Что не так с фильмом «Лето» о Цое и Науменко?

«Не верю!» в адрес картины Кирилла Серебренникова об отношениях Виктора Цоя, Майка Науменко и его жены Натальи зазвучало задолго до его проката (он уже 7 июня!). Мы решили разобраться с главными мифами о фильме.

Претензий было много: кого-то смущали Рома Зверь в роли Науменко и не говорящий по-русски Тео Ю в образе Цоя, других — что о Ленинградском рок-клубе вдруг решили высказаться столичные хипстеры. Чтобы по совету режиссера окончательно убить в себе скептиков, мы посмотрели фильм вместе с культуртрегерами андеграунда 1980-х Всеволодом Грачом, Виктором Сологубом, Сергеем и Инной Семкиными.

1

Миф: «Ложь от начала до конца»

Так безапелляционно обвинение сформулировал Борис Гребенщиков — один из узнаваемых героев фильма (там его зовут реальной кличкой Боб), прочитав присланный продюсером Ильей Стюартом сценарий. После замечаний БГ синопсис значительно поменялся, но слава картины, в которой место вполне допустимой художественной правды заняла спекуляция на культовых героях, осталась. Поэтому, еще не видя «Лето», его с недоверием ждали очевидцы эпохи перемен. Переделкой раскритикованного первого варианта занимались сценаристы Михаил и Лили Идовы. Вместе с Серебренниковым они выбрали другую отправную точку — мемуары самой Натальи Науменко. Она же стала главным консультантом фильма вместе с Ишей — другом Майка Игорем Петровским и звукорежиссером Андреем Тропилло.

Миахил и Лили Идовы: «Это музыкальная фантазия на тему субъективных воспоминаний – подход был не строго документальным, важнее было уловить дух событий».

Всеволод Грач, директор «Зоопарка»: «Я читал первый вариант сценария, по поводу которого все причастные начали ругаться, — это был ужас нечеловеческий. А вот после просмотра впечатление у меня позитивно-нейтральное. Радует, что фильм станет толчком к камбэку, — молодняк будет слушать Майка».

Инна Семкина, психолог, входила в тусовку рок-клуба: «Изначально у меня была идиосинкразия из-за информации, что картина якобы о малоизвестных фактах романа между Виктором Цоем и Наташей Науменко в тот момент, когда она была замужем за Майком. Дело не в том, что они были святые, но хотелось защитить память покойных приятелей, которые уже не могут ответить сами».

Виктор Сологуб, музыкант групп «Странные игры», «Игры» и «Deadушки»: «Это художественное кино. Кто просит, чтобы все в нем было достоверно? Главное — атмосфера создана такая же. Я для себя не нашел ничего отрицательного, хотя дружил со всеми персонажами ленты».

2

Миф: Разве Рома Зверь — Науменко?!

Неодобрение фанатов «Зоопарка» вызвал и кастинг Кирилла Серебренникова: якобы лидер сочиняющей незатейливые песенки про районы-кварталы группы «Звери» просто не мог сыграть Майка — печального белого рыцаря рок-н-ролла.

Рома Зверь, играет Майка Науменко: «Я был не уверен в своих силах и сказал Кириллу Серебренникову, что если он хочет видеть меня в проекте, то это его ответственность. Режиссерская логика была в том, что музыканта должен играть музыкант».

Ирина Старшенбаум, играет жену Майка: «Когда Наталья Науменко увидела Рому в гриме и костюме в первый раз, она не смогла сдержать эмоций, настолько он был похож. Это было так трогательно, что я тоже прослезилась».

Всеволод Грач: «Что-то вышло похоже, например общение между Витей и Майком — он правда подсказывал Цою, как сделать песни лучше. Но Науменко в жизни не стал бы пить на пляже. Он был человек абсолютно урбанистический. Есть знаменитая серия его фотографий с Гребенщиковым для обложки альбома „Все братья — сестры“, но это была специальная сессия. Также не до конца схвачена речь Майка — у него был чистый петербургский интеллигентский акцент».

