Как дизайнер из Петербурга Нина Штеренберг одела лучшие театральные премьеры года?

Дизайнер Нина Штеренберг шьет лаконичные свадебные платья и придумывает базовые коллекции, прекрасно совместимые с жизнью. Но что-то пошло не так, вернее, именно так, как надо, и за год она одела десять театральных постановок, в том числе балетные «Солярис» Юрия Смекалова и «Видение розы» Владимира Варнавы.

Что изменилось, когда из дизайнера одежды ты превратилась в художника по костюмам?

Театр дает смысл! В работе над постановкой всегда задана тема, которую необходимо раскрыть. Ты начинаешь думать совсем не так, как привык, даешь произведению тебя направлять. Кроме того, это колоссальный литературный опыт, ведь, перечитывая книгу, ты открываешь новые смыслы. Это элементарно развивает, что тоже важно. Я люблю шить свадебные платья, тонко и трепетно отношусь к работе над ними. Но каждое шьется для одного человека как маленькая коллаборация. А театр — это взаимодействие с пьесой, с режиссером, с художником-постановщиком, с целой командой, которая порождает огромное смысловое поле. Благодаря театру я очень четко начала чувствовать себя, осознавать свое видение, особенно по сравнению с первыми постановками, которые я делала довольно робко.

Сколько раз ты перечитываешь произведение, над которым работаешь?

Множество! То, во что одет персонаж, характеризует его. Каблук три сантиметра или семь, прямая юбка или на запахе, приоткрывающем ногу, — для образа большая разница. За один раз сложно подметить все детали, и приходится перечитывать текст, чтобы понять нюансы костюма. Однако в спектакле многое зависит и от артиста! В театре «Мастерская» в пьесе «Прошлым летом в Чулимске» режиссера Григория Козлова играют три состава, и каждый состав — это новый спектакль. Роль Зинаиды исполняют три разные актрисы, и все — по-своему. Так и платье на запахе в цветочек на каждой сидит по-разному: кому-то идет покороче, кому-то по­длиннее.

  • Балет «Многословность» хореографа Оли Васильевой — про красоту, взаимодействие двух людей, про аккуратность касания и точность в мелочах

  • Актриса Оля Бобкова в кружевном боди в балете «Многословность»

Обычно дизайнер действует самостоятельно. Тебя не смущает необходимость командного подхода в театре?

Конечно нет! Только в команде ты можешь точнее понять что-то про себя. Когда я готовила костюмы для постановки «Живи и помни» Григория Козлова, ко мне пришло осознание того, что мы все и всегда чувствуем правильно, надо только не бояться об этих чувствах говорить. Кроме того, коллективный подход заставляет тебя быть внимательнее к мелочам: с бусами платье или нет — это две разные роли. Есть еще такой важный момент: на большой сцене костюм должен читаться издалека. Мне пришлось это учитывать в Мариинском театре, когда хореограф Оля Васильева готовила свой балет «Многословность». Но также важно, чтобы вещь была хорошо сшита и хорошо выглядела вблизи, чтобы артисту она нравилась и он чувствовал тот тон, который я задала. Зритель, допустим, не увидит, что на платье вышит цветочек, но актер это чувствует и может донести ощущение хоть до двадцатого ряда.


Зритель не увидит, что на платье вышит цветочек, но актер это чувствует и может донести ощущение хоть до 20 ряда

Были ли постановки, которые изменили тебя и твои взгляды?

Спектакль «Видение розы» научил меня тому, что необходимо внимательно прислушиваться к себе, потому что твой внутренний порыв, если его поймать в нужный момент, не расплескать, не упустить, будет тебя правильно вести. Мне кажется, что после каждой постановки я острее начинаю чувствовать как себя, так и людей, которые приходят ко мне в ателье. А если говорить непосредственно про моду, то «Солярис» Юры Смекалова вновь открыл во мне безусловную любовь к пайеткам. Одна из героинь носит костюм, весь ими расшитый. Как положительный персонаж, который несет свет и теплоту, она впервые появляется на сцене в теплом цвете. А после взаимодействия с темным персонажем отдает свой свет и становится холодной. Костюм из пайеток, которые с одной стороны золотые, а с другой — серебряные, помогает легко это визуализировать, стоит только провести по нему рукой, чтобы он поменял цвет. Думаю, что покажу пайетки в своей следующей коллекции прет-а-порте, которую сейчас готовлю.

  • Балет «Солярис» — про поиск важного и непреодолимо далекого. Про страхи, которые в атмосфере невесомости могут показаться особенно весомыми

  • Cпектакль «F. Жюли» — про максимализм, который хрустит на зубах безжалостных реалий

Как ты себя чувствуешь в экспериментальном театре и приходится ли тебе идти на компромиссы?

Когда мы с Юрой только начали думать над костюмами, мне хотелось всех разодеть. Но он меня быстро успокоил, сказав: «Представь, что мы рассказываем историю одного человека, для которого ты сделала костюм. А теперь раздень его и раздай всем актерам по одной вещи из его наряда». Все должно быть просто — это главное пожелание для меня оказалось самым сложным. И еще было необычно работать с балетными артистами, которые оказались на сцене драмтеатра, и мне кажется, что это был эксперимент для всей команды.

Как повлиял театр на твои сезонные коллекции?

Я стала спокойнее относиться к тому, что чувствую, не бояться этого, а просто делать все без надрыва. Конечно, у меня появились вещи, вдохновленные театром: платье «Роза» посвящено спектаклю «Видение розы», платье «Варя» — актрисе Варваре Щербаковой. В постановке «Многословность» моя муза актриса Оля Бобкова была очарована кружевным боди, и теперь мы делаем коллекцию кружевных боди. После каждой постановки рождается идея, которую я реализую. Но из-за того что эти полтора года были насыщены театром, полноценной сезонной коллекции не случилось. Я надеюсь, что скоро все произойдет. А пока что меня разрывает от черного к пайеткам.

Текст: Саша Карпова
Фото: Алексей Сорпов, Сергей Мисенко, Виктория Назарова, Мария Круговая  

Комментарии (0)
Автор: Алина Малютина
Опубликовано:
Люди: Нина Штеренберг
Материал из номера: Апрель
Смотреть все Скрыть все

Комментарии (0)

Авторизуйтесь
чтобы оставить комментарий.

Наши проекты

Читайте также