Владелец фабрики «Крестецкая строчка» Антон Георгиев: «Предприниматели боятся не коронавирусом заболеть, а все потерять»

Лауреат премии «ТОП50. Самые знаменитые люди Петербурга» Антон Георгиев работает антикризисным менеджером сразу для 4-х своих компаний: фабрики вышивки «Крестецкая строчка», пищевого предприятия «Медовый дом», дилерского центра Harley Davidson и бара Milwaukee. Мы выяснили у идеолога возрождения знаменитого народного промысла и крупного налогоплательщика региона, как улучшить взаимоотношения бизнеса и власти.

  • Антон Георгиев с супругой Александрой Георгиевой

О фабрике, возрождающей уникальный вид русской вышивки

«Крестецкую строчку» мы купили фабрику четыре года назад — она была разрушена и разорена. За это время ее восстановили, пригласили старых и новых мастериц. Было неожиданно и волнительно, когда команда дизайнера Ульяны Сергеенко вышла на нас, приехала в деревню Крестцы Новогородской области, посмотрела на производство и предложила сотрудничать. С тех пор команда Ульяны присылает нам раскроенные ткани, а мы на них делаем вышивку. Платья с крестецкой строчкой показывали на шоу Ulyana Sergeenko в Париже.

Всю первую нерабочую неделю, объявленную Президентом в конце марта, фабрика стояла. Мы платили зарплаты, хотя выручки не было: магазин, офис и экспериментальное производство в торговом центре закрыли. Потом регионам разрешили самим принимать решения о карантинных мерах! Губернатор Новгородской области Андрей Никитин, где собственно находится фабрика «Крестецкая строчка», подписал распоряжение, по которому часть предприятий могут открыться в апреле. Мы попали в этот список и теперь работаем с соблюдением мер предосторожности.

Вышивки можно заказать онлайн, но у нас особый сегмент рынка — покупатели должны прийти, посмотреть, померить. Через сайт происходит очень мало продаж. Из дома никто не выходит, гостей тоже не приглашает — зачем одеваться или столы скатертью сервировать?

Сейчас мы начали делать маски — и это скорее декоративные маски, так как они не одобрены Минздравом. Чтобы выпускать сертифицированные, нужно, по-первых, получить сырье, а во-вторых, наладить автоматизированную линию производства. Ни то, ни другое у нас организовать невозможно. Но небольшие заказы мы берем: сейчас делаем партию для Военкомата.

О «Медовом доме» и ценах на продукты

Так как выручки нет, а зарплаты сотрудникам платить надо, я сделаю займ для «Крестецкой строчки» у другого своего бизнеса — «Медового дома». Там все хорошо и с отгрузками, и с продажами. Но есть много «но». Из-за курса евро в цене растут комплектующие — банки, крышки, этикетки, краски. Поставщики меда тоже поднимают цены, хотя никак не привязаны к валюте. Лежит 1,5 тонны меда в сарае, поставщики смотрят, что все вокруг подорожало, и тоже поднимают цены — на эти деньги ведь надо еще целый год прожить. Я не могу отказаться покупать даже по новой цене: отгрузки очень большие. А торговые сети отказываются поднимать цену, потому что был указ Правительства.

В марте были проблемы и с доставкой продукции. Например, фуры с медом идут из Новгородской области в Петербург, а их не пускают — номера новгородские. Пришлось договариваться с транспортной компанией в Петербурге. И это все за наш счет, то есть идет удорожание продукции. Москва и Питер не могут же прокормить сами себя — без доставки продуктов из регионов. Но, к счастью, логистика наладилась.


Сезон продаж мотоциклов мы уже, считай, пропустили, а следующий будет только через год.

У Harley Davidson ситуация не очень хорошая, потому что сам завод в Америке сейчас закрыт, это во-первых. Во-вторых, рубль упал, а значит, цена на товар вырастет. И сейчас, когда такое тяжелое положение в стране, людям точно не до покупок мотоциклов. Я сделал большие инвестиции в наш дилерский центр, поэтому арендодатель отменил плату на период простоя. Сезон продаж мотоциклов мы уже, считай, пропустили (март-апрель-май), а следующий будет только через год.

Бар Milwaukee, который находится на втором этаже дилерского центра, продает еду на вынос. Но это не бизнес, скорее только для того, чтобы повара выходили на работу. Доставку не планируем — нет лояльной клиентской базы.

О взаимоотношении бизнеса и государства

Я считаю, что государство должно помочь хотя бы с зарплатой в виде больничного или страховых взносов, которые мы платили всю жизнь в размере 30%.  В месяц только на Фонд оплаты труда вместе с налогами уходит 2 миллиона. Неужели сейчас не тот случай, когда их нужно вернуть? Выручки нет, а если ты не заплатил зарплату, то открывается уголовное дело. Торговые центры идут на снижение аренды, но недостаточно — нужно убрать минимум 50% от прежней цены. Банкротство запрещено законодательно. Нам положена налоговая отсрочка, но лучше заплатить сразу — через три месяца это все только удвоится. 

Кредит, который в помощь бизнесу утвердило Правительство, по факту оказывается не беспроцентным. Чтобы его получить, компания должна иметь зарплатный проект в определённом банке и высоколиквидный залог. Если хочешь, чтобы Фонд содействия кредитованию малого и среднего бизнеса выступил поручителем, нужно отдать ему 2% от полученных денег. А вернуть банку кредит даже спустя полгода сложно, ведь за это время доходов не прибудет.


Вообще, предприниматели сейчас боятся не переболеть коронавирусом, а все потерять.

В «Медовом доме» работает больше 200 человек. Если его закроют на карантин, потеряем все контракты, — на этом бизнес и закончится. Было бы хорошим предложением от государства, например, снизить НДС на мед с 20% до 10% — как на остальные продукты сельского хозяйства. Иначе после уплаты всех налогов, зарплат и аренды наша прибыль составляет 2% при средней стоимости банки 120 рублей.  

Недавно узнал, что «Крестецкая строчка» вошла в список из 25 предприятий, которые должен поддержать Минпромторг. Но пока непонятно как именно.

Вообще, предприниматели сейчас боятся не переболеть коронавирусом, а все потерять. Это гораздо страшнее. Удар рынку нанесен серьезный — раньше, чем через год он не восстановится.

Leontiy Kasatkin,
Комментарии

Наши проекты