Сергей Семкин, фотограф, был в тусовке рок-клуба: «Рома хороший актер на самом деле — он даже пошел на такие жертвы, что нажрал себе рожу: поправился килограммов на десять. Он мне понравился гораздо больше, чем Тео Ю».

Инна Семкина: «Меня просто поразила актерская работа. Сначала я думала, что сходство найдено через ракурсы съемки и как только Рома снимет очки, магия пропадет: у Майка был очень специфический взгляд, который сложно передать. Но даже без них он остался внутри истории и образа».

3

Миф: Почему Цой — актер, который даже не знает русского?

Если кандидат на роль Науменко был только один, для Цоя отсмотрели две с половиной тысячи человек, в том числе объявляли всенародный кастинг. Выросший в Германии актер корейского происхождения Тео Ю был выбран Серебренниковым не случайно: кто-то вне российской культуры создал нужное отстранение, не был зажат культовым статусом и не впал в карикатурность. Выпускник нью-йоркского института Ли Страсберга (большого поклонника системы Станиславского), Тео тщательно вживался в роль: не только учил язык и слушал песни и записи «Кино», но и до начала съемок жил в петербургской коммуналке, питаясь аутентичной 1980-м едой — сосисками и вареными яйцами. Его актерскую работу одобрил и сын Виктора Цоя Александр.

Александр Цой: «Я увидел довольно неплохое кино. Оно, конечно, не претендует на историческую достоверность, но ничего предосудительного, на мой взгляд, в нем нет».

Сергей Семкин: «Точного сходства не хотелось. Если бы оно было нужно, надо брать Сергея Безрукова. (Смеется.) Актер, который играет Цоя, совершенно необязательно должен быть абсолютнейшей копией».

Виктор Сологуб: «То, что было неявно в Цое, в фильме доведено до совершенства: подчеркнуто прямо в точку — он и был таким молчуном».

Инна Семкина: «У Виктора — специфическое обаяние, которое не передавала ни одна камера. Он был очень ироничный и шутил всегда с серьезным лицом. В фильме Цой показан сопливым мальчиком. Хотя он не был брутален, у него природная мужская харизма и энергетика. Не зря же его так любили девочки. Никакого соплежуйства в нем не было».

4

Миф: Детали не те!

Конечно, Цой и Науменко познакомились не на пляже Финского залива, лестницы внутренних двориков, где зависали после концертов герои Ленинградского рок-клуба, не аутентичные, как и гримерки, куда пробирались восторженные поклонницы. Коммунальную квартиру, в которой жили Майк с Натальей, нашли на Кирочной улице, обставив ее предметами с «Авито» и развалов «Удельной». На Рубинштейна, 13, где раньше располагался рок-клуб, теперь театр «Зазеркалье», а само здание выкрашено в розовый цвет. Поэтому сцены снимали в Кронштадте — в практически разрушенном доме культуры. Но общая атмосфера эпохи и ее воздух, в этом сходятся все очевидцы, переданы достаточно точно: каждый кадр — черно-белое фото из 1980-х. Это заслуга оператора «Лета» Владислава Опельянца. Часть материала снимали на пленку, а не бездушную «цифру», старыми камерами и длинными кадрами.

Владислав Опельянц, оператор: «У нас актеры работали на 360 градусов, Кирилл никогда их не ограничивал в пространстве. Когда они набирали градус, им удобнее не терять его, как могло бы быть при перестановке камеры. Это называлось документальная работа в художественном кино».

Виктор Сологуб: «Дворик, пожарные лестницы, сам зал рок-клуба — это частности, которые нужны в споре против тех, кто не согласен. Но фильм совсем про другое. В нем нет никакого протеста — это трогательное игровое кино о друзьях и любви».

Комментарии (0)

Авторизуйтесь
чтобы оставить комментарий.

Наши проекты

Читайте также

Новости партнеров