Контейнерная лихорадка: как тара стала фетишем урбаниста

Мы изучили судьбу контейнеров от завода в Китае до участия в архитектурных премиях: кто возит в них кислоту и Chanel, и почему из них складывают все на свете от суша-бара до музея — в Петербурге, например, из них строят целую улицу.

  • Частный дом в США

  • Музей в Нью-Йорке, спроектированный архитектором Шигеру Бан

  • Павильон BBC на Олимпиаде в Лондоне

  • Музыкальный фестиваль в Рио-де-Жанейро

  • Арт-школа в Южной Корее

  • Детский центр в Лондоне

  • Проект суши-бара в Остине

  • Жилой дом в Шри-Ланке

Мария Элькина, архитектурный критик 

Наверняка, первыми использовать контейнер в качестве жилья стали не архитекторы, а просто люди, которые сочли это удобным или единственно возможным вариантом. Однако сейчас контейнеры завоевали прочные позиции в мире большой архитектуры — их  использует в постройках архитектор Шигеру Бан, прошлогодний лауреат престижной премии Притцкера, студия компании BBC в Олимпийском парке в Лондоне собрана целиком из контейнеров, из контейнеров строят арт-галереи и даже отели. Причина вполне очевидна: контейнер вдруг оказался буквально-таки идеальным архитектурным модулем. Он сравнительно лёгкий, экологичный, и, имеет, что называется, «человеческий масштаб». Каждый контейнер в отдельности является пространством не слишком большим и не слишком маленьким, и это позволяет использовать его как деталь конструктора, складывать в самые разные конфигурации.

В России есть два совершенно очевидных применения для контейнеров— это создание временных городских павильонов и жилья для социально незащищённых групп населения. Жизнь в контейнерах на практике могла бы быть гораздо лучше, чем ипотека в крошечной квартире на выселках. Люди бы чувствовали, что они не просто не могут себе позволить что-то лучшее, но что они выбрали сознательно определенный образ жизни, в котором есть масса плюсов. С городскими павильонами все еще более очевидно — это могут быть и летние кафе, и временные магазины, и места для проведения мероприятий, в том числе и выставок. Я говорю не только про мегаполисы — в провинции недостаток городской активности ощущается куда более остро».


 

  • Проект "Контейнерной улицы" в лофт-проекте "Этажи"

  • Кафе "Без приборов"

  • Музей стрит-арта

  • Музей стрит-арта

  • Павильон-контейнер на "Новой Голландии"

Денис Кузнецов, коммерческий директор лофт-проекта «Этажи»

Когда мы задумались о освоении второго двора «Смольнинского хлебозавода», мы проанализировали его геометрию и поняли, что если заставить его контейнерами, то он будет похож на улицу. Поставим их в три этажа, как в каком-нибудь берлинском дистрикте. На первом — кафе и магазинчики, студии. На втором-третьем — хостелы или офисы. Это не тот проект, который мы сначала целиком построим и разом сдадим в эксплуатацию. То есть улица будет строиться постепенно, модули будут проектироваться под каждого конкретного арендатора. Начать мы решили с проекта «Кусок мяса» ребят, которые когда-то придумали кафе «Без приборов» в «Третьем кластере». В их кафе, которое выглядит как контейнер, много, кто был, и мы подумали, что начать с них — хороший старт, который будет примером».


 

Федор Бибинов, старший менеджер отдела мультимодальных перевозок Samskip

Наша компания — крупнейший в мире владелец контейнеров 45HCPW, то есть сорокапятифутовых: мы занимаемся перевозкой грузов в контейнерах по земле и морем. Почти все, в том числе и наши, производят в Китае. Средний жизненный цикл контейнеров у нас — семь-восемь лет, потом они идут на продажу, и начинается их second hand судьба. Мы продаем их крупным скупщикам, которые забирают их с одного из наших морских или железнодорожных терминалов. Цена нового контейнера зависит от размера — двадцатифутовые стоят 2000-3000 евро, сорокапятифутовые — около 4 000 евро. Подержанные сорокафутовые, например, в Санкт-Петербурге можно найти и за 40, и за 100 тысяч рублей в зависимости от состояния.

Прежде чем контейнеры попадают в руки урбанистов и хипстеров, они сначала проживают целую жизнь с нами, и начинается она с проектирования. Для таких операторов, как мы, контейнеры — точка приложения бесконечных усилий и постоянной заботы: как сделать его легче, объемнее, прочнее и вообще увеличить его возможности до бесконечности. Мы, скажем, дерево в полу заменили на бамбук — бамбук быстрее растет, быстрее воспроизводится, и потому более экологичен. Но даже этого нам мало — мы думаем, чем бы заменить его в дальнейшем.

Когда мне встречается контейнер в городской среде, конечно, любопытно, где он побывал и что возил. Заходишь смотреть комиксы в контейнере в Музее уличного искусства, который этим летом открыли на Охте, и думаешь — тут какая-нибудь опасная кислота для производства побывала или платья Chanel? Мы снимаем логотипы с контейнеров перед продажей, но даже несмотря на это, они могут что-то вам рассказать про свою прошлую жизнь. Префиксы их серийных номеров — названия компаний: номера наших, например, начинаются на SANU. Еще цвет, каждому свой: наши — синие, у других – желтые, красные, голубые и так далее. Никогда не знаешь, где встретишь свой контейнер: в фильме «Ханна» с Сиршей Ронан и Кейт Бланшет эпическая драка героев происходит на контейнерах наших конкурентов, но зато мишка Паддингтон в одноименном фильме добрался до Лондона именно в нашем».


 


Наши проекты

Комментарии (1)

Авторизуйтесь
чтобы оставить комментарий.

  • Denis Afanasyev 30 апр., 2015
    Интересно ,почему редактор статьи не показал реальные объекты из контейнеров в Санкт-Петербурге....? а предпочел продемонстрировать зарубежные проекты.

Читайте также

По теме