, то пластиковые бутылки идут в нее, а значит, мусорные контейнеры заполняются медленнее и вывозятся уже не пять раз в месяц, а три-четыре. Жильцы рады, ведь мы забираем пластик из сеток бесплатно, а они ежемесячно экономят на вывозе мусора коммунальными службами, а вот власти — нет. 

  • Контейнер «Среда»

  • Инструкция на контейнере «Среда»

  • Статистика по сбору контейнеров «Среда» за прошедшие месяцы, размещенная в группе «ВКонтакте»

Об этих моментах мы рассказываем в нашей группе «ВКонтакте», где также объясняем, что можно бросать в наши сетки (пластиковые бутылки с указанием «единички в треугольнике»), почему не следует бросать туда остальные виды пластика (мы не можем гарантировать их переработку) и почему бутылки обязательно нужно сминать (так в сетке помещается их большее количество). Последнее, кстати, особенно важно: в кубометровый контейнер помещается 20 кг бутылок, а в газель — 10 контейнеров, соответственно за один раз мы можем привезти на производство всего 200 кг сырья, в то время как потребность, как я уже говорил ранее, 100 тонн в месяц.

Бутылки из-под молочных продуктов нужно мыть (иначе кефир остается на стенках и добавляет «ненужный» вес), а термоусадочные «обливные» этикетки — снимать (такие есть, к примеру, на чае «Lipton», соке «Добрый» и йогурте «Activia»). Также обязательно нужно смотреть на маркировку: где-то нарисована «единичка», а где-то — другие цифры, указывающие, в какой контейнер можно бутылку сдать и во что она переработается. Каждый пластик имеет разный химический состав, а значит, идет на совершенно разные цели. 

  • Обозначения маркировок. Фото: Shutterstock 

Все это я узнал, наступив на сотни грабель и набив десятки шишек, ведь литературы по раздельному сбору, которая помогла бы перенять чужой опыт, у нас пока нет. Конечно, за почти два года с момента основания проекта я не раз хотел его бросить, но уж очень много сил, времени и денег вложил. Да и нравится такая работа! Этим летом мы даже вышли в небольшой плюс, но вложили весь заработок в открытие новых сеток. Если будем выводить деньги, не инвестируя в развитие, долго не протянем. 

На основном производстве у нас работает семь человек: четыре в дневную смену и три — в ночную. Также есть один механик, один водитель и один человек на направлении раздельного сбора (он отвечает за организационную работу, логистическую составляющую, маршруты строит, заявки на вывоз принимает). Ну, и я. В маленьком бизнесе директор занимается всем и сразу: снабжением производства, общением с поставщиками, решением кадровых вопросов. Рабочий день у меня ненормированный, а выходных в их стандартном понимании нет. Но я завел себе одно важное правильно — ежедневно до 18:00 забирать ребенка из садика. А это довольно длинный путь — цех у нас находится в Новом Девяткино, а дом — в Петергофе. 


Государство хочет развивать раздельный сбор, но понимает, что ему это невыгодно

Моя семья, как и я, разделяет мусор, но от остальных эко-привычек мы далеки. Я рационально подхожу к этому вопросу: если в России созданы условия для того, чтобы можно было легко отказаться от одноразовой посуды или сортировать батарейки, пластик и пищевые отходы, то почему бы и не попробовать? Но бросаться на все подряд — например, пользоваться стаканчиками из перерабатываемого картона (на самом деле он пропитан полимером, чтобы стаканчик не протекал, и не перерабатывается) — это лицемерие. Я, честно, пробовал не пользоваться пакетами в гипермаркетах, но это невозможно. Не в карман ведь ты будешь насыпать макароны на развес? Или приезжал в Макдональдс со своим стаканом для кофе, но мне отказали — и не безосновательно. Продавцы не хотят нести ответственность в случае, если вы придете к ним за напитком с грязной тарой и потом отравитесь — им проще выполнить санитарные нормы и налить в одноразовый, но зато точно чистый стакан. Вопросы здесь должны решаться со стороны государства, но пока, к сожалению, этого нет. 

Алина Малютина,
Комментарии

Наши проекты