«Сталинград»: актеры о съемках фильма

10 октября в прокат выходит патриотический блокбастер Федора Бондарчука — самый дорогой фильм, когда-либо снятый в России: бюджет 30 миллионов долларов, аутентичные, специально выстроенные декорации, впечатляющие сцены боев, формат IMAX 3d и патриотическая тема. «Собака.ru» расспросил о съемках участников творческой группы из Петербурга.

Дмитрий Лысенко

Актер Александринского театра, сыграл в «Сталинграде» одну из ролей

Я уже был знаком с продюсером Сергеем Мелькумовым — он занимался картиной Сергея Снежкина «Белая гвардия», где я играл поэтасифилитика. Там меня заметили и позвали на пробы «Сталинграда». Таких серьезных проб я не припомню: была выстроена декорация, и мы показывали несколько сцен из сценария сразу в гриме и костюмах. После этого пошли слухи, что я взят, а через месяц пришло официальное подтверждение. За две недели до съемок мы прошли небольшую воинскую подготовку: лазили в окопах и тому подобное. Я играю снайпера, так что меня дополнительно консультировал соответствующий специалист. Роль у меня не то чтобы центральная. В фильме вообще немного героев — шесть русских и трое немцев, я просто один из девяти. Мой персонаж не положительный, но и не отрицательный, он спорный. Есть такое амплуа в театре — резонер, вот это и есть мой герой. Гопник из Гомеля — приятным его назвать трудно. Никакой особенной притирки между мной и персонажем не было, я привык играть неприятных людей. Пространства для импровизации хватало: Федор Сергеевич любит артистов. Могу сказать, что это были самые комфортные съемки за те двенадцать лет, что я работаю в кино. Есть такая традиция: после того как снят трехсотый кадр, художники проставляются и все празднуют. Художник Сергей Иванов к этому обычаю подошел масштабно. Соорудили летнюю эстраду в стиле 1940-х годов, поставили столы в виде звезды, печеная картошка — в касках, водка — во фляжках, рядом — мангал, на котором газовой горелкой было выжжено «Сталинград». Ничего художественного на тему Сталинграда я не перечитывал, только некоторые мемуары. Правда, и они мне не пригодились: мы же не в стиле Алексея Германа работали. У нас другое кино — зрелищное, мейнстримовое.

Илья Тилькин

Драматург, автор сценария «Сталинграда»

Изначально продюсеры Сергей Мелькумов и Александр Роднянский планировали снять экранизацию части романа Василия Гроссмана «Жизнь и судьба». Впоследствии родилась оригинальная идея, которая, возможно, рифмуется с несколькими эпизодами романа, но напрямую с ними не связана. Она возникла у меня в процессе подготовки, после того как я съездил в Волгоград, пообщался с разными людьми, изучил архивы. Основой сценария стали реальные, практически не известные до этого истории. Это помогло не оглядываться на уже снятые фильмы о Сталинграде. Конечно, я их когда-то видел, но специально не пересматривал. Работа продолжалась несколько лет — действительно огромный труд. Режиссеры, продюсеры, кастинг-директоры читают сценарный материал по-своему. Бывает забавно слушать, что они лучше меня знают, кого именно я написал. Но во время кастинга «Сталинграда» конфликтов не было. Была радость находки, точного попадания в персонаж. Я довольно спокойно отношусь к тому, что написанные мной тексты видоизменяются. Это не роман, где ты можешь наслаждаться, как красиво напечатано написанное тобой слово. Сценарий должен отличаться от фильма, он растет вместе с ним. Я это знаю не понаслышке, так как ставил собственную пьесу в театре. Поэтому готов абсолютно ко всему. Я хочу посмотреть хороший фильм, для которого сделал важную часть работы, не более того. Не вижу никаких противоречий между камерной актерской историей, задуманной мною изначально, и зрелищным блокбастером формата 3D. Кино обязано быть интересным, захватывать зрителя. Получилось это или нет, я увижу в кинотеатре. Но все те, кто работал над картиной, прикладывали нечеловеческие усилия, и физические, и моральные, и материальные, чтобы получилось очень большое кино.

Сергей Снежкин

Кинорежиссер, соавтор сценария «Сталинграда»

Продюсеры «Сталинграда», мои стародавние товарищи, попросили принять посильное участие в написании сценария, что я в меру своих сил и сделал. Видимо, они полагают, что я обладаю неким литературным дарованием. Это была просто моя дружеская помощь в аккуратной адаптации изначального материала Ильи Тилькина. Сам я предпочитаю не оценивать свой вклад, все-таки это не дело непосредственных создателей фильма. У нас в стране беда такая: все оценивают сами себя и ставят себе наивысшие отметки, а на деле оказывается вовсе не так. Я не был полноценным соавтором этого произведения. Тилькин с Бондарчуком целых два года работали над сценарием, а я присоединился только на этапе, когда потребовалась редакторская правка. Оригинальная идея сделать камерную историю мною сохранена. Насколько помню, батальные сцены составляют лишь около десяти процентов сценария, а остальные девяносто процентов действия происходят в захваченном немцами сталинградском доме.

Алексей Барабаш

Артист кино, в прошлом актер петербургского ТЮЗа и Экспериментальной сцены Анатолия Праудина, сыграл в «Сталинграде» одну из ролей

Я ехал на съемки в поезде из Москвы в Киев, и тут мне позвонила ассистентка Федора Бондарчука Марина Скородумова. Обычно в таких случаях всех направляю к своему агенту: предложений и так много. Так что я сразу предупредил ассистентку, что свободным временем не располагаю. Она расстроилась: «Ах как жаль, а мы вас хотели пригласить попробоваться на фильм “Сталинград”!» И я такой: «Секундочку!..» Через три дня приезжаю из Киева, и мы общаемся с Федором Сергеевичем. Этого оказалось достаточно: через неделю я уже сидел в окопе. Проб как таковых не проходил. Я достаточно скромный человек, но, как понял, фильму был нужен именно такой артист, как я. Когда я первый раз пришел на грим, Федор Сергеевич на меня так странно поглядел. Художник по гриму Марина Красновидова спросила: «Стрижем?» — и Бондарчук приказал: «Стрижем!» И тут мне начинают машинкой сбривать все на затылке, на висках. А у меня параллельно еще три проекта. То есть по всему выходит, поступил я не очень хорошо, подвел других продюсеров и режиссеров. Но по-другому поступить в той ситуации я просто не мог. Бондарчук заряжает позитивной энергией и, что самое главное для режиссера, создает на съемочной площадке рабочую атмосферу. Я ему, конечно, часто предлагал свой рисунок роли, делился видением конкретных сцен. А он уже поправлял и, так сказать, шел от артиста: использовал сильные стороны, где-то убавлял, где-то прибавлял. Томас Кречманн, актер из Германии, с которым мы работали, — замечательный парень, открытый для общения: с ним можно было сидеть трепаться. Он мне даже помогал с немецким языком. Мою роль можно назвать ключевой. Формально она одна из главных, вот только главных ролей в картине нет. Там есть несколько людей, между которыми происходят личные столкновения, при этом все они заняты обороной одного дома. Что касается моего персонажа, в нем, безусловно, очень много от меня самого.

Текст: Дмитрий Буныгин

sobaka,
Комментарии

Наши проекты